Хлеб с отрубями. Гошины истории
Это четвертая гошина история. Узнать, кто такой Гоша и что это за истории можно здесь
Было тогда лет шестнадцать. И был помнится какой-то праздник, мать дала мне деньги и отправила в нудный и ненавидимый мной поход по магазинам, я, конечно же, мог отказаться, но это означало испортить отношения с ней как минимум на два дня. Вздохнув и получив ЦУ(ценные указания) купить хлеба, причем один батон с отрубями для бабушки, как будто бабушка учует разницу с отрубями батон или нет. А так же разной продуктовой галиматьи в виде фарша, масла и прочего кулинарного разнообразия. Я вышел на улицу и начал размышлять, а куда бы мне сначала пойти. Выбор пал на новую булочную, ее недавно построили турки почему-то в виде японской пагоды.
Идти было недалеко, всего то дорогу перейти. Я приблизился к булочной и открыл прозрачную дверь, приятно тренькнул колокольчик и я оказался внутри. Убранство магазина ничем таким меня не поразило: обычные прилавки, обычные продавщицы. Несмотря на не раннее утро магазин был пуст, ну, то есть, не абсолютно, толклись там какие-то старушки и дородные тетки лет сорока-пятидесяти.
Протянув продавщице деньги, я сказал: «Два белых, один с отрубями и бородинский» И вдруг в мозгу у меня вспыхнуло « А почему называется «С отрубями»" . Не отличаясь никогда излишней стеснительностью, я задал этот вопрос продавщице. Она как-то странно осеклась и чуть не выронила предназначенный мне батон.
«Коль, тебя»,-- заорала она, куда-то в темную пустоту позади себя. «Да ладно если такие сложности я обойдусь»,- вежливо сказал я. «Нет, нет, молодой человек, Коля сейчас придет и все вам расскажет». Мне стало интересно, и я решил дожидаться неведомого Колю. А вот и он, в синем рабочем халате, небольшой такой мужичок с усиками. «Чего надо»?,- прокуренным голоском пропищал он. «Да вот молодой человек интересуется, что такое хлеб с отрубями. Расскажешь?», - проговорила продавщица, обслуживая старушку с зонтиком.
«Отчего же не рассказать и не только рассказать, но и показать», - он подмигнул мне, «Пошли»
Продавщица откинула деревянную или скорее даже пластиковую перегородку и пропустила меня за прилавок. «За мной», - скомандовал шустрый мужичок и направился, куда-то налево, я пошел за ним, мы прошли мимо стремных дверей с мощными амбарными замками и оказались, около небольшой лесенки ведущей в подвал. «Не боишься?» - спросил Коля, оскалив желтые прокуренные зубы. «А чего бояться, хлеб он и в Африке хлеб», бодро ответил я. «В Африке говоришь, ну да в Африке", как-то отстранено сказал Коля, пропуская меня вперед. "Спускайся, спускайся", сказал он, несильно подтолкнув меня вниз по лестнице. В конце лестницы была массивная железная дверь, которую Коля, долго мыкаясь, открыл ключом, «Заходы» почему-то с грузинским акцентом проговорил мой проводник. Я зашел. И вот тут то меня действительно поразило - огромный зал, тянущийся возможно метров на 400. Видя мое изумление, Коля спросил: «Ну как»? «Нормально», только и смог проговорить я, вглядываясь в противоположный конец зала.
«Тута значица, у нас пекарня, полностью автоматический процесс это тебе не хухры-мухры, вот оттуда", Коля показал, куда то за себя, "Тут мы, значица, получаем муку, там печка, ну, а это", он показал рукой вдаль: "Склады, зерно, крупы всякие, всего помаленьку». «Ты спрашивал, что такое хлеб с отрубями, ну чтож пойдем покажу», он повел меня куда-то в дальний конец подвала, к небольшой белой двери с замком напоминающим замок старого холодильника, щелкнув им, он втолкнул меня внутрь, дверь за мной захлопнулась Я и оказался в огромном холодильнике.
Я как-то неожиданно быстро бросился к двери, замолотил кулаками и заорал: «Эй выпусти меня отсюда мужик, что за шутки»! В ответ мне словно в плохом фильме ужасов, раздался завывающий смех.
