Мочёное яблоко⁠⁠

Пятница. Поругалась с мужем. Объявила ему, что ухожу от него в понедельник, а за выходные перетащу вещи в свою коммунальную квартиру. Муж не останавливал. Невозмутимо шлялся по кухне, открывал холодильник и жрал мои котлеты.

Я открыла бутылку сухого, налила принципиально в его чайную кружку и большими глотками выпила. Залезла в телефон. Там сообщение от старого друга по институту Сашки Губкина, поздравлял меня с днём строителя. «Спасибо, Саня, как быстро время летит» - ответила я с ноткой ностальгии.

Он тут же мне отвечает: «Двадцать лет не виделись. Может встретимся?»

Я быстро согласилась. Ну, а почему бы и нет. В конце концов, можно сказать, почти свободная, разведённая. К тому же Санька мне ещё тогда нравился. Договорились на завтра, после шести вечера.

Посмотрела на мужа, которого называю Пингвином, за его семенящий шаг и скованные руки, в душе злобно улыбнулась: «у меня то вот есть запасной аэродром, а ты ищи дуру, как я, что б гладила, стирала, находила носок парный, кастрюлями тебе свинье готовила и при этом не просит шубу и Бали».

Настал завтрашний день. К свиданию я тщательно подготовилась. В коммуналке на радость соседям надраила полы в общем коридоре, убралась в шестнадцатиметровых «апартаментах». Из комода вытащила простынь со штампом РЖД, стыренную когда-то в поезде по маршруту «Москва-Самара», застелила постель. Наготовила окрошки, мясо потушила.

Закончила с комнатой, принялась за себя. Эх, когда я так долго торчала в ванне со станком в руке? В зеркало вижу свои брови. Особо выщипывать не стану, они у меня свои, не то, что у некоторых дам – нарисованные. Одела трусы от «Кельвин Кляйн», натянула с трудом на себя чёрные джинсы, прозрачную рубашку и пошла к метро.

Жду. Сашка опаздывал. Я волновалась. Как он сейчас выглядит. В студенческое время это был один из красавцев во всём институте. Вглядываюсь в проходящих. Вот крепкого телосложения мужик, ничосебетакой, высокий рост, туфли блестят. Внутри ёкнуло. Нет, не Саня. Следом быстрым шагом показался лысый, ниже меня ростом, в клетчатой кепке в клетчатых шортах и в очках с толстыми линзами. Сашка носил очки, да и рост с годами убавляется. Расстроилась, конечно, но, слава богу, низкорослый мимо прошёл.

Сам Сашка показался минут через пятнадцать.

Взмыленный весь, в расстёгнутой на половину рубашке производства Турция (соседка-торгашка такими торгует), маленькие узкие глазки на широком лице, между ног прорезь кавалериста, в руках огромный портфель, плотно чем-то набитый.

Я представляла нашу встречу иначе.

Причёсанный, дорогой парфюм, брюки со стрелочками, цветы.

- Ты из дома? – спросил Сашка, ещё не продышавшись, подкидывая портфель к себе на грудь.

- Да.

- Сытая значит.

Я замялась. Мужик, который от встречи с бабой на что-то надеется не станет произносить подобную чушь. Видимо, Сашка с возрастом тупеет. Всё ж полтинник.

- Веди меня в забегаловку, чтоб с приглушённым светом и пиво за шестьсот рублей мне тоже неинтересно. - выпалил он на одном дыхание.

Вечер надежд перекатывался в томный никчёмный вечер. Зря окрошки поела пол тарелки и специально даже без хлеба. В желудке урчало.

Вздохнула грустно и повела Сашку в пивную. Обливаясь потом, он тащил свой портфель, перекладывая его с одной руки на другую. А может внутри всё-таки сюрприз.

Зашли в бар. Из публики – подростки да командировочные. Командировочных я называю гастрабайтеров.

Официантка, девочка студенческого возраста, указала нам на свободный столик. Уселись.

Сашка тут же попросил у неё отдельно стакан и блюдечко. На меню даже не посмотрел.

- Ножичек прихвати. – крикнул он вслед девушке.

Я всё надеялась, что Сашка меня удивит приятно, ну или, хотя бы бутылку шампанского закажет.

Какой там.

Вместо этого он огляделся воровато по сторонам, нагнулся ко мне через стол и приглушённым голосом сказал:

- Я принёс самогон и мочёное яблоко.

И рожа при этом довольная, будто он преподнёс бриллиант.

Пауза в моей голове. Ни думать, ни осуждать.

Но как только взгляд остановился на портфеле, из которого досталась Губкиным пузатая бутылка с мутной жидкостью и сморщенное яблоко, мысли роем влетели в мою черепную коробку.

Ебическая сила! Что за хрень? Яблоко. Да ещё мочёное. Как я их ненавидела в детстве.

По моей реакции Сашка догадался, что я недовольна. Ещё бы. Я никак не рассчитывала на домашние заготовки.

- Если хочешь давай тебе что-нибудь закажем. – предложил он.

Официантка вернулась со стаканом и блюдцем. Увидев моё расстройство, сама предложила мне из меню выбрать сладкий коктейль. А Сашка заказал гренки с чесноком, и чтобы не выглядеть совсем борзым - себе бокал самого дешёвого пива.

С беспардонной рожей, не стесняясь девушки и в том числе меня, да и рядом сидящих, он положил мочёное яблоко на блюдце и стал разрезать на дольки. Резал бережливо, боясь повредить кожицу, которое от прикосновения ножа ещё больше съёживалось.

Следующим его этапом был – самогон. Налил, залпом выпил, мочёным яблоком закусил. Дольку яблока он некоторое время смаковал на языке, вытянув губы уточкой. После яблока, он закидывал гренку в рот и громко разжёвывал. Со рта его сильно пахло.

Угораздило ж мне согласиться на это свидание.

Затем он начал задавать мне миллион дурацких вопросов. Самогон, видимо, мозговую деятельность притупил вконец. Сколько мужей было, любовников. Каких авторов технической литературы я знаю. Возмутился тем, что читаю Маркеса и Кафку. Что не могу пользоваться цитатами из прочитанных книг и в конце назвал меня Маугли. Пингвин называл меня просто «Милаш».

Разговор уже не складывался. Мне захотелось домой, тем более что последним его предложением стало - проехаться до набережной Чёрной Речки и покормить там уточек.

Я как порядочная дама пошла провожать его до метро. Всю дорогу Сашка объяснял мне рецепт приготовления мочёного яблока.

- Кстати, Саш, - прервала я его – У тебя у самого как на личном?

Он прищурился своими полуслеповатыми глазками и мямлисто спросил:

- Поедешь со мной в Италию?

Я как представила сколько он с собой повезёт туда мочёных яблок, и вместо похода в ресторан наливать мне будет самогон, спешно попрощалась с ним, крепко пожав его вспотевшую руку.

Возвращаюсь бодрым шагом и понимаю, прошёл день, а я уже соскучилась по своему Пингвину, хоть и часто он меня бесит, когда жрёт руками, не поднимает сидушку на унитазе, но несмотря ни на что, я от него не уйду, потому что люблю, потому что родной и уж мочёными яблоками не накормит.