"Канал номер 19"- 4 часть⁠⁠

Глава 11. За дверью канала

На станции стояла обычная летняя жара.

Работы было немного, и Андрей решил заняться профилактикой оборудования. С утра он открыл окна, принёс ветошь, кисточку и компрессор для продувки.

Пыль здесь скапливалась быстро: степной ветер приносил её постоянно.

Он аккуратно снимал крышки со стоек, продувал контакты, протирал приборы и делал отметки в журнале. Работа была привычная, спокойная, из тех, что помогают хоть ненадолго отодвинуть тяжёлые мысли.

Одна за другой были открыты все восемнадцать радиостоек.

Андрей переходил от одной к другой, пока не дошёл до стойки девятнадцатого канала.

И остановился.

Она была заперта, причём не штатным замком. На задней части стойки висел самый обычный навесной замок — старый, потёртый, будто его повесили уже после установки оборудования.

— Интересно...

Андрей принялся искать ключ.

Он открыл один шкаф, потом второй, потом третий, перебирая старые журналы, инструкции и какие-то ведомости. Всё было покрыто толстым слоем пыли.

В одном из шкафов лежала старая папка.

Когда Андрей потянул её на себя, изнутри выпала фотография.

Он поднял снимок с пола.

На фотографии было здание станции — совсем новое, ещё без следов времени. Перед ним стояли трое мужчин.

Первого Андрей узнал сразу.

Александр.

Только молодой.

В центре стоял Владимир Волков — ещё не седой, улыбающийся, совсем не похожий на того человека, которого Андрей видел в больнице.

Третий мужчина стоял справа. Лицо его было частично затёрто, но Андрей несколько секунд всматривался в фотографию, потому что в этих чертах было что-то знакомое.

Очень знакомое.

Он поднёс снимок ближе к свету и вдруг понял.

Руслан Магомедович.

Без очков.

Моложе.

Но это был он: те же волосы, зачёсанные назад, та же улыбка, тот же подбородок.

Андрей нахмурился.

Почему тогда Руслан Магомедович сказал, что никогда не работал с Владимиром? Почему говорил, что знает о нём только по рассказам?

Он ещё раз внимательно посмотрел на фотографию, потом сунул её в нагрудный карман.

Ключа так и не нашлось.

Тогда Андрей вышел на улицу, открыл чемодан с инструментами, который лежал в машине, покопался внутри и взял тяжёлый молоток.

Вернувшись на станцию, он ещё раз посмотрел на замок.

— Извини.

Сказал он это неизвестно кому.

И ударил.

Замок слетел со второго удара.

Андрей осторожно открыл дверцу стойки и замер.

Внутри почти ничего не было: никаких привычных блоков, ламп или модулей. Только несколько толстых проводов уходили куда-то вниз, в пол.

А в самом низу стойки находился металлический люк с массивной ручкой.

Сердце Андрея забилось быстрее.

Он присел, взялся за ручку и осторожно потянул люк вверх.

Из открывшейся щели сразу потянуло прохладным воздухом, таким холодным, что Андрей невольно отдёрнул руку.

Он открыл люк полностью.

В ту же секунду где-то внизу вспыхнул свет.

Андрей заглянул внутрь и увидел узкую металлическую лестницу. Она уходила вниз по кругу, винтом, словно лестница в старых подъездах, только гораздо уже.

Ступени терялись глубоко под землёй.

Он наклонился ещё ниже и понял, что под станцией находится помещение.

Андрей резко закрыл люк, поднялся, подошёл к окну и посмотрел на улицу.

Никого.

Только степь, ветер и далёкая линия горизонта.

Он вышел наружу, закурил и ещё раз внимательно огляделся.

Никого.

Докурив сигарету, бросил окурок и растёр его ботинком, после чего вернулся внутрь.

Снова открыл стойку, поднял люк, и внизу опять загорелся свет.

Андрей начал осторожно спускаться.

Металлические ступени тихо поскрипывали под ногами. Винтовая лестница делала оборот за оборотом, уводя его всё глубже под землю.

С каждой новой ступенью становилось прохладнее.

Наконец лестница закончилась.

Андрей сошёл на бетонный пол и остановился.

Перед ним открылось огромное помещение — и неожиданно обжитое.

