Кто не странный⁠⁠

Мы с Аней познакомились в магазине одежды для кукол.
Если честно, магазином это назвать было сложно — скорее закуток в полупустом торговом центре, до которого я полчаса добиралась на автобусе. Но каждая поездка того стоила. Именно там можно было найти отличные аксессуары для моих БЖД.
Аня ездила в центр по той же причине.

Когда я увидела её, то сначала расстроилась — Аня зависла у стеллажа с кукольными туфлями, сапожками и ботинками, которые как раз нужны были мне. Знаете это чувство, когда вам хочется спокойно выбрать что-то в магазине, но рядом появляется незнакомец и всё так неловко...
Аня подняла голову — сверкнули круглые стёкла очков — и улыбнулась:
— У вас кто, девочка или мальчик?

Фудкорт был почти пуст: компания подростков, которые, кажется, прогуливали школу, парочка в углу, склонившаяся над одним мороженым на двоих. Мы с Аней взяли кофе — не слишком хороший — устроились на диванах, обтянутых потрескавшимся кожзамом, и продолжили болтать о куклах.
Отвечая на её вопрос — у меня было три девочки. Анна, Марина и Зинаида, названные в честь моих любимых поэтесс. Ради них я изучала моду Серебряного века. Часами сидела над швейной машинкой. Искала по всему городу подходящие аксессуары и украшения.
И, конечно, у меня были сотни фотографий на телефоне — и все я показала Ане.

Её галерея тоже была забита фотосессиями кукол. Листая кадры пальцем, на котором слегка облупился синий лак, она рассказывала:
— Это Оля. А это Маша... А тут Евгений, мой новый мальчик. Я как раз ему ботинки искала.
Мне её куклы показались слишком простыми. Ни разноцветных волос, ни фантазийного макияжа. Одежда — уменьшенная версия того, что продаётся в обычных магазинах. Белая рубашка и брюки, платье в розовый цветочек.
Но у Ани так горели глаза.

БЖД — это шарнирные куклы. Не вздумайте считать их простыми игрушками! За стеклянными глазами и пластиковой кожей скрывается нечто особенное.
В нашем сообществе каждая что-то умеет. Кто-то создаёт кукол с нуля: от шарниров на лодыжках до последней пряди волос. Кто-то коллекционирует редкие экземпляры. Или шьёт куклам костюмы, устраивает фотосессии. И все мы болтаем со своими мальчиками и девочками, как же без этого.
Иногда кажется, что они всё слышат. Всё понимают.

С Аней мы, конечно, встретились снова — уже в центре, чтобы выпить нормального кофе. Прогулялись по парку, обсуждая кукольную обувь, ткани и выкройки. Она удивительно хорошо разбиралась в этом всём, хотя иногда и отпускала странные комментарии вроде:
— А по вечерам мы все вместе пьём чай.
Или:
— Вчера мы смотрели ужастик, Жене они нравятся.

Я, конечно, тоже со своими куклами общалась — но до такого никогда не доходило.

Мы обсудили это с девочками на арт-маркете: среди столиков с куклами, миниатюрной мебелью и, конечно, сотнями разных нарядов. Я редко что-то покупала, но старательно впитывала идеи, чтобы повторить их дома, на дешёвой швейной машинке.
Света, которая продавала украшения из кристаллов, привлекавшие всех сорок маркета, сказала:
— ...странная? А кто не странный? Найди здесь хотя бы кого-то нормального.

Я оглянулась: десятки кукол; платья, достойные красной дорожки — только крошечные; толпа, обсуждающая преимущества фарфора перед пластиком.
— Тоже верно.
— Мы с этой Аней пару раз встречались, она у меня вроде даже что-то покупала. — Света сморщила лоб. — Маша с ней дружит. Помнишь, рыжая такая? И куклы у неё все рыжие.
Кукол я помнила. Машу — нет.
— А Маша здесь? — Я снова обернулась, пытаясь разглядеть копну ярких волос в толпе.
Света пожала плечами:
— Сама не знаю. Она давно не заходила.

Света была права: кто из нас не странный? И я продолжила общаться с Аней. К тому же у нас всегда находилось, что обсудить.
Она показала, как выжать максимум из моей дешёвой машинки. Объяснила, как сделать аккуратные швы даже на топе размером с мизинец. Скинула кучу плейлистов с обучающими видео — такие сокровища собирают годами.
Мы делились находками с маркетплейсов, выкройками одежды для кукол и, конечно, десятками фотографий.
А потом Аня пригласила меня к себе домой.

