Ночь в театре⁠⁠

Никто не смотрит. В этом вся и суть.
В пустом фойе не слышно даже вдоха.
Там зеркала пытаются вернуть
вчерашний день — и это им неплохо
удастся в полночь. Стынет гардероб.
Там номерки, как маленькие льдинки.
И времени тяжелый, медный лоб
уткнулся в пол. Ни звука. Ни заминки.

Там в зале — тьма. Тяжелая, как ртуть.
Она не ждет прихода или жеста.
Там сцена — это просто чей-то путь
из ниоткуда в выбранное место.
Там кресла спят, обняв свою печаль,
и ложа пустoтой оцепенела.
Там никому не жаль. Совсем не жаль
того, что не сбылось и отболело.

Безглазый бог заброшенных кулис
перебирает запахи разлуки.
Там не бывает вызовов на «бис»,
там тишина — единственные звуки.
Лишь гаснет свет. И кружится пыльца.
И этот мир, не знающий причала,
идет вперед — без имени, лица,
без автора, конца и без начала.