Мы Были⁠⁠

Мы были...

Блаженен тот, кому дано в своей короткой жизни
познать любовь, испить вино, и жизнь отдать Отчизне!

(Шандор Петефи)

Эта история, как и все ее персонажи, от начала и до конца вымышлена и не имеет в своей основе никаких реальных событий и прототипов. Хотя жизнь и могла бы создать в недалеком прошлом, настоящем или будущем нечто подобное...

Лондон. Кенсингтон. Наше время.

Вставать в это утро Кириллу никак не хотелось. Шел уже третий день его законного недельного отпуска, и отоспавшись в первый день и отплясав с Камиллой во второй день на каком-то модном пати, вставать сегодня с кровати спозаранку Кирилл ну никак не желал. Он валялся под простыней в истерзанной постели и подглядывал сквозь прищуренные глаза за сновавшей по комнате Камиллой. Ками, как он ее называл, была чистокровной американкой, но жить предпочитала в Англии, и что самое главное, была начисто лишена столь заразной для западной женщины болезни как феминизм. Она обожала суетиться на кухне, ненавидела полуфабрикаты, с удовольствием принимала цветы и подарки и обожала все, что было несвойственно нормальной уроженке североамериканских штатов. Ками покорила Кирилла раз и навсегда тем, что впервые оставшись у него ночевать, утром, пока он еще спал, приготовила ему на завтрак чисто русское по ее разумению утреннее блюдо борщ. Где и каким образом она научилась его готовить, так и осталось тайной, но борщ оказался на удивление вкусным, и одним им круг ее достоинств не ограничивался. Была она умна, в меру иронична, со своеобразным, но великолепным чувством юмора, чрезвычайно начитана, на жизнь зарабатывала, пописывая статьи в какое-то очень умное историческое издание, с удовольствием учила русский язык и самое-то главное, была симпатична и стройна, не в пример большинству гамбургероносных соотечественниц.
Вот и сейчас, вальяжно развалившись на кровати, Кирилл вполглаза наблюдал за Каминными прелестями, назойливо выглядывающими из-под ее короткой футболки. А ввиду того, что Ками очень энергично перемещалась вдоль стойки кухни, прелести эти в глаза лезли очень даже настойчиво. В общем, зрелище радовало глаз и предрасполагало к миросозерцанию. Неожиданно и как-то не вовремя зазвонил телефон. Кирилл надвинул на голову простыню. Его обещали не тревожить неделю, но появилось какое-то нехорошее предчувствие.
- Кир... это тебя.
Кирилл почувствовал на своем лице вкусное и ароматное дыхании Ками.
- Камюшка... нет меня. Ни для кого нет.
Ками стянула с него простыню.
- Кир, это Брайан. Сказал, чтобы я тебя даже с унитаза сняла, и чтобы ты немедленно включил мобильный телефон. У них что-то серьезное, кажется...
Кирилл сел в кровати.
- Давай.
Ками отдала трубку, и улегшись на ноги Кирилла, начала гладить того по бедру, улыбаясь чему-то своему.
Кирилл поднес трубку к уху.
- Горелов. Слушаю вас, Брайан.
- Кир. Сейчас восемь утра. В десять тридцать тебе нужно быть в нашей штаб-квартире в Сити.
- Бл...! Вы просто охренели! Брайан, у меня же отпуск! Да я и не в форме... Вчера перебрал немного. Еще и...
- Кир! Не пытайтесь оскорбить меня лишний раз своими русскими ругательствами! Никакие отговорки не принимаются. Твоего присутствия требует лично президент «Глобал Оушен инжиниринг». Ты осознаешь степень своей личной ответственности!? К тому же у тебя есть два с половиной часа. Считай себя отозванным из отпуска в связи с форс-мажорными обстоятельствами. До встречи.
На том конце положили трубку. Кирилл с ненавистью посмотрел на свою трубку, зажатую в руке.
- Что такое мой милый Кир, - промурлыкала Ками, уже не очень целомудренно поглядывая на него снизу.
- Чёрт! Мне в половине одиннадцатого надо быть в Сити. Что там такое у них разверзлось? Никаких свободных контрактов нет... у меня все закрыто. Идиотизм!
Ками плотоядно улыбнулась и начала стягивать с себя футболку, упрямо цепляющуюся за торчащие соски...
- У тебя до совещания еще уйма времени, а мы вчера кое-о-чем не договорили... успеешь...

Лондон. Сити.