Там я и встретила кукол, они жили в старом серванте, который превратили в особняк для БЖД. Каждая полка стала комнаткой: фиолетовые обои, мебель из той, что я видела на маркетах.
И маленькая семья.
Евгения я увидела на первом этаже — он сидел на игрушечной кровати, заваленной десятком маленьких подушек. Оля пила чай, Маша читала миниатюрную книжку.
У неё были рыжие волосы.

Я и раньше понимала, что мы с Аней относимся к куклам абсолютно по-разному. Я любила часами придумывать образ, создавать одежду, а потом делать фотографии. Или просто восхищаться своими девушками, которые сидели на полке в красивых позах.
Аня возилась с куклами почти как ребёнок: построила им домик, болтала, показывала кино... Нет, это не было смешно. Я даже немного завидовала тому, как Аня их любила.

Пока она варила нам кофе, я осматривала комнату. Мягкая кровать с лоскутным покрывалом и десятком подушек, швейная машинка на столике у окна, коробки с тканями. Их венчала фотография в рамке: две девушки, одна из них — маленькая Аня. Я рассматривала комнату с фиолетовыми обоями, платье в цветочек и не могла избавиться от ощущения...
Аня приоткрыла дверь в комнату.
— Тебе корицу положить?
— Что? Да. — Я показала на рамку. — А с кем это ты?
— Это моя сестра. Старшая.
— А где она сейчас?
— Да так... Пойдём на кухню?

За чашкой действительно вкусного кофе я забыла обо всём. Все мы странные. Что мешает Ане возиться с куклами и даже делать их похожими на реальных людей?
К тому же она казалась мне такой одинокой. Конечно, мы вместе ездили на маркеты, Аня знала почти всех в кукольном сообществе — но ходили ли они пить кофе каждые две недели? Бродили ли вместе по парку, выискивая лучшие места для фотосессий?
Списывались ли даже ночью, если хотелось поболтать?

И всё же я не могла забыть о фотографии. Это было вроде ошибки в шитье: со стороны незаметна, но ты всё равно о ней знаешь. Поэтому, когда Аня прислала очередную подборку фото с нарядами, которые подошли бы моей Зинаиде, я зацепилась за один кадр.
Девушка с рыжими кудряшками держала в руках такую же рыжую куклу в чёрном костюме. Мне хотелось рассмотреть все детали: от маленьких брюк с безупречными стрелками до приталенного пиджака.
Но я смотрела на девушку. Живую.

Она была так похожа на куклу, которая читала книгу в домике Ани.

Забыв о наряде, я открыла список Аниных друзей, быстро нашла нужную страничку. Маша, та, рыжая.
Её не было онлайн уже много месяцев.
Анину сестру я отыскать не смогла — у неё что, даже странички в соцсетях не было? От кого она пряталась? Почему от неё осталась одна фотография и кукла в комнатке с фиолетовыми обоями?
Я снова открыла профиль Ани. В описании нашла строчку: «Встречается с Евгением П.». Евгений... Знакомое лицо. Пусть я и видела его лишь на полке серванта.

Аня выкладывала не только фотосессии своих кукол. Я нашла целый альбом с милыми кадрами: вот они с Женей гуляют по парку, вот катаются на лодке по озеру, вот обнимаются у кинотеатра рядом с афишей фильма о проклятом театре.
Кукла на маленькой кровати. Та, с которой Аня смотрела ужастики.
Её любимый парень, сестра и подруга.

Телефон чирикнул — пришло новое сообщение. От Ани. Я замешкалась, прежде чем его открыть, но заставила себя успокоиться. Да что со мной? Парочки расстаются, с родственниками перестают общаться, а кто-то просто бросает свои страницы.
Глубоко вдохнув, я нажала на диалог. Аня прислала мне фото куклы: короткие светлые волосы, полосатая футболка, блестящие кольца на пальцах. Это была я. Маленькая я, которая сидела в комнатке в кукольном домике Ани.
Я не понимала, что происходит. Но не сомневалась в одном.
Эта кукла, она сделана с любовью.

126/365

Одна из историй, которые я пишу несколько раз в неделю, — для творческой практики и создания контента.

Спасибо анонимному пользователю за донат к предыдущем посту <3

Мои книги и соцсети — если вам интересно!