Как я религиозной становилась1
Жила я в обычной русской семье. Мама, папа, да я. Ни бабушек, ни дедушек, никого, кроме нас троих. Мои родители не были религиозными. Но у нас, конечно же, висела дома икона. И все, включая меня, были крещеными, потому что так положено. Из атрибутов веры у нас была ещё маленькая папина библия, которая выглядела так, будто её пожевала собака. И пылилась на полке. Никто в церковь не ходил, молитвы не учил, заповеди не соблюдал и, конечно же, по вере не жил.
В 10 лет мама торжественно мне заявляет, что на самом деле у нас есть родственники в Израиле. И мы принадлежим к какому-то особому роду. А не вот этим гойям. И что мы не на 100% руссЬкие, а есть ещё какие-то там «евреи». Кто это такие и почему эта информация для меня должна была быть важной, я не поняла тогда. И просто пропустила мимо ушей.
Помню, как застала маму на кухне горько плачущей. Она спросила меня: «Отец назвал меня жидовкой. Ты тоже так считаешь?» Я хлопала глазами и не понимала, что от меня хотят услышать. Потому что не знала, что это такое. И сказала: «Да».
В 6 класс меня отправили учиться из обычной общеобразовательной школы в «еврейскую». Там, по словам мамы, меня ждало: светлое будущее, связи, статус и безопасность. Ввиду того, что школа была религиозной. А значит — никаких наркотиков, секса, пива и сигарет. Только вера. Только хардкор. Хотя у мамы всё вышеперечисленное было. А меня вот она почему-то решила обломить. Обидненько вышло.
Я ничего не понимала тогда. Поэтому не сопротивлялась. Новая школа так новая. На тот момент это была уже третья. Сказать, что было сложно — ничего не сказать. Я ничего не знала о другом мире. О других людях, их вере и правилах, ценностях и так далее. Я была белой вороной… Или, точнее, белым пингвином. Среди обычных, в цицитах и с пейсами. Но у них было по-своему клёво. Новый год в сентябре. Постоянные праздники, трапезы. И очень интересные истории, мифы и легенды о народе. А я дурела, что называется с этой прикормки. Мифы и легенды, были моей любовью. Я собирала свою библиотеку Египетской и древнегреческой мифологии. Иудейской у меня еще не было.
Класс был разделён на мужской и женский. Но на переменах можно было общаться друг с другом. Отдельные уроки, посвящённые изучению Торы и истории народа. Восхваления и песнопения. Как народ отовсюду гнали, гнали, гнали, да не выгнали.
Несмотря на то, что я не вписывалась в это общество, меня начало затягивать. Так как их мир казался каким-то сказочным, как раз для меня.
Тогда моей маме предложили отправить меня по одной из программ для новых репатриантов в Израиль. Продолжить обучение там. Программа предполагала обучение 4 года в религиозной школе. Далее паспорт, институт либо армия, счастливый брак, 800 детей, светлое будущее, связи, свободная Америка и всё в этом духе. Звучало неплохо. Мама так и сделала.
В 13 лет я оказалась одна в чужой мне стране. С чужими людьми, правилами и надеждой на светлое будущее. На этот раз школа была не просто религиозной, а ортодоксальной.
Я узнала, что существует такое понятие как «религиозная страна». И в ней целые районы, которые делятся по понятиям. Те же банды и группировки, что в моём детстве. Только предмет споров другой. Местные скинхеды в виде ортодоксов, что не приемлют гоев.
Возможно, окажись я в светской школе, коих там было сотни, судьба распорядилась бы иначе. И я бы не стала писать этот пост. Но было как было.
Приобщение к новой вере идёт плавно.
Прежде чем оказаться там, я ездила с мамой трижды на подготовку и собеседования. Первый раз в Москве. Второй в Киеве (да, было время). И в третий раз снова в Москве. Туда съезжались со всех территорий СНГ. Когда-то ещё с полным составом. Всё, что было нужно, — это иметь в родстве по материнской линии еврея и говорить по-русски. Так как школа была русскоязычной.
На этих съездах нам рассказывали об истории Израиля, еврейского народа, особом отношении Бога к ним, всех возможных плюшках. А ещё нас кормили на убой. Столы ломились от сладостей. Вообще было какое-то мимолётное ощущение, что я пришла на платформу 9 и 3/4. Сейчас на меня наденут распределительную шляпу. И я поеду в еврейский Хогвартс.
Программа, по которой я ехала, называлась НААЛЕ. Она и сейчас действует. Они брали на себя оплату обучения, проживания, питания, медицинскую страховку и перелёты. Также ученикам выплачивалась стипендия. В размере, который я уже не помню. Но этих денег хватало на покупку вкусняшек или пива и сигарет.
В общем, условия были слишком шикарными. Нужно было только пройти собеседование и тестирование на знание английского, математики, иврита. И завершающее психологическое собеседование, которое имело куда больший вес, чем всё вышеперечисленное.
Именно психолог давал своё заключение: готов ли ребёнок к такому серьёзному шагу, который буквально изменит всё его будущее. А также жить одному без родителей в общаге с другими подростками.Мне дали заключение — отказ.