У стены стоял диван, рядом письменный стол, несколько шкафов. Но больше всего поражала противоположная стена: она была полностью заставлена оборудованием.

Сотни лампочек.

Мигающие индикаторы.

Приборы.

Блоки.

Панели.

Какие-то экраны со шкалами.

Ничего подобного Андрей раньше не видел.

Он медленно подошёл ближе, всё ещё не веря своим глазам.

Кто мог создать всё это?

Владимир Волков?

Один?

Как?

В помещении держалась прохлада, работала вентиляция, где-то негромко гудели механизмы. Всё было устроено так тщательно, будто этим местом пользовались совсем недавно.

Андрей подошёл к одному из шкафов и открыл дверцу.

Внутри стояли сотни папок. Очень много папок, и из каждой торчала бумажная закладка с номером.

Он наугад взял одну.

На корешке было написано:

2019

Андрей открыл папку.

На первом листе крупными буквами было напечатано:

COVID

Китай. Ухань.

Он не успел прочитать дальше.

Свет погас.

Мгновенно, будто кто-то выключил рубильник.

Сверху раздался звук захлопнувшегося люка.

Папка выпала из рук Андрея.

Сердце бешено заколотилось.

Он замер.

Вокруг была почти полная темнота, и только слабое мерцание каких-то приборов едва освещало помещение.

Андрей бросился туда, где должна была быть лестница. В темноте он несколько раз ударился о шкафы, пока наконец не нащупал металлические перила.

И начал быстро подниматься наверх.

Винтовая лестница будто растянулась в темноте.

Ступенька за ступенькой.

Выше.

Ещё выше.

Наконец Андрей добрался до люка, упёрся в него руками и толкнул вверх.

Ничего.

Он толкнул сильнее.

Люк даже не шелохнулся.

Андрей поднялся ещё выше и упёрся в него плечом.

Бесполезно.

Люк словно заварили.

И вдруг он услышал шаги.

Наверху.

Кто-то ходил по станции прямо над ним.

— Эй! — закричал Андрей. — Я здесь!

Шаги стали ближе.

Он начал стучать кулаками в люк.

— Откройте!

Шаги остановились.

Люк начал медленно подниматься.

Яркий дневной свет ударил в глаза. Андрей зажмурился и прикрыл лицо ладонью.

— Это я! Андрей!

На секунду ему показалось, что наверху кто-то стоит и смотрит на него, но разглядеть лицо он не успел.

Люк резко захлопнулся, снова погрузив его в темноту.

— Эй! Ты что?! Открой!

Он колотил в люк и кричал, но в ответ услышал только удаляющиеся шаги.

Шаги человека, который прекрасно знал, что Андрей находится внизу.

Глава 12. Ловушка

Андрей ещё какое-то время стучал в люк — сначала кулаками, потом просто кричал, но никто не отвечал.

Наверху было тихо.

Только где-то далеко гудело оборудование.

Наконец он перестал. Силы были не бесконечны, а толку от криков не было никакого.

Он спустился вниз и зажёг спичку.

Жёлтый огонёк осветил помещение.

Андрей увидел диван и сел на него.

Здесь было довольно прохладно.

Он облокотился на колени и задумался.

Кто там наверху?

Кто не выпускает его?

Да только Александр.

Кто же ещё?

Он ведь предупреждал не лезть в это дело. Предупреждал.

Андрей вспомнил их беседу: каждый раз, когда разговор заходил о девятнадцатом канале, Александр замыкался, уходил от ответа или менял тему.

Значит, всё это время он знал.

Но что именно?

И зачем молчал?

Мысли перескочили на дядю Кайрата.

А с ним что произошло?

Действительно сердечный приступ?

Или нет?

Если приступ был, то почему?

Может, он тоже услышал эфир. Может, услышал что-то такое, что не должен был слышать.

А может...

Андрей остановил себя.

Слишком много догадок и слишком мало фактов.

Он машинально потрогал нагрудный карман.

Фотография была на месте.

Андрей достал её и зажёг ещё одну спичку.

На снимке снова появились трое мужчин: молодой Александр, молодой Владимир и Руслан Магомедович — без очков, с густыми тёмными волосами, улыбающийся.

Они стояли рядом не как случайные знакомые.

Как коллеги.

А может, и друзья.

