Падение дома Хомовых⁠⁠

Евграф Афанасьевич Хомов проснулся в понедельник ближе к обеду в плохом расположении духа: вчера продулся в карты негодяю Репову, а еще перебрал маленько. Голова гудела, как колокол в воскресный день.

Не размыкая глаз, хотел вызвать Пашку, мальчика - слугу. Пришлось покричать, потому что колокольчик куда-то подевался.

— Стопочку живо неси, — произнес он умирающим голосом, когда дверь в спальню скрипнула.

Только приняв холодненькую, животворящую рюмочку удалось Евграфу Афанасьевичу подняться с кровати.

Пашка был тут же отослан на кухню: “да чтобы никаких там блинов, а лучше щей вчерашних”.

— Эх, грехи мои тяжкие, — кряхтел бедняга, медленно шагая по комнате.

Проходя мимо зеркала в золоченой раме раме, остановился. Пригляделся, потом глаза протер. Зеркало не отражало. Ну то есть отражало все, кроме его, Евграфа фигуры. Как будто и не было его.

Рукой помахал, походил мимо - нет отражения, и все тут.

— Пашка! — закричал он изо всех сил, да не рассчитал и закашлялся.

Перепуганный мальчик с порога залепетал:

— Вы только не ругайтесь, барин, что долго, да только нету вчерашних щей. Только сегодняшние.

Евграф Афанасьевич взревел, надвигаясь на Пашку :

— Куда отражение мое подевали, изверги?

Пока объяснил дураку, что случилось, даже устал. Мальчик тут же принялся искать везде: и за зеркалом посмотрел, и в шкафах, даже под кровать слазил. Нету. Вызвали управляющего Антипа, мужика умного, да домовитого.

— Это что же у нас тут творится? — ругался хозяин на запыхавшегося Антипа, — у меня отражение тю-тю, а ты и не знаешь?

— А, может, украли? — пискнул Пашка.

Евграф Афанасьевич застонал и за голову схватился.

— Никак невозможно, — заверил Антип, стоя навытяжку —  у нас посторонних в доме не было.

Мальчик и управляющий только глазами хлопали, пока хозяин, сидя на кровати размышлял: “Разве можно мне без отражения обойтись? Это и в общество не выйти, и собственную физию не понаблюдать. Эээ, нет. Так не пойдет.”

— Дохтура надо вызывать, — наконец, прервал молчание умный Антип.

— Что ж ты раньше молчал, бестолочь — закричал помещик, —  срочно пошли в город! Да чтобы, как можно скорее, сколько угодно плачу.

Доктор Митин застал больного лежащим в кровати с компрессом на лбу. Внимательно выслушал проблему, покивал, послушал дыхание через трубочку.  Потом зеркальце из сумки достал и убедился: больной не отражается.

Почесал седую бороду и, наконец, выдал:

— Сие есть неизвестный медицине случай постепенного исчезновения человека. Сначала пропадает отражение, потом руки, ноги, голова, а затем и все туловище.

Евграф Афанасьевич после слов доктора вовсе отчаялся:

— Это как же может быть? Отчего?

Доктор, вздохнув, пожал плечами.

Пока вызвали доверенного, да завещание проверяли, тут и день к вечеру. Бедный Евграф Афанасьевич в постели лежа, подняться был не в силах, потому постоянно посматривал в маленькое зеркальце: не вернулось ли отражение. Но тщетны были его надежды.

Ближе к ночи заявился помещик Репов, что вчера у себя принимал. Чуть пьяненький и веселый. Не хотели его пускать, да только он сам прошел. Вломился в комнату и в кресло уселся.

— Ну как поживаешь Евграф?

Несчастный кое-как простонал:

— Плохо, исчезаю совсем. Вот уже ноги холодеют. Доктор сказал: долго не протяну.

— А не терял ничего? — улыбаясь, спросил Репов.

Поднялся, подошел к трюмо и встал так, чтобы с кровати было видно.

Из зеркала на него смотрели два отражения. Одно его собственное, а второе несчастное и измученное евграфово.

— Мошенник! — закричал больной, вскакивая с кровати, - держите вора!

— А вот и нет, —  отвечал Репов, — я его честно у тебя в карты выиграл вчера, когда у тебя наличность вышла. Тому свидетели есть!

Обмер Евграф Афанасьевич. Вспомнил только тогда, что было такое дело.

— Пожалей, душа моя, Никита Семенович… дай обратно выкупить! Что хочешь дам!

— А, вот как ты заговорил теперь, — усмехнулся Репов, — а вот хрен тебе! Мне так больше нравится. Такого ни у кого нет.

И, не медля больше ни секунды, покинул комнату.

От душевных переживаний на следующий день у Евграфа Афанасьевича случился приступ изнеможения и он благополучно помер.