О работе, декрете и работе в декрете1
После рождения старшей дочери одной из самых больших неожиданностей для меня стало то, что дети, сюрприз-сюрприз, мешают работать. Вот прям очень мешают, да. Я же как думала – ну, ребенок, он ведь спит? Спит. Что мне мешает работать, когда он спит? Ничего не мешает. Я же не знала, что, когда ребенок спит, мне будет хотеться умереть. Шутка (нет, не шутка, шутка в том, что умереть мне хотелось не только когда Алиса спала). Я же как рассчитывала? Вот ребенок спит днем – ну, часа два-три. Я могу поработать, почему бы нет? Но я не рассчитывала, что перед тем, как ребенок поспит эти два-три часа, у меня будет полубессонная ночь, а еще веселое утро, когда ребенка надо одеть, переодеть, умыть, покормить, снова умыть, погулять, поиграть, ну и самой что-нибудь съесть было бы неплохо, да. Или еще я думала – ну вот в десять вечера я ребенка уложу, почему бы не сесть поработать, да? Я же не знала, что в десять вечера мне опять будет хотеться умереть (опять не шутка, простите).
В общем, я как-то не представляла, что день с ребенком – это такой полноценный рабочий день, за которым нередко следует рабочая ночь, и если впихивать между этим рабочим днем и рабочей ночью еще и работу, за которую платят деньги, то можно очень быстро кончиться, как личность, и начаться, как чебурек.
Вот так в первом декрете я поняла, что работать с маленьким ребенка можно только без маленького ребенка. В смысле, если этого маленького ребенка кто-то забрал. Потому что маленькому ребенку мало, что ты его покормила, одела, погуляла, спать уложила. Ему – внимание! – нужно ВНИМАНИЕ. Много внимания. Да, мама, на меня смотри, ты чего глаза закрыла, я знаю, что ты не умерла, я слышу, как ты дышишь.
Этого внимания ребенок добивается любой ценой. Мамино внимание не нужно только в одном случае – когда ребенок совершает противоправное деяние (колеса у коляски облизывает, в кошачьем лотке роется, купает телефон в унитазе). Вот тогда мама, сиди, работай спокойно, что ты орешь, как потерпевшая, нормально же все было, нервная какая, обидела меня, хорошую девочку, рыдать буду, утешай давай. Во всех остальных случаях детям нужно, чтобы мама была рядом и была включена в процесс. Это они не сами так придумали, это эволюция так давно придумала, а передумать не успела, она медленная. Когда наши предки жили в джунглях и боялись саблезубых тигров, выживали те дети, на которых обращали внимание. Вот я сижу под кустом, мама на меня смотрит – значит, тигр меня не съест. Мама не смотрит, все, смерть моя пришла, орать буду.
И с точки зрения ребенка (ну то есть я не знаю, может, у всех просто гениальные дети, но с моими вот так) мама, которая смотрит в экран ноутбука, ничем не отличается от мамы, которая скрылась в лесной чаще, бросив несчастную деточку на съедение тиграм. И работать в таких условиях можно, только делегировав несчастную деточку другому дееспособному взрослому.
И вот тут, конечно, возникают проблемы, потому что в условиях нуклеарной семьи других дееспособных взрослых рядом с ребенком чаще всего нет, потому что кому-то одному приходится работать на полную ставку. И если нет бабушек-дедушек (хотя иногда даже их наличие не спасает), дееспособных взрослых приходится нанимать за деньги. Со старшей дочерью до этой простой истины я дозрела, когда ей исполнилось четыре года, и я поняла, что рабочий день в офисе и 2 с лишним часа в день на дорогу никак не сочетаются с возможностью забирать ребенка из садика. С младшей я была уже сообразительнее, и няня у нее появилась в два месяца, когда я вышла на удаленку. Правда, одновременно старшую дочку отправили на дистанционное обучение, так что особого облегчения это не принесло, ну да ладно.
Как выглядит работа в декрете на фото в интернете – мама в белом с чистым-лучистым ребенком на руках, вокруг порядок, на заднем фоне поют птички, зарабатываешь дохулиард денег, вечером успеваешь вдохновлять мужа, чтобы он заработал второй дохулиард.
Как выглядит работа в декрете в моем случае? Я в растянутой небелой футболке и мужских шортах сижу за ноутом в углу кухни, кофе в чашке подернулся пленкой (или это уже плесень? Впрочем, неважно), глаз дергается после бессонной ночи, младшая дочь хочет на ручки, старшая хочет, чтобы помогли с домашкой, на заднем фоне что-то воняет, и тебе уже пофиг, что именно, вечером окосевший от удаленки муж выползает из своей берлоги, и ты понимаешь: воняло не что, а КТО. А дохулиард почему-то не зарабатывается.
Я, конечно, преувеличиваю, но нет. С детьми работать можно, но это пипец как сложно. Потому что можно быть гением тайм-менеджмента, но ребенку класть на твои расписания, если лезут зубы, ты будешь носить ребенка на руках и жалеть, а потом работать за счет сна. А старший ребенок пусть и старший, но все равно ребенок, и ему тоже нужно внимание, участие и понимание. И помощь с домашкой. И ближе к ночи беспощадная эволюция напоминает о том, что в темноте притаились саблезубые тигры, поэтому «Мамочка, посиди со мной, расскажи мне сказку, ну что ты упала, как мертвая, я слышу, что ты дышишь».