Штаб-квартира компании «Глобал Оушен инжиниринг»

Совещание назначили на удивление не как обычно в зале заседаний, а непосредственно в кабинете президента, в его личном совещательном зале. До этого дня Кирилл здесь еще ни разу не бывал, и теперь с интересом рассматривал модели кораблей и картины, развешанные по стенам. Все они были этапами в многолетней истории корпорации, и в одной из моделей Кирилл с огромным удовольствием узнал танкер «Йото Мару», после спасения которого в прошлом году он получил премиальные, позволившие ему наконец рассчитаться за лондонскую квартиру.
На совещании присутствовали одни бонзы. Всех их вместе за пять лет работы в компании Кирилл никогда не видел, да и знал по большей части по фотографиям на стенах офиса. Тем более странным и настораживающим было присутствие на этом заседании его, пусть и не самого рядового эксперта, но и явно не той фигуры, которую следовало звать на такие высокопоставленные встречи. Удивительно было и то, что даже его непосредственного босса, Брайана, тоже не позвали, и тот отнесся к этому очень спокойно и понимающе.
Президент компании был высок, седовлас, импозантен, и напоминал трагического актера на заслуженной и обеспеченной негосударственной пенсии.
- Уважаемые господа! Мы собрались здесь ввиду того, что нам предложили выполнить не совсем обычный, но очень и очень ответственный и главное прибыльный контракт. Прошу внимания на экран.
На огромном плазменном экране возникло изображение огромной горбатой подводной лодки.
- Это советский подводный ракетоносец класса «Дельта-3», «К-797». В конце 90-х годов этот корабль в результате аварии на борту и последовавшего за этим пожара затонул в нейтральных водах вблизи берегов Норвегии. Оба реактора были заглушены. Погибло несколько человек.
- Отец, - прошептал губами Кирилл. Президент же продолжал.
- Нынешнее правительство Норвегии, делая ставку на развитие рыболовного промысла в этих водах, обеспокоено наличием потенциальной угрозы для экологии района и всех северных берегов страны в виде этой затонувшей лодки. Норвежцы очень боятся радиации! Но корабль лежит в нейтральных водах и место его гибели официально обозначено на всех картах. Норвежцам пришлось договориться с Россией на разрешение проведение обследования вокруг затонувшего корабля, и те согласились, при условии только внешнего осмотра корпуса и проведения полного экомониторинга района на предмет радиационного фона. Это исследование и будем проводить мы.
Сидевший напротив Кирилла немолодой мужчина с резкими чертами лица, судя по всему, один из крупных акционеров компании, с недоумением в голосе спросил:
- Не совсем понятно, какой интерес компании в довольно рядовом, хотя и более тщательном обследовании просто места гибели корабля? Это могли сделать и сами русские. Эти средства у них имеются. И достаточно современные... Те же «Миры»...
Президент улыбнулся.
- Все дело в том, что если обнаружатся реальные следы угрозы, то русские согласны даже на подъем корабля. А этого они сейчас не могут. Это можем только мы. А это уже большие деньги.
Акционер хмыкнул.
- Да... это меняет дело... очень меняет.
- Русские поставили несколько условий. Одно из них - выбор компании-подрядчика. Это мы. Второе: выбор руководителя проекта. Это наш молодой специалист из России Кирилл Горелов. Прошу вас подняться.
Президент рукой попросил Кирилла встать. Тот, несколько обескураженный и не совсем еще осознавший такой поворот событий, встал и неловко кивнул головой присутствовавшим.
- Горелов - молодой, но уже опытный и перспективный специалист. Все знают его филигранную работу по спасению «Йото Мару» и недавно проведенный подъем затонувшего океанского буксира в Глазго. Но выбор русских был обусловлен еще и тем, что он единственный наш специалист, знающий подводные лодки русских. Не все из присутствующих знают, что Горелов заканчивал в свое время военно-морской колледж в Санкт-Петербурге, готовивший инженеров на корабли этого класса. Так что выбор русских имеет под собой самые серьезные основания. Нам остается только надеяться на высокий профессионализм нашего молодого коллеги.
Президент жестом попросил Кирилла сесть. Тот сел.
- Официальным куратором с русской стороны назначен председатель Конверсионно-технического Комитета при Президенте России вице-адмирал в отставке Соколов Борис. Многие из вас имеют честь быть с ним знакомы.
- Бл... Дед, - снова прошептал Кирилл. Многие из сидящих в зале закивали.
- Сроки, поставленные норвежцами, поджимают. Мистер Горелов, вы завтра же вылетаете в Москву для проведения консультаций с русской стороной. С собой можете брать любого, кто вам необходим, но мне кажется, вы должны остановиться на членах своей прежней команды. Оплата за этот контракт двойная. Наша, а точнее, лично ваша экспертиза, господин Горелов, просто обязана верно и правильно - акцентирую: верно и правильно - обосновать дальнейшее развитие событий с этим контрактом. Готовность выхода наших судов в место гибели лодки трое суток. Ничто не запрещает нам начать промеры глубин и замеры вод до официального подписания контракта и начала работ. Официально бумаги будут подписаны только после экспертной оценки документов, предоставляемых русскими. Так что дело только за вами, господин Горелов. За работу.
После того, как все разошлись, Кирилл вышел на балкон, закурил, и достав телефон, набрал номер.
- Папа, здравствуй... Это я. Да, конечно... Маме привет. Я через несколько дней буду в Севастополе...