"Сука, выпусти меня отсюда»! - надрывался я. Поняв, что колотить в дверь бесполезно огляделся и вот тут-то ужас накрыл меня с головы до ног, словно я выкупался в липком море дневного кошмара, повсюду в холодильнике на крюках висели люди, вернее даже не люди, а их трупы, целиком и по частям, они были покрыты инеем, словно бараньи туши на холодильном складе. Да это и был холодильный склад. Наверное, стоило задуматься о себе, что-то предпринять, а что можно предпринять, задохнувшемуся от страха пареньку в железной комнате заполненной замороженным человеческим мясом. Не знаю, возможно, именно в тот момент я немного повредился в рассудке, сел в углу этого морозильника и впал в какой-то странный ступор, мне не было даже холодно, мне было просто никак, совершенно никак, и совершенно все равно. Как только я открывал глаза, я видел покрытую инеем женскую ногу, на пальцах ноги угрюмо посверкивал матированный инеем темнобордовый лак. После этого я снова закрывал глаза и уходил далеко в себя оставляя тело замерзать в этом гробу. Не знаю, что вернуло меня. Наверное холод. Он все таки пробрался под мою майку Motorhead "1916" и черепа Lemmy, Wizzo, Philthy и Wurzel покрывались серебристым инеем.
Пытаясь не обращать внимания на развешанные, словно елочные игрушки трупы, я огляделся вокруг, высота этого холодильника была около трех метров, о том, чтобы взломать дверь не могло быть и речи, железная дура с уплотнителями из жесткой резины. На потолке я заметил трубы, по которым циркулировал фреон, но как туда добраться? Превозмогая отвращение, я схватил ближайший труп за ноги, он был твердым как кора дуба, подтянулся и полез по трупу вверх, наконец, я зацепился за крюк, на котором он висел и встал на плечи этого бывшего обитателя поверхности, ухватился за цепь, к которой был приделан крюк, она же в свою очередь крепилась к потолку. Наступив одной ногой на голову мертвеца, я попытался достать фреоновую трубку и чуть не упал, слипшиеся обледеневшие волосы плохая опора для кроссовок Simod.
Нет, голыми руками ее не взять, я пошарил у себя в кармане, ничего подходящего не обнаружил, хотя нет, пожалуй, связка ключей, зажав ее наподобие кастета и акробатически удерживая цепь одной рукой, я раскачивал труп, пытаясь достичь нужной амплитуды, чтобы продырявить фреоновую трубку. Наверно со стороны это выглядело комично. Раскачавшись, я с силой ткнул ближайшую трубку, это оказалось не так то легко, трубка сделанная из пищевого алюминия так просто не хотела подаваться, наконец, то я проткнул ее, раздалось шипение и фреон начал выходить с легким свистом из пробитого мной отверстия. Температура должна скоро упасть, и этот чертов маньяк из этой маньяческой булочной Коля должен был проверить в чем дело, но как скоро это произойдет, успею ли я тут совсем окочуриться или смогу все-таки выбраться. Уже не замечая трупов вокруг, я решил повредить как можно больше трубок, не менее пяти раз, я взбирался на мертвецов и протыкал трубопроводы своими ключами, а одну из трубок я выдернул и отломил.
Мне оставалось только ждать, наверняка сработает сигнализация, о том, что холодильник не охлаждает. Я снова сел в угол и погрузился в медитативное забытье.
Но звук открываемой двери я услышал словно, звон миллиона будильников. Я открыл глаза, действительно входил мой старый друг Коля, он даже не посмотрел на меня, видимо посчитал, что я заснул и медленно умираю, отодвинув мешающее проходу мужское тело, Коля пошел к дальней стенке холодильника, я вскочил на ноги и как только Коля повернулся ко мне спиной прыгнув на него сзади, вонзая свой алюминиевый штык ему в шею, Коля захрипел, как поросенок и кинулся к выходу.
Я продолжал методично втыкать в него свое оружие. Около выхода он рухнул и попытался руками и зубами достать меня. Как только Коля оказался ко мне лицом, я с силой воткнул трубку ему в горло и в меня пройдя через нее ударил фонтан густой и теплой крови, стало гораздо теплее. Еще раз взвизгнув Коля задергался и умер. Я поднялся, поскользнулся на его крови, упал и снова поднялся.
Медленно, все еще сжимая свой штык в руке пошел к выходу. Наверно я был весь в крови и когда появился в торговом зале булочной, все, открыв рты, таращились на меня. Продавщица протянула мне пакет с хлебом сказав только: «Вы забыли». Я поблагодарил ее и вышел на улицу. Долго думая, а что же такое хлеб с отрубями я решил, что замороженные человеческие тела стругают электрическим рубанком, а потом эту стружку добавляют в муку, вот и получается с отрубями.
Я не зря сказал, что повредился в рассудке, когда Коля толкнул меня в тот холодильник, ибо с тех пор я ем людей вместе со своей бабушкой.