Андрей долго смотрел на фотографию, пока спичка не догорела и не обожгла пальцы.

Он бросил её на бетонный пол.

Снова наступила темнота.

Прошло неизвестно сколько времени.

Может, час.

Вдруг помещение залил свет, а где-то наверху раздался металлический лязг.

Люк открывался.

Андрей вскочил на ноги, быстро подошёл к лестнице и начал подниматься.

Он поднимался осторожно, ступенька за ступенькой, пока наконец не показалась поверхность.

Андрей выбрался наверх, поднялся во весь рост и вышел из радиостойки девятнадцатого канала.

На диване сидел Руслан Магомедович.

Дверь станции была открыта, за ней виднелась степь.

Руслан Магомедович смотрел куда-то вдаль, потом медленно повернул голову и посмотрел на Андрея.

— Андрей, — тихо сказал он. — Мне очень печально. Очень.

Он снял очки, протёр их платком и снова надел.

— Ты всегда мне нравился как человек. И специалист ты хороший. Но твоё любопытство...

Он покачал головой.

— Оно всё перечеркнуло.Абсолютно всё!

Андрей молчал.

Руслан Магомедович посмотрел в сторону открытой двери.

— Я тебя уберёг от трагедии с мостом.

Он замолчал, потом тяжело вздохнул.

— Да, конечно, я не мог предупредить тебя насчёт Ларисы. Но тебя-то я спас.

Андрей не произнёс ни слова и просто смотрел на него широко раскрытыми глазами.

— Андрей, ну тебя же предупреждали.

И вдруг Андрей спросил:

— Что вы сделали с дядей Кайратом?

Руслан Магомедович вздохнул.

— Дядя Кайрат сам себя погубил.

Он провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад.

Только тогда Андрей заметил Александра.

Тот стоял возле окна, присев на подоконник, молчал и внимательно наблюдал за разговором.

Конечно.

Они были заодно.

Теперь это стало очевидно.

И вдруг в отражении оконного стекла Андрей заметил кое-что ещё: из-за пояса Александра торчала рукоять пистолета.

В этот момент из наушников девятнадцатого канала послышался треск.

Стрелка прибора резко ожила и начала стучать об ограничитель.

Все трое одновременно повернули головы в сторону стойки.

Этого мгновения хватило.

Андрей рванулся вперёд.

Александр только начал поворачивать голову обратно, его рука метнулась к пистолету, но не успела.

Кулак Андрея ударил первым — точно в челюсть.

Александр отлетел назад, прямо в окно.

Стекло разлетелось вдребезги.

Руслан Магомедович вскочил с места, но оружия у него не было.

Андрей уже бежал к выходу.

На ходу он всем корпусом врезался в начальника. Руслан Магомедович по инерции отлетел назад, задел стол и повалил его на себя.

Андрей выскочил наружу, схватил тяжёлый компрессор, приготовленный для продувки оборудования, подтащил его к двери станции и намертво подпёр вход.

Изнутри сразу послышались удары.

Но дверь держалась.

Андрей бросился к своему ГАЗ-69, распахнул дверь и посмотрел под рулевую колонку.

Ключей не было.

Он похолодел.

Рядом стояла чёрная «Волга» Руслана Магомедовича, но она была закрыта.

Из станции снова донёсся сильный удар.

Потом ещё один.

И ещё.

Дверь долго не выдержит.

Андрей повернулся.

Перед ним была степь.

За спиной — люди, которые явно не собирались отпускать его живым.

Глава 13. Погоня

Из станции продолжали доноситься удары. Компрессор скрежетал по полу, и было ясно: долго дверь не выдержит.

Андрей оббежал здание станции и вдруг увидел мотоцикл Александра — старый, но ухоженный М-72.

Такие мотоциклы в те годы часто встречались по всему Союзу, а ключей для запуска не требовали.

Он подбежал к нему, перекинул ногу через сиденье и со всей силы нажал на заводную лапку.

Ничего.

Ещё раз.

Тишина.

На третий раз двигатель кашлянул, дёрнулся и ожил.

Мотоцикл затрясся всем корпусом, а из выхлопной трубы вырвалось облако сизого дыма.

В этот момент со стороны станции раздался грохот.

Похоже, дверь всё-таки поддалась.

Андрей включил передачу и рванул с места.

