Мечты проклятого человека⁠⁠

- Наверное, это какой-то дурной сон.

Рэндольф К Дормант ущипнул себя за руку, но ничего не изменилось - он всё ещё находился в странном помещении без окон и дверей, с металлическими серыми стенами и слабыми люминесцентными лампами на потолке. Он огляделся и обнаружил, что большинство вещей взяты из его дома: потрёпанный диван, два кресла у электрического камина, журнальный столик с недопитым чаем и вчерашняя газета. Дормант встал в центр комнаты и крикнул изо всех сил в потолок.

- Здесь есть кто-нибудь?

- Да.

Дормант обернулся на голос и увидел, что теперь в кресле у камина сидел незнакомец в чёрно-белом костюме со строгим галстуком и специфическим трудно запоминающимся лицом. В руках он держал фарфоровую чашку с дымящейся жидкостью и размешивал её золотой ложечкой.

- Я агент службы безопасности Уолтер Салливан, - представился человек и сделал глоток.

- Это какая-то ошибка, я простой работник архива, я не представляю никакой угрозы для государства.

- Вы работник архива в военной корпорации. У вас был спец допуск к секретным разработкам, и вы воспользовались им в корыстных целях. Мы нашли вашу тайную комнату в подвале и поэтому можете не отрицать очевидное.

- Вы всё неправильно поняли… - Дормант хотел казаться уверенным и подошёл поближе к агенту.

- На протяжении десяти лет вы воровали военные технологии из архива, - стальной голос Салливана заставил Рэндольфа замереть и ждать момента, когда ему разрешат говорить, - кое-что вы скопировали, что-то пронесли через охрану, а некоторые вещи умудрились отправить на фиктивное уничтожение и в результате их просто выкинули на помойку. Все эти годы вы создавали настоящее чудовище, способное убить тысячи и тысячи мирных граждан. Мои коллеги говорят, что вы очередной мститель, который обиделся, что его не повышали на работе. Но я не верю в эту версию. Если бы это было правдой, то вы бы уже давно спустили этого демона с поводка, и он превратил бы весь завод компании в пыль.

- У меня была мечта - создать идеального робота. И я попытался воплотить эту мечту в жизнь.

- У него скорострельная плазменная пушка, генератор шаровых молний, лазерное оружие, гиперзвуковые ракеты и компактный термоядерный реактор, который генерирует непроницаемое защитное поле. Так выглядит робот вашей мечты? - лицо агента оставалось холодным и безэмоциональным, несмотря на злую иронию в голосе, и Дорманту начало казаться, что у Салливана какие-то проблемы с мимикой.

- Ну, что поделать… Я работал на военную корпорацию и поэтому пришлось собирать его из того, что было. А вы не думали, что я хотел продать его военным и стать богатым и знаменитым?

- Вы никому и никогда не показывали свои чертежи. Ни один из наших специалистов не видел ничего подобного. Значит, вы собирались оставить его себе.

- А если не секрет, то что они думают по поводу моего творения?

- Это продукт безумия, дорогое произведение искусства, а не серийная модель. Робот с такими характеристиками не может существовать и функционировать. Однако он есть. Значит вы очень способный и опасный человек, который может принести пользу, находясь в правильных руках. Мы будем подкидывать вам задачки, а вы будете прилагать все усилия для их решения. Будете хорошо стараться - получите бонусы, усиленную пайку, шоколад, настоящий кофе. А если откажитесь от сотрудничества, то я превращу вашу жизнь в Ад.

Агент Салливан допил странную дымящуюся жидкость и поставил чашку на журнальный столик.

- И так, мистер Дормант, вы готовы отвечать на вопросы? - продолжил агент.

- Естественно, - Рэндольф изобразил покорность.

- Значит этот полуторатонный робот-убийца - ваша мечта?

- С точки зрения общества, он является моим безобидным хобби по вечерам. Я признаю, что робот представляет потенциальную угрозу для простых граждан, но не более того.

- Мы знаем, что вы выходили за стены города и путешествовали вглубь заброшенной территории. Что вы там делали?

Рэндольф сразу понял, что это был тест - Салливан уже всё знал и теперь проверял его на честность.

- Покупал запчасти, оружие и боеприпасы на чёрном рынке.

- Какие именно боеприпасы?

- Все.

- Ещё секунду назад вы говорили, что робот не представляет угрозу для простых граждан. А теперь оказывается, что вы регулярно покупали для него плазменные блоки, пули и ракеты. Как это понимать?

