Охота на лисицу⁠⁠

Я проснулся в ледяном доме на берегу замерзшего моря, и когда вышел наружу, то сразу понял - Враг рядом. Снег был усеян человеческими следами, запасы еды исчезли, а на застывшей волне виднелось слово ПОЖАЛУЙСТА.

Ещё и насмехается, сволочь!

Каждая буква высотой метр, выбита во льду уверенной рукой - Враг явно не спешил. Он вообще редко спешит, зато любит поиздеваться. Завести меня в холодные земли, украсть припасы и оставить послание - вполне в его стиле.

Здесь, в охотничьих угодьях, Враг - самый опасный и неуловимый хищник, способный убивать и воскрешать свои человеческие игрушки. Говорят, что единственный способ выбраться отсюда это убить Врага самому. Может это правда, а может и ложь - не знаю. Я даже не помню где я это услышал - после каждой смерти часть моей личности умирает, воспоминания становятся туманными и расплывчатыми, теряется ощущение времени. Но ясно, что мне уже недолго осталось - ещё десяток смертей и я сам стану туманом или мутной тенью, призраком охотничьих угодий.

Но пока что я жив, и задача моя неизменна - найти и убить Врага.

Вскинув на плечи рюкзак и взяв винтовку, я побрёл в тундру.

***

Путь до тёплых долин занял месяц, и за это время я умер дважды. Один раз ночью от холода, и второй раз меня разорвал на части белый медведь. Умирать в зубах этой твари было так больно, что я молился лишь об одном - умереть навсегда. Но охотничьи угодья меня не отпустили - через несколько часов (или лет?) я очнулся в пещере неподалёку и продолжил путь. Исцеленный, но чуть менее человечный.

Я даже забыл своё имя.

***

В лесных холмах трудно ориентироваться, поэтому мне приходится строить башни из земли и камней - лишь поднявшись по лестнице к небесам можно понять куда идти. Но на этот раз зрелище мне не понравилось: за ближайшим холмом стоял гранитный замок, окруженный петлёй реки. В оптический прицел я мог рассмотреть каждый кирпич в обводе стен и каждую яблоню в саду.

Сглотнув голодную слюну, я спустился с башни и принялся соображать.

Замок - это плохо.

В замках живут охотники - мои собратья по несчастью. Отчаявшиеся, потерявшие надежду догнать и убить Врага. Сдавшиеся.

Другими словами - неудачники.

Такие люди всегда рождали во мне невольное отвращение - быть может потому, что я сам боялся таким стать. Смириться и построить дом. Сдаться на милость Врага...

А ещё старых охотников часто одолевает паранойя - спятившие из-за постоянных смертей и крушения надежд, они ненавидят незваных гостей. Поэтому окружают замки стенами и чудовищными ловушками - копают лавовые колодцы, возводят лабиринты и комнаты-западни, где тебя могут раздавить стены или падающий потолок.

Вот почему я всегда обхожу замки стороной.

Но сегодня придётся поступиться принципами - я умираю от голода, и если в ближайшее время не поем, то смерть придёт за мной в любом случае. И лучше быстро погибнуть в западне, чем неделю гнить в голодном забытьи под каким-нибудь пнём.

В замке у меня хотя бы есть призрачный шанс, что мне помогут.

А значит идём к воротам.

***

Хорошие новости: старый охотник меня не убил.

Плохие новости: мне пришлось оставить винтовку в сундуке, из-за чего я чувствовал себя не в своей тарелке. Впрочем, после куска тёплого яблочного пирога я почти уверовал, что жизнь ко мне добра.

Поев, мы расположились у мраморного пруда с золотыми рыбками - просто сидели на траве у костра и смотрели, как пылающие обломки солнца опускаются за горизонт. Старый охотник жил в замке не один: после ужина к нам присоединился искалеченный парнишка в инвалидной коляске - видимо, сын хозяина. Он напоминал сломанную куклу и совсем не мог говорить, но старик заботился о нем с истинно отцовской любовью - прикрыл его раздробленные колени тёплым пледом и напоил водой с мёдом.

Когда на небо высыпали звёзды, хозяин замка нарушил молчание:

- Ночь можешь провести тут, но утром ты уйдёшь.

- Я так и собирался.

Старик вновь замолчал. Его дрожащие пальцы постоянно сжимались и разжимались, а одежда пахла жженой резиной.

- Никогда не думал прекратить охоту? Выглядишь ужасно.

- Это не важно. Пока Враг жив - я не отступлюсь.

В этот момент калека захрипел и забился в своей коляске, а из его рта потекла кровавая слюна. Старик достал из кармана платок и аккуратно вытер лицо сына. Потом пошевелил дрова в костре монтировкой и тихо спросил:

- Как он хоть выглядит, враг твой?

Я не помнил. За минувшие столетия я видел врага два или три раза, но бесконечные смерти уничтожили воспоминания об этих встречах. Даже сейчас, когда я думаю про Врага, я почему-то представляю лису в перекрестии прицела. Яркую, рыжую лисицу с белой шерсткой на шее. Красивую, как рисунок из детских книжек.

- Не помнишь его лицо, да?

- Вспомню, если увижу снова.

- Бросил бы ты это безумие...

- Я ещё не готов сдаться.

Старик покачал головой, потом подошел к коляске сына и покатил её прочь.

А я остался наедине с пламенем костра и запахом жженой резины.

***

Замок я покинул на рассвете. Старый охотник вернул мне винтовку и насыпал полный рюкзак спелых красных яблок. Я сердечно поблагодарил хозяина за гостеприимство и направился в лес.