Мотоцикл понёсся через степь. Ветер бил в лицо, кочки подбрасывали, руки крепко держали руль.

Он постоянно оглядывался назад.

Сначала позади никого не было, но потом вдалеке, почти у самой станции, поднялась пыль.

Среди неё появилась чёрная точка, которая быстро росла.

Чёрная «Волга».

Она догоняла.

Андрей сильнее выкрутил ручку газа. Мотор взревел, мотоцикл пошёл быстрее, но расстояние всё равно сокращалось.

Прошло несколько минут, и «Волга» уже висела у него на хвосте. За машиной и мотоциклом тянулись огромные клубы пыли, будто по степи неслись два паровоза.

Он снова прибавил газ.

Стрелка спидометра дрожала возле предела, мотор работал на износ, но «Волга» была быстрее.

Она приближалась метр за метром.

Наконец машина поравнялась с ним.

В открытом окне Андрей увидел Александра. Тот сидел впереди, рядом с водителем, и ветер трепал его волосы.

— Андрей! — кричал он. — Остановись! Давай поговорим!

Но беглец прекрасно понимал, чем закончится такой разговор.

Он только сильнее наклонился вперёд и выжал из мотоцикла всё, что тот мог дать.

Несколько секунд ему даже удалось уйти вперёд, но вскоре степная дорога вывела их на междугородний тракт.

В те годы это была обычная гравийная дорога, укатанная грейдером.

«Волга» снова начала догонять.

На этот раз гораздо быстрее.

Она приблизилась вплотную, и Андрей почувствовал её рядом — так близко, что уже слышал не только рёв двигателя, но и скрежет камней под колёсами.

И вдруг автомобиль резко вильнул в сторону.

Удар.

Мощный.

Прямо в заднее колесо мотоцикла.

Мотоцикл подпрыгнул, пошёл юзом и начал заваливаться набок.

Всё произошло за доли секунды.

Андрея выбросило вперёд. Он ударился о дорогу, подскочил, снова ударился, потом ещё раз и ещё.

Тело кидало по камням и гравию, пока оно наконец не замерло у обочины.

На несколько мгновений вокруг стало тихо.

Только двигатель перевёрнутого мотоцикла ещё хрипел где-то неподалёку.

Чёрная «Волга» остановилась.

Из неё вышли Александр и Руслан Магомедович. Не торопясь, они подошли к лежащему на земле инженеру.

Зрелище было тяжёлым: голова залита кровью, рубашка разорвана, лицо полностью разбито, одна рука лежит под неестественным углом.

Несколько секунд они молча смотрели на него.

Потом переглянулись.

— Так даже лучше, — тихо сказал Руслан Магомедович.

Александр ничего не ответил.

Он только ещё раз посмотрел на Андрея, после чего развернулся и пошёл обратно к машине.

Они сели в «Волгу».

Дверцы захлопнулись.

Машина развернулась на дороге и вскоре исчезла за облаком пыли.

Андрей остался лежать один — неподвижный посреди широкой степи.

Над дорогой снова стало тихо.

Лишь ветер гнал сухую траву вдоль обочины.

Где-то вдали показался рейсовый автобус.

Маленькая точка на горизонте, которая медленно приближалась.

Примечание автора

В основе отдельных событий этой истории лежат реальные трагедии.

14 июня 1959 года в городе Акмолинске, который сегодня носит название Астана, произошло обрушение моста. По имеющимся сведениям, тогда погибли шесть человек. Сведения об этой трагедии были засекречены, поэтому в прессе того времени она не упоминалась.

30 июля 1950 года под Карагандой потерпел крушение самолёт Ил-12. В этой авиакатастрофе погибли двадцать пять человек. Данные об этой трагедии также были засекречены и не публиковались в газетах того времени.

Отдельным историческим отголоском в рассказе упоминается COVID-19 — пандемия, начавшаяся в 2019 году в городе Ухань, Китай. По официально подтверждённым данным, во всём мире от COVID-19 умерло более семи миллионов человек, при этом реальные потери могли быть значительно выше.

Все персонажи, сюжетные линии, канал №19, станция связи и тд. являются художественным вымыслом.

Далее будут представлены фотографии, созданные с помощью искусственного интеллекта, — так я представляю себе героев этой истории.