- Я использовал его только против наркомафии, торговцев оружием, рэкетиров и грабителей-налётчиков. К счастью у них всегда есть наличность, чтобы купить новые схемы и чипы.

- Для простого человека вы слишком легко пошли на серийные убийства.

- Мир слишком сильно изменился, мистер Салливан. Вы как никто другой должны знать, что теперь даже порядочным людям приходиться соседствовать с гнилью. Нас окружают бандиты, безумные нищие и наркоманы разных мастей. Везде могут ограбить, избить или даже убить ради потехи, а дойдя до работы мы пашем по двенадцать или пятнадцать часов, чтобы получить крохи и раздать их армии бюрократов-паразитов на нашей шее. Именно поэтому простой человек как я, при первой же возможности начнёт отправлять бандитов с улиц на тот свет. Они нас не жалеют и топчут как тараканов. Мы видим это каждый день. И раз полиция защищает только богатые кварталы, то на что нам ещё надеяться?

- Вы сгущаете краски.

- А как вы думаете, откуда я узнал адреса главарей банд? Народ ненавидит этих гадов. Любой готов сдать их с потрохами даже за бесплатно.

Слова про отвратительное состояние общества больно били по Салливану, но он ничего не мог ответить, ему приходилось глотать горькую правду от Дорманта.

- Разрешите задать вопрос, - воспользовался моментом Дормант, - А как вы узнали, что я часто появлялся на чёрном рынке?

- Контрабандисты запомнили клиента, который всегда платил наличными со следами свежей крови. Конечно вы пытались изменить внешность, но для этого недостаточно просто надеть накладную бороду и натянуть шляпу на голову.

- Не подумайте, что я какой-то кровожадный маньяк. Я действительно думал, что делаю благое дело, когда убираю буйных и безумных бандитов с улиц. И мне очень нужны были деньги для продолжения исследований. Я истратил все накопления и у меня просто не было выбора.

- Здесь есть несостыковка. В рапортах полиции нет ничего подозрительного. Нет никаких инцидентов, за которыми может скрываться огромный робот-убийца.

- Он может отбрасывать лишние части и становиться компактным гуманоидным роботом. Все эти огромные пушки, реактор и генератор защитного поля для него как детали конструктора.

- Он ещё и трансформер?! - возмутился Салливан, - вы бы ещё установили на него ионные орудия и рейлганы с крейсеров!

- Нет, что вы, он уже фактически завершён.

- И что вы собирались делать с этим монстром дальше?

- Я так далеко на загадывал. Никогда не думал, что мне так быстро удастся завершить работу всей моей жизни.

- Почему вы не уничтожили или хотя бы не законсервировали этот опасный образец?

- Как вы могли подумать об этом! Для меня Оуэн как живой человек!

- Постойте. Я читал вашу биографию, в ней сказано, что у вас в детстве был брат Оуэн, который после автокатастрофы отправился в вечную кому и потом умер. Вы назвали машину для убийств в честь своего родного брата?

- Я не Виктор Франкенштейн, который создаёт живое существо нового вида и не думает о последствиях. Я специально выбрал это имя, чтобы показать ему, что отношусь к нему как к брату, что он для меня не бездушный агрегат, с которым можно делать всё, что угодно.

- Вы хотите сказать, что дали ему свободную волю?! Что это ничем не ограниченный искусственный интеллект?! - Салливан за одно мгновение поднялся со своего кресла и схватил Дорманта за воротники.

- Здорово, правда? - Рэндольф не испугался вспышки гнева своего “надзирателя”, он понимал, что нельзя поддаваться страху.

- Вы безумец, - агент “положил” Дорманта в ближайшее кресло, - вы никогда не выйдите на свободу, - уже про себя добавил Салливан.

- Это почти тоже самое, что и талант. Ограничение искусственного интеллекта только снижает его эффективность. Поэтому Оуэн будет всегда быстрее и умнее своих конкурентов!

- Какой мощностью обладает его разум?

- Я попытался реализовать весь существующий технический потенциал. Он ничуть не уступает человеческому мозгу.

- И значит вы как закадычные друзья ходили по трущобам и отстреливали гангстеров?

- Вы выразились как никогда точно. Именно так всё и было.

- А как он относился к тому, что вы его постоянно модернизировали?

- Он видел как устроен мир и понимал, что ему нужно быть хорошо вооружённым, чтобы выжить в будущем.