Но администрация школы, как и мама, решили, что я всё же справлюсь. Поэтому все обязательства, которые возлагались на спонсоров программы, легли на школу.
Я показалась всем очень смешной и беззаботной девчонкой. Которая легко впитывает и не сопротивляется ничему. А мне и вправду легко впитывалось. Так как жила я в хреновых условиях, как Гарри Поттер. А тут пришёл мой Хагрид и сказал, что если сниму цепочку с крестом и соглашусь соблюдать местные правила — меня зачислят в Гриффиндор…
Оставайтесь со мной, я обязательно напишу продолжение. Ставьте лайки, надевайте носочки.
Шаббат Шалом, Православные! Как и обещала, пишу продолжение.
Итак. Распределительная шляпа сказала: «Израиль. Иерусалим. Религиозная школа».
Мама собрала все мои вещи в чемоданчик, и мы ринулись покорять страну первой флешки. Ну как мы. Я.
Если говорить о самой стране, как о точке на карте, её ландшафте, природе и климате. То первое, что мне очень понравилось — это серпантин. Как обычная городская девчонка, которая не видела ничего, кроме наших просторных полей, лугов и ручейков. Я, конечно, была поражена. Для меня даже корову увидеть было радостью (честно говоря, и сейчас), а совершенно другой мир сразил меня наповал. Холмистые местности, пустыня, горы, пальмы, манго, сухие деревья, извилистая дорога. Горные козлы, ящерицы, змеи, шакалы, которые выли каждую ночь. Купольное небо — так я его называла. Небо, которое я видела каждый день и вижу сейчас, уходит за горизонт и тянется просторной гладью. В Иерусалиме из-за того, что город буквально стоит на холме, небо выглядело как купол. Оно обволакивало собой город, и объекты, которые были видны за облаками, например луна, казались мне нереально огромными. Правда. Я ещё никогда не встречала такой огромной луны. Она была настолько большой и красивой, что я каждую ночь выходила на балкон и смотрела на неё, и не могла поверить своим глазам, мне всё время казалось, что я могу до неё дотянуться.
Удивительным для меня также оказались дома. Ни панельки, ни хрущёвки, ни кирпичики, ничего, что напоминало о доме. Огромные белые каменные плиты — очень красивые сами по себе, но такие холодные внутри.
Если говорить о людях. Хочу вас предостеречь: я пишу по памяти из своего юного опыта в 13 лет. Всё, что я описываю, — это воспоминания ребёнка, который оказался один в чужой стране с чужими людьми. Если вас как-то задевают мои слова, прошу вас, не берите это на личный счёт. Это всего лишь мой взгляд на тот мир, который мне показали и каким я его запомнила.
Так как я жила в религиозном районе и общалась исключительно с религиозными людьми, я могу говорить лишь об этом. Я встретилась с огромной долей неприязни и отвращения к русскоговорящим, намного больше, чем к арабам, несмотря на их междусобойчики. Они вроде друг друга хаяли, но кто вас повезёт в такси домой в шаббат, если не араб?
К сожалению, я часто сталкивалась с неприкрытым презрением как от взрослых, так и от детей. Русские ассоциировались со свиньями. Помню, как я шла со своей одноклассницей по улице, и мимо нас шли мальчишки лет 9–10 в кипах, с пейсами, с цицитами, вообще всё как положено набожным парням. Один из них плюнул в мою подругу, второй кинул в меня камень. Думаю, для понимания картины этого описания более чем достаточно. В такие ситуации за год жизни там я попадала много раз.
Мои родственники жили и живут по сей момент в ортодоксальных кварталах. Это буквально значит, что если вы хоть немного не впишетесь в общий вайб, в лучшем случае вас просто назовут «редиской». Когда я приезжала к ним, то чувствовала, как им было неловко от одного моего присутствия. Как будто я приносила с собой казни египетские и оскверняла саму суть их иудейского мира… Только тот факт, что сами они родились и выросли в СССР, они почему-то напрочь забыли. Только мой прадед не забыл, который умер в 96 лет в стране, которая как и мне была ему чужой. Во время ВОВ, когда была оккупация в Беларуси, он бежал с теми, кто успел, через леса. Его семью вместе с домом переехали танком. Каким-то чудом он оказался в Москве и смог построить новую жизнь после окончания войны. Каким — я не знаю, я видела его всего два раза. У него были невероятно добрые и чистые глаза для человека, который видел ад. Но он никогда о нём не рассказывал. Если спросить — сразу плакать начинал. Я пишу о нём здесь, чтобы оставить его в своей памяти как единственное светлое пятно из того времени. Наверное, это единственный человек, который был абсолютно честным и спокойным, он всегда хотел вернуться на родину, надеюсь, что он обрёл покой.
