Леонид и спартанцы⁠⁠

Я не из тех, кто умеет плакать над книгами или фильмами. Со мной такое было всего два раза за всю мою огромную читательскую биографию. Но я хорошо помню момент, когда разревелась на лекции по истории древних цивилизаций.

Лектор, которая читала этот курс, прямо-таки гений своего дела. Она не впадала в эмоции, рассказывала всегда четко, могла изящно ввернуть шутку или историю из своего археологического прошлого. Но почему-то именно такая размеренная и грамотная подача воздействует на мою впечатлительность сильнее, чем театральные вздохи и громкие речи.

В тот день она читала про Фермопилы, сына спартанского царя Леонида, его крошечный отряд и безнадежную битву с персами.

Когда Леонид понял, что его предали и персы нашли обходной путь через горы, но еще имел пути к отступлению, он отослал назад тех своих воинов, кто еще не имел детей. И отказался от помощи отряда из Беотии.

Это был жест отчаяния -- но отчаяния благородного и величественного. Я тогда живо представила себе этого человека, зажатого в тиски, обреченного на бессмысленную смерть, но даже не помышляющего о бегстве.

Леониду было всего 16 лет, он был младшим сыном спартанского царя. Его отправили на убой, потому что для продолжения династии он не был нужен. И самое печальное, что он погиб не столько из-за войны персов и греков, сколько из-за вражды Лакедемона с Афинами. Ведь эта унизительная "помощь" от сильнейшего полиса Греции -- 300 воинов, не считая копьеносцев, -- была скорее жестом презрения и нежелания ввязываться в войну, в которую вступили афиняне.

И под всей этой махиной нелепого спартанского высокомерия и персидской алчности -- 16-летний мальчик, безропотно принимащий свой последний бой.

Нет, я не большой любитель истории. Но Леонид тронул меня больше, чем кто-либо из литературных героев.