- С самого начала вы знали, что эта история не может хорошо закончится, - Салливан тяжело присел на диван, и теперь по его движениям можно было заметить всю его накопившуюся усталость.

- Я простой человек, живущий в эпоху перемен, наблюдающий, как наше государство идёт к пропасти, - Дормант попробовал сменить тему разговора, - Мы все живём в предчувствии конца, в ожидании что будет очередной экономический кризис, война, гражданские беспорядки, эпидемии и экологические катастрофы. Поэтому моя история в принципе не может иметь хорошего окончания - все пути ведут в тьму. Так стоит ли жить в мире похожем на кошмарный сон, и не стремиться к тому, чего хочешь?

- Это не здоровые мысли. У вас нет причин для такого чёрного пессимизма. Вы живёте в Мегиддо - в самом технологически совершенном и огромном мегаполисе мира. Вокруг вас все плоды цивилизации: многоуровневые парки развлечений, кинотеатры, торговые центры, музеи, дома творчества, самая лучшая служба безопасности и медицина.

- Это всё становится правдой, если у вас много денег. И если приглядеться, то у нас идёт строгое разделение по уровню доходов. Простые рабочие живут на нижних подземных уровнях и ходят по своим заведениям - дешёвым барам, борделям и притонам. Мелкие бюрократы, серые воротнички и остальные “около люди” живут на первых этажах, среди угрюмой нищеты. У нас тоже есть бандиты, но мы знаем, что там внизу всё намного хуже. Потом идёт квартал среднего класса, продвинутые менеджеры и настоящие люди, которые уже могут купить все ваши плоды цивилизации.

- Это временное явление. Нужно потерпеть, продолжить работать и приносить пользу обществу и тогда всё изменится.

- Я не вижу, чтобы что-то менялось в лучшую сторону. Мы направляем все силы прогресса на то, чтобы ещё сильнее придавить рядового человека: СМИ, система образования, организация труда, медицина, жилищный вопрос, проблема с экологией, всё используется для того, чтобы вырастить послушного муравья. Даже эти проклятые роботы не принесли нам ничего хорошего - из-за них куча людей оказалась на улице, а остальные стали работать по пятнадцать часов в сутки, чтобы их тоже не заменили. А что творится за величественными стенами нашего города? Это же просто преисподняя. Безграничные помойки, выжженная земля и люди, брошенные на произвол судьбы. Вы видели, что происходит на свалках?

- Я читал доклады учёных.

- Это надо видеть собственными глазами: горы “мутированного” пластика выглядят как коралловые рифы, они кишат неубиваемыми и ненасытными бактериями и выбрасывают в воздух токсичные газы. Это кипящая пена медленно распространяется по помойкам и поглощает всё новые и новые территории. Брошенные люди пытаются как-то замедлить её, они роют рвы, которые заполняются сточными водами. И это тоже весьма жуткое зрелище. Отравленные реки и озёра время от времени самовозгораются. А некоторые из них даже взрываются. Представьте себе, что целый пруд в одно мгновение превращается в жидкую взрывчатку и потом детонирует. На его месте образуется кратер, который начинает заполняться новыми жидкими отходами. А про местную живность мне и вспоминать страшно. Вы видели когда-нибудь плотоядных дождевых червей и тараканов-паразитов?

- Именно поэтому мы закрыли доступ в эти сектора.

- Забавно получается, мы добровольно отказались от части своей собственной земли.

- Это бесполезные территории и они не представляют угрозы в ближайшем будущем. Железнодорожные пути между городами и ресурсными базами надёжно защищены.

- Я бы сказал, что это не просто бесполезные территории, а территории переставшие приносить прибыль. Или полностью переработанные. Теперь там процветает рабский труд и кипят бесконечные бандитские разборки.

- Я понимаю ваше беспокойство, но это опасные мысли. Я как государственник больше всего боюсь наступления хаоса. Я знаю, что наша система далеко не идеальна, но также я прекрасно понимаю, что случается, когда такие идеи добиваются успеха. Я сам организовывал пару восстаний в других и странах и знаю о последствиях. Анархия и стихийный гнев ничего не создают, они только разрушают.

- А вы пробовали использовать эти идеи не для разрушения, а для созидания?

- Ладно, мы отвлеклись от темы. Я начинаю догадываться, что вы с Оуэном занимались отстрелом не только крупных мафиози, не так ли?

- Ну, да, - начал стесняться Дормант, - кое-кого мы утилизировали совершенно бесплатно и бескорыстно.

