Про это еще Лермонтов в монологе Печерина говорил:,
"...узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и
видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми
выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей
родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но
холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной
улыбкой."
Про это еще Лермонтов в монологе Печерина говорил:,
"...узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой."