Наука удивления
Самые выдающиеся открытия и изобретения делаются людьми, наиболее чувствительными к противоречиям и парадоксам. Способность удивляться – важнейшая когнитивная функция!
В мною любимой “Структуре научных революций” Томас Кун на множестве примеров показывает, что именно те учёные, кто не игнорировали аномалии – странные данные экспериментов – которые нельзя было объяснить в текущей парадигме, совершали прорывные открытия, которые приводили к научным революциям и смене научных парадигм.
Непонятность и загадочность чего-либо, на мой взгляд, – главный драйвер интереса. Интрига, тайна, парадокс – на этом держится вся драматургия. Для себя я давно сделал вывод: в своей деятельности в первую очередь нужно разбираться с самыми удивительными, парадоксальными и необъяснимыми вещами. Во-первых, потому что это классные головоломки. А во-вторых, их решение оказывается наиболее продуктивным.
Недавно я нашёл подтверждение этому в теории информации. Клод Шеннон, основатель этой теории, ввёл понятие информационной энтропии.
Энтропию можно представить как меру «сюрприза» или «новизны» события. Чем менее ожидаемо что-то, тем больше оно нас удивляет и тем выше его информационная энтропия.
Иными словами, удивительные вещи — это те, которые трудно предсказать. Когда что-то происходит неожиданно, мозг получает больше «новой» информации, потому что у нас не было возможности предугадать это заранее. Это и есть высокая информационная энтропия.
Если вы знаете, что произойдёт (например, каждый день в одно и то же время идёт один и тот же поезд), энтропия низкая. Если же результат невозможно заранее угадать, энтропия высокая.
Если же происходит событие, которые мы не могли не то, что предвидеть, а даже помыслить, это может серьезно изменить наши представления о реальности. Энтропия показывает, сколько информации нужно, чтобы описать или объяснить что-то новое.
Разрешение какого-то парадокса приносит знание, которое заставляет нас переосмыслить очень многое. Мы оказываемся в новой парадигме мышления, открывающей перед нами совершенно иные пространства возможностей.
И тут давеча произошло событие, которое, на мой взгляд, вообще не должно было случиться!
Высокопоставленный член правительства США — державы №1 в мире — публично, без какого-либо давления извне, заявляет, что его государство несёт ответственность за госперевороты в Украине и других странах, за создание коронавируса и глобальной пандемии, за финансирование пропаганды ЛГБТ по всему миру и даже за субсидирование производства опиума в Афганистане!
То есть он признался во всём, что десятилетиями высмеивалось либеральными медиа как «теории заговора», о которых и говорить-то всерьёз невозможно!
Ну как так можно было взять и спалить всю контору?! Это же колоссальный удар по имиджу США, слита тщательно выстроенная за десятилетия гигантская агентурная сеть…
И раз уж такое удивительное событие произошло, на мой взгляд, оно делит время на “до” и “после” и свидетельствует о настоящем прадигмальном сдвиге! Хотя в чём суть этого сдвига, ещё предстоит отгадать…
Едиственное событие, касающееся политики, которое меня удивило настолько же сильно, было в 2000 году.
Не знаю, помните ли вы политический расклад в РФ тех времён.
В основном было две партии, у каждой был ТВ канал. НТВ Гусинского, где продвигали Явлинского, и ОРТ (первый канал) Березовского, где продвигали Путина. И казалось, что это две абсолютно непримиримые силы. Ожесточённая политическая борьба, одни поливают грязью других... Но вдруг в студии НТВ появляется Доренко – главное лицо первого канала, который только что неистово пропагандировал Путина. И Доренко начинает очень эмоционально выступать: да власть вконец охренела, они перешли все границы, надо брать дубинку и фигачить её по голове...
Это было настолько удивительно! Я буквально не мог поверить своим глазам, как этот чувак оказался в стане врага и втирает полностью противоположное тому, что он говорил ещё вчера, восхваляя Путина?!!
И только спустя какое-то время я осознал, что это были симптомы тектонического сдвига в российской политике, разрушившего прежнюю систему.
Путин кинул Березовского, который собственно привёл Путина к власти. Сам Березовский быстренько оказался в Лондоне. И стало понятно, что между группами Гусинского и Березовского не было никакой сущностной разницы – это были просто две банды, которые дрались за то, как делить награбленное... А тут появилась третья сила, которая подвинула их обоих.
И это был конец старой парадигмы – так кончились девяностые.
Особенно интересным мне кажутся такие моменты потому, что в это короткое окошко появляется возможность заглянуть за кулисы, увидеть скрытые механизмы и понять что-то о правилах чужой игры, чего в других случаях сделать практически невозможно.
И ещё удивительно, когда я поделился новостью про разгром USAID с друзьями, в большинстве случаев реакция была: “и чё? 🤷”, «ну да, конечно 🙄»🥱😏… Причём что либерально прозападных, так и консервативных и патриотических.
Что же должно произойти, чтобы вас удивило?!
Удивляйтесь, друзья! Серьезное лицо ещё не есть признак ума…
Что вы, кстати, думаете на счёт причин и следствий текущего парадигмального слома?