- Говорите прямо, вы организовали народное ополчение?

- Да.

- Как у вас только ума хватило! Вы что, насмотрелись телевизора?

- Отнюдь! Там сплошная ерунда. Я как раз хотел сделать наоборот. Люди не должны верить в героев одиночек из комиксов - они бесполезны и не могут изменить мир. Поэтому я создал кучу гуманоидных роботов-марионеток, которыми Оуэн мог управлять дистанционно. Мы представили дело так, словно в одном квартале люди организовались и стали патрулировать улицы от бандитов. Мы знали, что дурной пример заразителен и увидев, что такое возможно, другие кварталы попробуют сделать тоже самое.

- Вы хоть представляете сколько головной боли вы мне создали?! Я был вынужден разгонять все эти незаконные вооружённые формирования!

- Но почему? Раз полиция не может нас защитить, то почему мы сами не можем заняться этим?

- Государство обладает монополией на насилие. Иначе в стране будет нарастать процесс самоорганизации, которая рано или поздно перерастёт в организацию. Я должен был раздавить бунт в зародыше - сегодня они сами отбиваются от бандитов, а завтра требуют восьмичасовой рабочий день.

- Ну, тогда вы ответственны за всё, что произошло после этого. Хотя даже в этом я вижу свои плюсы.

- Что? Вы хоть понимаете, что говорите? Вы поддерживаете террористов?!

- А по-моему это плоды демократии. Вы разогнали людей, которые совсем недавно почувствовали облегчение, что их жизнь немного улучшилась после организации ополчений. Естественно они обиделись и стали объединяться, чтобы отомстить бюрократам. Теперь у них был боевой опыт и смелость, чтобы ответить на несправедливость.

- Метание гранат в государственных чиновников - вы называете это ответом на несправедливость?

- Но ведь стало только лучше! Теперь министры немного боятся собственных реформ. Они знают, что если, например, опять снизят расходы на медицину, то могут получить бомбу или пулю в лоб. Так народ выражает своё недовольство. И если подумать немного ещё, то это единственный способ наказать крупного чиновника за его ошибки. Что получает министр за свои просчёты? Выговор? Увольнение? Как будто после этого он не устраивается на другую высокооплачиваемую работу… - Рэндольф К Дормант вынужденно остановился от изумления, потому что лицо его собеседника буквально поплыло, - что с вами, мистер Салливан?!

- Всё в порядке.

- Но у вас лицо перекосило в какое-то месиво, - пытался подобрать слова Дормант.

- Это стандартное служебное лицо. У него возникают некоторые неполадки при эмоциональном истощении. Просто не обращайте внимания.

- Извольте, но на это трудно закрыть глаза!

- Давайте мы оба сосредоточимся на деле, - Салливан достал флягу и отпил дымящуюся жидкость, которая в миг успокоила его лицо, - я предполагаю, что ваши приключения с Оуэном не закончились с экспериментами с народным ополчением?

- Вот здесь вы не правы - наша история подходит к концу. Однажды в одном борделе нам крупно повезло: мы охотились на торговца человеческими органами и случайно наткнулись на известную личность. На советника министра по кибербезопасности Стомака. Мы продали его знакомым анархистам, которые вытащили из него все секреты.

Агент Салливан чуть не выдавил содержимое фляжки, но всё же сдержался от приступа гнева.

- Что вы узнали? - сказал Салливан змеиным голосом.

- Ваш план об окончательном вопросе управления обществом. Вы создали технологию, позволяющую преобразовать человеческий организм в робота с силиконовым мозгом и с сохранением памяти. Вы будете продавливать идею о бессмертии через СМИ, что надвигаются экологические потрясения и единственный шанс на будущее - это перерождение, становление сверхчеловеком, незнающим боли, страха, усталости и дурных привычек, что это решит все проблемы и теперь не нужно бояться, что тебя заменят бездушным роботом - теперь ты сам почти робот. Я уверен, что вы сможете убедить людей продать самих себя, - Дормант пожал плечами, - люди достаточно глупы и послушны для этого. Догадываюсь, что с новым кибер мозгом они утратят всякую способность к восстанию и к свободе воле?

- Такой маленький человек как вы, не должен был так близко приближаться к Солнцу.

- Я понимаю это. И честно говоря я совершенно не против того, чтобы остаться здесь до самого конца. Я не хочу видеть того, что будет дальше.

- План тотальной роботизации ещё не утверждён. Разные группировки власти проталкивают свои решения.