- Мир тебе, добрый человек. И твоему сыну тоже, - помахал я своему благодетелю на прощанье.

Стоя на крепостной стене, старик положил ладонь на плечо сломанного парня:

- Он мне не сын. Это мой Враг.

***

Яблоки уже заканчивались, когда я снова умер - на сей раз под камнепадом в горном ущелье. Но даже истекая кровью под грудой валунов я не переставал думать о сумасшедшем старике и о калеке в инвалидной коляске.

Жить с врагом! Заботиться о Враге!

Это противоестественно! Извращённо... Нужно совсем рехнуться, чтобы даже подумать о таком.

А потом пришла смерть. И когда я проснулся, то уже не помнил откуда в моём рюкзаке взялась пара красных яблок. Кажется я нарвал их в... неважно где. Главное, что они у меня есть, от голода не помру. Ещё потрепыхаюсь.

***

Пересекая дельту реки и построив уже пятьдесят мостов, я вдруг сообразил, что в этих рукавах есть некая странность. Быстро возвёл башню, и с высоты мне открылись слова НЕ НАДО - образованные текущей водой и островками суши.

Не надо... что? Это просьба или предупреждение? Враг не в первый раз оставляет мне послания, но я не в силах их запомнить.

"Не надо" - может это испуг? Враг боится меня? Какая приятная мысль...

Развязка близка.

***

Я устроил засаду в горах - недалеко от разрушенной башни, оплетенной корнями деревьев. Залёг по всем правилам спортивной охоты - в спину мне светили останки солнца, а значит Враг не сможет меня заметить.

В качестве наживки выступала полянка с грибами - мне подумалось, что Враг захочет их собрать. Он уже делал так раньше - уничтожал и прятал всю еду на моём пути, распугивал дичь, травил колодцы. Делал всё, чтобы меня уничтожить. Одно слово - Враг.

Несколько часов я пролежал в без движения, но горная тропа осталась пустой. Никто не покусился на мои грибы, лишь удлинились тени, а закат окрасил небо в красное да оранжевое.

И лишь когда свет небесный почти угас, я заметил на полянке лисицу. Яркую и рыжую, с белой шерсткой на шее. Красивую, как рисунок из детских книжек.

Враг!

Я поймал зверя в кружок оптического прицела, медленно выдохнул и выстрелил.

***

Врага я не убил, только ранил. И пока я спускался со скалы, лисица успела уйти - оставив лужицу крови среди грибного царства.

Во мне пылал азарт охоты - наконец-то! Впервые за тысячи лет мне улыбнулась удача - Враг ранен! И вот его кровавый след - теперь ничего не стоит догнать зверя и убить.

Нащупав на дне рюкзака очередной патрон, я не глядя вставил его в винтовку и защелкнул затвор.

А теперь - в погоню!

Лиса успела уйти далеко, забралась высоко в горы, в разрушенную башню. Там Враг сменил форму - звериные следы превратились в отпечатки кроссовок.

И через несколько минут мы встретились лицом к лицу.

Девочка стояла чуть выше меня. Именно такой я её и запомнил - бледная кожа и яркие рыжие волосы. Грудь слева пробита пулей и клетчатая рубашка уже мокрая от крови, даже на джинсах расплылись красные пятна. В одной руке девочка держала нож, а в другой - корзинку с грибами.

Почему она не бросила корзинку? Что тогда, что сейчас? Не понимаю.

- Пожалуйста, не надо...

- Я думал, что ты лиса.

Пока я соображал, силы окончательно покинули девочку - корзинка выпала из её рук, грибы рассыпались. Даже рука с ножом опустилась.

Будет несложно убить её, мне даже ничего делать не нужно - она и сама умрет от потери крови. Добить раненого зверя на охоте - это милосердие. Всё равно никакой врач её уже не спасёт, да и где найти врача в такой глуши?

Ноги девчонку уже не держали, она упала на землю и попыталась отползти от меня.

- Пожалуйста...

- Просто закрой глаза, хорошо?

- Не надо.

Всё такое знакомое, будто я не впервые убиваю эту девчонку. Может, со смертью Врага ничего не заканчивается? Лишь становится хуже?

Что же делать?

Я вскинул винтовку. Потом опустил. И снова вскинул.

Девочка ничего не говорила, и сил ползти у нее тоже не осталось. Она лишь смотрела на меня и беззвучно шевелила губами.

- Извини. Я думал, ты лиса. Не перечеркивать же жизнь из-за тупой ошибки?

Я нажал на спусковой крючок, но ничего не произошло - винтовку заклинило.

Что за чёрт?

В злости дёрнул затвор, извлёк патрон. Ну, всё понятно - к гильзе прилип маленький яблочный листик - никогда нельзя носить патроны вместе с едой и прочим барахлом.

Странно, но я даже не помню, когда в последний раз ел яблоки. Почему же у меня такое странное ощущение, когда я смотрю на этот листик? И отчего так погано на душе?

Под ногами у меня захрипела девочка, отчаянно отказываясь умирать. Упрямая она, не сдаётся...

Я это уважаю.

Может, её еще можно спасти? Если уж убить не судьба?

Я достал из рюкзака аптечку, остановил кровь и перемотал грудь бинтами. Однако пуля осталась в ране, и чтобы её извлечь мне нужны условия.

Кипяченая вода, хороший свет, инструменты. Теплая комната и большой стол. Кровать, где девчонка будет восстанавливать силы. Ещё нужна кладовая, где мы будем хранить еду впрок. И обязательно нужен сад с яблонями.

Иными словами - мне нужен Замок.

К счастью, в охотничьих угодьях построить его не сложно. Было бы желание.