Как кота с соседом оставила⁠⁠

Командировка на пять дней — вроде ничего страшного, но оставлять кота одного было никак нельзя. Борис у меня парень избалованный: ест только то, что ему под нос положат, сам в холодильник не полезет. И вот началась моя дилемма: кому доверить? Подруги все в разъездах, родители далеко, платные няни для котов — это, извините, слишком жирно.

И тут я вспомнила про соседа Лёху. Лёха — мужик добрый, животных обожает. Правда, как говорится, немного "вредных привычек", ну, то есть всегда слегка под шафе. Нет, не слегка. Но! Зверюшек-то он любит! У него в детстве, рассказывал, аж три собаки были, кошки сами к нему в квартиру прибегали. Последние штаны продаст, бутылку купит, но и котам на улице какой селёдки возьмёт. Решила, что рискнуть можно.

Позвала его, объяснила всё:
— Лёш, корм два раза в день. Вода всегда свежая. И, пожалуйста, не забудь лоток убирать, а то Борис обидится.
Лёха кивнул с таким видом, будто его назначили главным ветеринаром района. Чтобы наверняка, я поставила в кухне мешок корма на 10 килограммов. Думаю, ну вот теперь вообще никаких проблем не будет. Корм есть, инструкция написана, деньги заплачены. Лёха подмигнул:
— Не переживай, как за своим посмотрю.

Я уехала спокойно, даже на нервы не капала фотками с котом. Всё должно было быть идеально. А потом я вернулась.

Открываю дверь и тут же понимаю: что-то пошло не так. Запах. Такой запах, будто квартира решила поучаствовать в конкурсе «Самое неприятное амбре года». Захожу внутрь, а навстречу мне летит Борис. Он выглядит как кот, который прошёл через ад и вернулся рассказать об этом.

Борис вскарабкался на меня, как будто я его спасатель, и начал жаловаться — мяукает, пищит, хвост дыбом. Я сразу поняла: с едой что-то не так. Иду на кухню. Мешок с кормом… пуст. Просто пуст. До последней крошки. А на полу лежат остатки пиццы.

Стою и тупо смотрю на мешок. Что?! ДЕСЯТЬ КИЛОГРАММОВ за пять дней?! Это Борис, конечно, любитель покушать, но не до такой же степени!

Иду к Лёхе с уже бешено стучащим в висках вопросом: «Что за чертовщина?» Он открывает дверь и улыбается мне, как будто вообще ничего не произошло.

— Лёш, а где корм? — спрашиваю я.

Лёха почесал затылок и виновато хмыкнул:
— Эээ… Ну, мы, короче, с мужиками… Этого… Ну, в общем, закусили маленько.

— Закусили? Кошачьим кормом?

— Ага. Слушай, он реально вкусный! Мы даже, можно сказать, оценили. Твои гранулы прям нормально под водочку пошли. Ну, мы чуть не рассчитали, конечно. Борису потом пиццу дал, не голодал он!

На этих словах у меня чуть глаз не дёрнулся.

— Лёш, ты серьёзно?! Ты десять кило корма с друзьями съел?!

— Ну… не я один! Там Петрович ещё был, и Санька, и… Короче, Борис с нами тусил, нормально было! Мы с корма еще вкуснющую кашу сварили.

Я вернулась домой, глядя на Бориса, который с презрением отвернулся от меня. Видимо, пицца — это была последняя капля.

Теперь Лёша в командировках числится для меня в чёрном списке. А Борис, кажется, всё ещё вспоминает пиццу с тоской, но я сделала выводы.