- Я даже не хочу знать того, что стоит в одном ряду с этим.

- И что вы решили делать, когда узнали планы Стомака?

- Наши пути стали расходиться. Оуэн горел желанием бороться за другое будущее. Но я уже ничего не хотел. Я считаю, что мы все уже давно обречены и нас ничто не может спасти. Мы превращаемся в улей, в безвольных марионеток. Если люди в своей массе не хотят бороться, то что мы можем изменить?

- Что затеял Оуэн?

- Не знаю, я никогда его об этом не спрашивал.

- Вы позволили ему действовать самостоятельно?!

- А почему нет? Он мне как брат.

Псевдо кожа на лице Салливана вскипела и стекла на его костюм, обнажив под собой бесформенную маску с небольшими прорезями для объективов и рта. Агент поднял Дорманта за плечи и начал сдавливать стальной хваткой.

- Как его уничтожить?! - в голосе агента уже не было ничего человеческого - только механический гнев.

- Не знаю! Я не делал никаких систем самоуничтожения и контроля! Я старался сделать его неуязвимым! Защитное поле использует энергию реактора, чтобы отразить весь ущерб, направленный в его сторону. Поэтому единственный способ - это взорвать над ним бомбу у которой мощность больше чем в его термоядерном реакторе!

- Я и так это знаю! Но мы не можем сбрасывать ядерные бомбы в центре города! Ты создал этого монстра и знаешь его лучше всех, поэтому изволь придумать способ!

- Вы совершаете ошибку! Это же очевидно!

- О чём ты? - с сомнениями к агенту стал возвращаться и рассудок.

- Это часть его плана!

Салливан бросил Дорманта на диван, и тот отдышавшись сразу принялся высказывать свою идею.

- Я знаю как вы вышли на мой след - вам пришло анонимное сообщение, не так ли? - начал на ходу соображать Дормант.

- И что это значит?

- Десять лет я осторожно проворачивал свои дела и тут как гром средь ясного неба случился такой провал! Неожиданное совпадение, не правда ли?

- Согласен. Мы до сих пор не нашли автора анонимки, что наводит на подозрения.

- И вы застали Оуэна в “спящем” состоянии и с включённым защитным полем?

- Мы подумали, что вы его так храните. И мы не сомневались в том, что сможем на нашем полигоне обойти защитную систему робота, созданного самоучкой. Но всё вышло немного по другому.

- У него как и у человека есть режим сна со своими особенностями - он всё видит и слышит. Оуэн хотел, чтобы вы его схватили и перенесли в свою лабораторию.

- Какие у вас есть версии? - Салливан скрестил руки за спиной и подошёл к электрическому камину, он напряжённо думал и обрабатывал информацию, приходящую по беспроводной связи прямо ему в мозг.

- Бессмысленно гадать по одной детали. Нужны собрать как можно больше фактов, чтобы понять его замысел. Что он сделал дальше?

- Устроил тотальный погром, поубивал кучу солдат и роботов, проник в наши сети, собрал информацию и ненадолго скрылся в городе. Потом он отправился на военную базу и угнал недоделанный космический корабль.

- Вот! Это ещё один след! Что было особенного в этом корабле?

- Его создавали для колонизации Венеры. Единственное, что в нём уникальное - это генератор “взрывного” поля. Он создаёт барьер, который начинает распространяться прямо от поверхности корабля, пропуская внутрь себя только атомы газов, безопасных для человека. По замыслу корабль должен был сесть на Венеру, создать защитный кокон и внутри него начать освоение. Но проект заглох - нужно было притащить слишком много оборудования. Мы не хотели просто высадиться и держать оборону вокруг купола, мы хотели построить гигантские машины прямо на месте, чтобы преобразовать атмосферу планеты во что-нибудь приемлемое.

- Что в корабле было не доделано?

- Слишком слабый двигатель и недостаток топлива. Всё остальное было исправно.

- Осталось соединить с оставшимися деталями головоломки, и мы получим ответ.

- Какими ещё деталями? - Салливан очнулся от мыслей и обернулся к своему узнику.

- Я могу сказать в какие дни Оуэн выходил на дело. А вы можете узнать по базе данных, что странного произошло в эти даты.

Агент Салливан тяжело вздохнул и подошёл к Дорманту.

- Естественно, так и нужно было сделать с самого начала. Видимо, я начинаю выдыхаться. Назовите даты.

