Книга: Диалоги в пустоте. Эпизод третий. Название: Схема с трещиной⁠⁠

Предыдущий эпизод

Артём появился внезапно, как сквозняк из приоткрытого окна. Владимир представил его с размахом: «Мой братан, Артём. Человек, который может провернуть всё что угодно. Особенно если это касается машин или… нестандартных финансовых потоков».

Артём, 36 лет, был одет в дорогой, но кричащий спортивный костюм, с золотыми часами на запястье. Его рукопожатие было влажным, взгляд — бегающим, но с хитринкой. Он излучал энергию человека, который вечно ищет короткий путь, обходя главную дорогу.

Разговор начался с дежурных фраз про бизнес, но быстро свернул в привычное для Артёма и Владимира русло.

Артём: (Тяжело вздыхая, отхлебывая виски) Ребята, вопрос на миллион. Нужно поднять бабла, и чтоб быстро. Дела встали. Машины сейчас плохо идут, все стали умные, проверяют по базам. Нужна свежая схема.

Владимир: (С оживлением, бросая значительный взгляд на Сергея) А мы как раз с Сергеем на китайцев работаем. Опт. Контейнеры. Там суммы… не детские. Правда, Сергей тут со своей документацией и сертификатами…

Артём: (Внезапно оживившись, перебивая) Китайцы? Опт? Да это же золотое дно! Их кинуть — раз плюнуть. Они же там свои договоры не любят, наличкой любят работать. Знаешь, как можно? Аванс берём за большую партию. Говорим, что масло супер-премиум, специальная выдержка, что ли… Надо красиво упаковать историю. Берём аванс, процентов 50, закупаем на них самое дешёвое подсолнечное, переливаем в красивые бутылки с алтайскими этикетками, отгружаем один контейнер. А потом — тю-тю. Связь обрываем, компании-однодневки ликвидируем. Они податься не смогут.

Владимир загорелся. Его глаза заблестели. Это была его стихия — грандиозная авантюра, игра в «Больших ребят», где он — мозговой центр. Он начал развивать мысль, добавляя детали про «крышу» в порту, поддельные фитосанитарные сертификаты, связи в таможне. Артём подхватывал, сыпал жаргонизмами. Виски лился рекой, подливая масла в огонь их фантазии.

Сергей сидел молча. Он не пил. Он наблюдал, как строят карточный домик. Его лицо было каменным. Когда пауза в их диалоге стала достаточно длинной, чтобы его голос мог прозвучать как удар топора по льду, он спросил тихо:

Сергей: Вопрос первый. Откуда вы знаете, что китайская сторона захочет работать с наличным авансом в 50% с новой, никому не известной фирмой? Современные китайские импортёры всё чаще работают по аккредитивам, особенно с новыми поставщиками.

Артём: (махнув рукой) Да связями всё решается! У меня в Москве ребята есть, они контакты подскажут. Таких, кто наличку гоняет.

Сергей: Вопрос второй. Подделка сертификатов, фальсификация продукта — это не мошенничество в особо крупном размере, это ещё и статья по 238-й УК (нарушение требований безопасности). Плюс, если продукт нанесёт вред здоровью (а дешёвое масло может быть чем угодно), это отягчающее. Вы готовы к такому сроку? Я — нет.

Владимир: (Раздражённо) Ты опять за своё! Ты слишком много думаешь о рисках! Мы же не для себя, мы для общего блага! Быстро поднимем капитал и в белое русло!

Сергей: (Игнорируя его, обращаясь к Артёму) Вопрос третий. Ваши московские «ребята». Они готовы взять на себя юридические риски? Или они просто «посоветуют», а висеть будет на нас?

Артём немного ссутулился. Он достал телефон, вышел в соседнюю комнату, бормоча что-то про «уточню». Через десять минут вернулся. Его бравурный настрой поутих.

