Невкусные пирожки4
Вчера заехал к товарищу в гости. Буквально на минутку, документы передать, и воды попросить налить.
Стою в коридоре, а в квартире ароматы выпечки витают. Вкусно. Я попросил жены товарища воды принести, а она говорит - мол, может, чаю с пирожками? Товарищ тоже — мол, проходи, чаю попьем
Ну ок, прохожу, мою руки, сажусь за стол.
Мне налили кружку чая, поставили передо мной тарелку с тремя пирожками. Вот этот с луком и яйцом, вот этот — с капустой, вот этот с джемом.
А рядом с плитой стоит большой тазик с пирожками.
Вкусные пирожки!
Реально вкусные!
Давно таких вкусных не ел
Хвалю хозяйку. Искренне, от души! А в ответ...
«вот я с утра встала, за яйцами сходила, тесто замесила, полдня его месила, начинку готовила, еще полдня пекла-стряпала...»,
И чем больше она рассказывает, тем меньше мне хочется эти пирожки! Они прямо во рту становятся невкусными.
Я их ем - и чувствую, что мне прямо предъявляют за них. Уже хочется спросить: "что я за них должен? "
Чай пью —а пирожок уже не лезет в рот. Опасаюсь, как бы еще больше не предъявили. Еще больше опасаюсь, как бы не стошнило уже...
С трудом, но доел. Поблагодарил. Сказал, что вкусно. Соврал ведь — совсем невкусно было в конце.
Жена товарища мне еще с собой хотела положить, гостинцы детям. Я отказался. Соврал что-то несуразное, типа дети в лагере, а я вообще не домой...
Спускаюсь к машине -товарищ со мной, покурить. Говорю, мол, вкусно у тебя жена страпает. А он в отвеет - да, но потом так за@@@вает рассказами, как она упахалась, что лучше бы не готовила. Неделю потом припоминает, что было вкусно. И, говорит, в сексе так же. Сделает хорошо - а потом дня по три напоминает, как хорошо было.
А пирожки я детям все-таки привез.
Заехал в пекарню, купил и привез
Пусть они не такие вкусные. Пусть там бездушная машина тесто замесила, и пекарь их оптом среди сотни таких же испек. Но за них никто никому душу не выворачивает
И я подумал, как сильно влияет на «вкусно» и «невкусно» то, что и кто тебе при этом говорит
Отлично автора исходного поста понимаю. Я редко приезжаю к своей семье, мама по этому поводу любит накрыть стол как на свадьбу: горячее, салаты, нарезки, соленья, выпечка. Всё очень вкусно. Но вот ты берёшь, скажем, куриную ножку или салат. В глазах мамы загорается огонёк:
— Вкусно? — спрашивает.
— Да, очень, — отвечаю.
Готовит мама очень вкусно, это правда. Если бы я жила с ней, я б весила килограммов сто, не меньше.
И вот, когда трапеза похвалена, начинается рассказ о том, как она «наломалась»: в магазин ходила, купила три курицы и пять кило помидоров, литр молока, литр кефира, ну и по мелочи: сахару два кило, муки пакет и свининки тоже килограмма полтора. И хлеба. И яиц десятка три. А потом пришла домой и в кухонном чаду и жаре пять часов кряду занималась приготовлением шедевров. И теперь у неё голова болит и хвост отваливается. И смотрит на меня эдак укоризненно, словно это я заставила её поехать в самый дальний гипермаркет, набрать там полные сумки, да и ещё имела наглость заказать стол с тройной переменой горячего и пятью салатами. Хотя я всегда говорю, мол, мне ничего готовить не надо, я вообще с дороги есть не очень хочу. И с пустыми руками тоже не приезжаю, обязательно беру не только набор «торт и вино», но и покупаю мясо, макароны, круп немного, шоколад, фрукты-овощи, масло сливочное и подсолнечное, немного консерв хороших, рыбу и орехи.
Так вот. По мере рассказа о том, как тяжело было готовить, куриная нога теряет своё очарование, салаты становятся внезапно невкусными, а домашние соленья даже трогать не хочется (иначе последует рассказ о том, как прошлом году покупались грибы мелким оптом, как их тяжело было мыть и резать, как покупались и стерилизовались банки, как мать их до ночи «крутила» и так далее). Когда я предлагаю ей облегчить жизнь: не готовить к моему приезду как на маланьину свадьбу, заказать доставку продуктов (которую я же и предлагаю оплатить), поехать в тот же гипер на убере, который стоит копейки у нас — нет, все предложения отвергаются с таким видом, словно я говорю крамольные вещи. Но я догадываюсь, что это тот самый культ страданий или, проще говоря, «не заебался — не работал».
Есть ещё история номер два на тему психологии, страдания и моей матушки, но её, пожалуй, выложу потом, чтобы не раздувать пост.