- Каждое воскресенье и четверг на протяжении трёх недель.

- Хм, - разум агента начал рыться в базе данных, это продолжалось несколько минут, прежде чем он “вернулся” к Дорманту, - в это время произошла кража геологического оборудования, налёт на университет, создающий новые компактные источники энергии, взорван центр кибербезопасности и похищен проповедник последнего дня.

- Последние две вещи! Здесь есть за что зацепиться!

- Неужели?

- Вы просто не умеете мечтать, мистер Салливан. Так что это за проповедник?

- Ничего необычного, просто харизматичный оратор, который призывал создать общину, живущую сельским хозяйством и не занимающуюся получением прибыли.

- Тогда я знаю, что творилось в центре кибербезопасности. Наверняка с помощью технологий, которые были в том центре, Оуэн сможет проникать в информационные сети нашего государства и вести “трансляции”. Это орудие пропаганды.

- Удивительно, но вы правы. Где здесь логика?

- С помощью этого корабля можно колонизировать Землю вместо Венеры. Он приземлиться на какую-нибудь помойку, включить генераторы поля и создаст безопасный кокон. Потом с помощью геологического оборудования он начнёт добычу ресурсов и производство техники необходимой для жизни. Ему с радостью будут помогать сектанты проповедника - для них это исполнение мечты. Они организуют квази-государство, которое будет закапываться в землю и расширять защитное поле.

- А причём тут пропаганда?

- Проповедник будет агитировать людей отправиться к ним в Рай. Им нужны новые люди и рабочие руки. Наверняка проповедник пообещает им жизнь без страха потерять работу из-за роботов, отсутствие бандитов, бесплатную медицину и нормальную экологию.

- И вы думаете, что Оуэн позволил себя схватить, чтобы проникнуть в наши сети и обезвредить систему контроля информации?

- Наверняка Оуэн будет использовать это для своих пропагандистских ударов в сети. Но естественно он мог убить несколько зайцев одним выстрелом.

- Вы понимаете, что натворили? Наши правители не допустят, чтобы люди бежали из-под их контроля. Они будут пресекать это.

- Звучит замечательно. Простые люди будут каждые день видить по телевизору и сети, что можно жить по другому, с высокими технологиями и без угнетения и экологического кошмара, а вы будете им мешать.

- Мы всё подавим.

- А возможно вам придётся пойти на уступки - нормировать рабочий день, объявить, что роботы больше не будут заменять людей, что полиция наконец будет защищать все кварталы города. Вдруг это дешевле, чем массовые расстрелы?

- Возможно и так. И возможно то, что Оуэн специально бросил вас в мои руки, чтобы передать это послание. Что ж, мы подумаем над этим решением… А вы пока готовьтесь к умственному труду, скоро вам принесут первые технические и теоретические задачи, которые нужно будет решить в кратчайшие сроки.

Агент Салливан подошёл в тёмный угол комнаты и растворился в пустоте. Рэндольф Дормант бросился ощупывать пространство, но ничего не нашёл - теперь он остался в одиночестве. Потом Дормант обнаружил, что в комнате появились двери на кухню с запасами еды и уборную. Узник зашёл сделать себе растворимый кофе, но мыслями он был ещё с Оуэном и той информацией, которую он утаил от агента Салливана.

Рэндольф К Дормант все эти месяцы убеждал своего “друга” Оуэна, что человечество заслужило Армагеддон, что единственный шанс на спасение - это начать с чистого листа. И нельзя было сказать, что Дормант не преуспел в своих спорах - он смог породить зёрна сомнений в душе робота. Именно поэтому Оуэн украл доктора Бэколл - лучшего в мире вирусолога. В последние годы она исследовала ретровирусы, способных изменять человеческую ДНК, не вызывая онкологических заболеваний и прочих осложнений. Оуэн помог завершить её работу, но оставил в заложниках.

Дормант присел напротив электрического камина и начал думать о будущем. Вполне возможно, что Бэколл являлась запасным вариантом, на случай если Рай будет уничтожен. А может её технологии будут средством шантажа, чтобы правительство добровольно отпустило часть своих людей в руки проповедника. И нельзя было исключать, что Оуэн хотел сделать людей нестареющими, чтобы завершить образ Рая. Единственное, в чём не сомневался Дормант, так это в том, что внутри Оуэна был мозг его брата, что “робот” жил мечтами также, как и сам Дормант. И если люди уничтожат его грёзы, то он точно использует арсенал Бэколл по полной программе.