Артём: (Неохотно) Ну, москвичи… Они сказали, что с китайцами сейчас связываться — геморрой. Таможня пристаёт. Предлагают другое. Открываем ИПшку. Берём в работу «грязные» деньги от разных клиентов, пропускаем через себя под видом, например, рекламных услуг или IT-консультаций, и обналичиваем. Комиссия 15%. Быстро, проверено.

Владимир снова оживился. Это казалось проще и безопаснее. «Вот! Нашёл же Артём нормальный вариант!»

Сергей: (Снова тихо, но так, что его было слышно отчётливо) Вопрос четвёртый и последний. Вы знаете, что сейчас за обналичкой следит не только налоговая, но и ЦБ, и Росфинмониторинг? Что ИП, через которого идут десятки миллионов без реальной деятельности, — это красная тряпка для проверки? Что вас могут привлечь по 174-й статье (отмывание) как посредника, даже если вы не знали источник денег? Риски — колоссальные. Прибыль — 15%, из которых надо вычесть затраты на бухгалтера, кассу, комиссии банкам. Чистыми — 8-10%. На ваш век свободы и спокойного сна.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Виски в стаканах Владимира и Артёма вдруг показалось горьким. Их красивая, быстрая схема разваливалась под тяжестью простых, неотразимых вопросов.

Владимир: (Срываясь на крик, от злости и стыда) Да что ты вообще понимаешь, Сергей?! Ты всю жизнь в легальном поле копошишься! Мир не такой! Нужно рисковать, чтобы взлететь! Ты своим скептицизмом просто гасишь любую инициативу!

Сергей: (Поднимаясь) Я не гашу инициативу. Я гашу глупость. Я не боюсь риска. Я боюсь идиотского, неоправданного риска. Ты говоришь о миллионах, но готов за них получить срок, а не виллу. Это не смелость. Это самоубийство, прикрытое бравадой.

Я в деле с алтайскими маслами и Китаем. Там есть чёткий бизнес, продукт, взаимная выгода. Там я вижу путь.

В вашей схеме с ИП я вижу только путь в чёрный воронок. Участвовать не буду.

Он посмотрел на них обоих. На Артёма, который уже мысленно искал следующего лоха для своей «схемы». На Владимира, чьё лицо пылало от обиды и непонимания. В этом взгляде Сергея не было праведного гнева. Была лишь усталая, ледяная ясность. Ясность человека, который видел слишком много раз, как разбиваются такие же карточные домики, увлекая за собой тех, кто в них поверил.

Сергей: (Уже у двери) Владимир, по поводу встречи с поставщиком с Алтая — завтра утром жду твоих новостей. Артёму — удачи в поисках.

Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. В стерильной квартире воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только бульканьем виски в стакане Артёма.

Артём: (Фыркая) Ну и зануда твой партнёр. Доигрался в свою честность. Без риска сейчас никуда.

Владимир: (Мрачно) Он… он не понимает, как всё устроено на самом деле. Он думает, что цифры и бумажки правят миром. — Но в его голосе не было прежней уверенности. Он впервые увидел не просто скептика, а человека, который отказался от, казалось бы, лёгких денег не из страха, а из… расчёта. Из какого-то другого, непонятного Владимиру, внутреннего кодекса. И этот отказ жёг его сильнее любой критики.

Сергей же шёл по холодной новосибирской улице. В его голове не было сомнений. Был лишь холодный пепел разочарования. Он надеялся найти в Владимире хоть какую-то опору, пусть и кривую. Но сегодня тот показал себя с другой стороны — готовым на авантюру, на грани преступления, лишь бы сохранить иллюзию «большой игры». Сергей понимал, что его партнёр — не просто пустышка. Он — опасная пустышка, которая в любой момент может потянуть его за собой в яму. Но ему были нужны эти «связи». И он решил продолжить игру, но теперь с двойной осторожностью. Его депрессивная апатия на секунду отступила, уступив место старому, знакомому чувству — бдительности. В мире, где все играют в аферистов или жертв, он решил остаться единственным, кто играет в реальность. Даже если это самая одинокая и безрадостная игра на свете.