В школе я столкнулась с рядом правил, которые тяжело поддавались моему пониманию. Безусловно, нам запрещалось носить открытую одежду. Закрытая шея или хотя бы ключицы, рукава до плеч, закрытые колени. Замужние женщины само собой в париках или головных уборах, которые прячут волосы. Тёмная одежда, которая горела адским пламенем под палящим солнцем. Особенно в «Хамсин». Просто ужаснейшее явление для человека, у которого 9 месяцев в году была зима. Воздух прогревался настолько, что вызывал оптические иллюзии и головокружения. Слава Богу, этот период я застала недолго. А дожди. Вот это я оценила. Мощнейшие проливные дожди, похожие на тропические, очень красиво, очень сыро и свежо. Я такое люблю.
Не будем уходить далеко. Предметы в школе были интересные, были и такие, которые я не встречала у нас в России даже на слуху, например «Бухгалтерия», и, конечно же, много уроков, посвящённых изучению Торы, истории народа, молитв и прочего. Каждую пятницу мы обязательно собирались в доме у нашего классного руководителя, где её муж читал нам благословения, давал жизненные напутствия и читал свои стихи, параллельно попердывая или рыгая. Да. Такое почему-то считалось нормой у религиозных и никак не порицалось. Хорошо, что такое было в норме не у всех, и нас также часто отправляли в чужие семьи по разным городам. Это тоже была одна из традиций, пожалуй, единственная, которая мне понравилась. Поскольку мне удалось познакомиться с самыми разными людьми и посмотреть на их жизнь изнутри. Многие из них совершенно не говорили по-русски, а я совершенно не разговаривала на иврите, поэтому сутки нам приходилось изъясняться друг с другом жестами. Подобные поездки по замыслу должны были убедить каждую девочку уверовать и остаться. Меня, к сожалению или счастью, не убедили. Я встречала хороших и честных людей среди ортодоксов. Но их буквально было по пальцам пересчитать, и по своей сути ортодоксами они не являлись. Были обычными добрыми людьми, которые жили по своей вере. Во всех остальных домах я то и дело слышала, что кого-то надо обязательно истребить, убить, гнать, ну и всё в этом духе.
Ещё я нигде не видела такого количества даунов, как в религиозных кварталах. Это сильно бросалось в глаза, даже когда просто ездила из города в город. В светских городах такого явления я почти не наблюдала. Мне это аргументировали тем, что они просто очень заботятся обо всех, никого не бросают, ну и аборты, естественно, запрещены среди религиозных. Про вероятность кровосмешения они умалчивали. Ну это всё лишь моя теория, основанная на том, что я видела. Например, у моей тёти 10 детей. Живут они в отдельном ортодоксальном районе, где на каждых 10 детей ещё 10 детей. Заводят семьи также внутри своих районов. Конечно же, вступать в брак можно только с иудеями и чаще всего ещё и внутри своего «колена». Проще говоря, Смирновы со Смирновыми. Ивановы с Ивановыми. В моей незамысловатой математике получается, что каждый третий кому-то чей-то брат и так далее.
Было ещё много чего, что сложно давалось моему пониманию, например, в шаббат в общежитии нас заставляли делать разные вещи. Нужно было рвать туалетную бумагу заранее, так как рвать в шаббат нельзя — это работа. Зажигать свечи или свет заранее, так как прикасаться к электрике нельзя ни в коем случае, естественно, как и взаимодействовать с ней. Чистить зубы тоже было нельзя. Помню смешной момент: я закурила там, и в шаббат мы как-то с одноклассницами стащили менору и побежали с ней за местную бойлерную прикуривать от неё. Было очень весело. Телефоны отбирали, правда, тогда они мало у кого были. А кашрут? Ох, это было выше моих сил. Рыбы только с чешуёй, животные только парнокопытные, две раковины: в одной мой посуду после молочки, другую после мяса. Вообще эта тема настолько глубокая и обширная, что она просто не вместится в один пост, да и сути не изменит. Всё это было слишком сложно для меня.
Сказка, про которую мне рассказывали, оказалась реально сказкой. Никакого тебе зельеварения или кубка Снитча. Только столы ломились от еды, как и в Гарри Поттере. Что-что, а вот кормили там на убой. При таком количестве праздников и регулярных трапез там толстели даже дистрофики.
Если долго не размывать, то лично для меня сложилась тогда определённая картина — как бы хреново мне ни было дома, назад в этот райский уголок я не вернусь. Религиозной стать не получилось из 32 человек в классе, я и еще одна девочка из Киева не вернулись, после летних каникул, продолжить обучение. Я не согласна с тем, что «еврейство» передаётся по матери. Почему отрицаются отцы и их вклад в генный фонд, не понимала тогда, не пойму и сейчас. Как можно называть евреем человека, у которого в одном роду только русские, белорусы, украинцы, евреи и даже цыгане записались, я беру только из своего примера. И как люди, прожившие всю жизнь в любой другой стране и имея совершенно отличный менталитет от израильского, пожив там какое-то время, отказываются от прошлого и записываются в какую-то особую расу с особыми привилегиями. Все под "Галахой" ходят.
Ещё раз прошу не обижаться, если мои слова вас задели. Возможно, будь у меня другой опыт, я бы говорила иначе и тоже пела бы оды народу Израиля. А может, и нет.
В любом случае желаю вам мира и покоя в душе.