Генерал едет с водителем на учения. Водитель одной рукой рулит, а другой чешет промежность. Генерал спрашивает: «Что это ещё такое?! Что ты там всё чешешься?!»
— Товарищ генерал, такое дело: у меня мандавошки завелись. Я их и керосином и дегтярным мылом намывал, ничего не помогает.
— Эх, салага! Всему вас учить надо. Записывай, как нужно избавляться от мандавошек. Едешь в город, идёшь там в магазин „Океан", и покупаешь две тихоокеанских селедки, но только обязательно тихоокеанских, они посолёнее будут. Берёшь эту селедку и едешь с ней на реку. Там раздеваешься, снимаешь трусы и натираешь себе всё хозяйство селедкой. Хорошо так натираешь, жирно! Ложишься на берегу на солнышке и загораешь, ждёшь, пока муди хорошенько взопреют!
— И долго ждать то, товарищ генерал?!
— А как увидишь, что все мандавошки собрались и на водопой к реке побежали, то ты быстро хватай вещи и убегай!
Генерал едет с водителем на учения. Водитель одной рукой рулит, а другой чешет промежность. Генерал спрашивает: «Что это ещё такое?! Что ты там всё чешешься?!»
— Товарищ генерал, такое дело: у меня мандавошки завелись. Я их и керосином и дегтярным мылом намывал, ничего не помогает.
— Эх, салага! Всему вас учить надо. Записывай, как нужно избавляться от мандавошек. Едешь в город, идёшь там в магазин „Океан", и покупаешь две тихоокеанских селедки, но только обязательно тихоокеанских, они посолёнее будут. Берёшь эту селедку и едешь с ней на реку. Там раздеваешься, снимаешь трусы и натираешь себе всё хозяйство селедкой. Хорошо так натираешь, жирно! Ложишься на берегу на солнышке и загораешь, ждёшь, пока муди хорошенько взопреют!
— И долго ждать то, товарищ генерал?!
— А как увидишь, что все мандавошки собрались и на водопой к реке побежали, то ты быстро хватай вещи и убегай!