Кабинет Свободы. Часть первая.⁠⁠

Часть первая.

Мягкий желтоватый свет редких фонарей освещал дорожки безлюдного, небольшого сквера. Застывшая водная гладь мелкого, прямоугольного бассейна, разрезавшего сквер посередине, отражала, словно огромное зеркало, почти безоблачное небо и неровную, белоснежную дорожку полной Луны на небосводе.

Изредка осенний ветерок создавал недолгую рябь на воде. Попутно играя, словно мальчишка, с разноцветными опавшими листьями. Под могучими кронами дубов располагались скамейки, спасающие от жаркого солнца и периодических мелких дождей.

Молодой человек в темных потёртых джинсах и в чёрном, длинном пальто с высоким воротником, медленной походкой возвращался после продолжительной прогулки по прилегающему небольшому саду, сокрытого высокой живой изгородью.

Поднимаясь по большой гранитной лестнице с округлыми ступенями, ведущей к ещё незаконченной большой, полуоткрытой террасе, он резко остановился. Яркая вспышка света, раздавшаяся позади, осветила на мгновение когда-то величественное здание в классическом стиле, половина которого была почти отреставрирована, другая же утопала в строительных лесах и сетях.

Слабая улыбка мелькнула на его лице. Быстро пробежав остаток лестницы, повернув направо, он быстрым шагом направился к краю террасы, с которого открывался прекрасный вид на сквер. Облокотившись на гладкую поверхность невысокой, по пояс, балюстрады, и положив подбородок на сцепленные в замок пальцы, он начал внимательно смотреть в тёмную даль.

Яркие, ветвистые молнии периодически пронзали вдалеке ночное небо. Луна начала неохотно скрываться за облаками. С каждым разрядом молнии и последующим раскатом грома улыбка на его лице становилась всё более и более живой. От нахлынувшего холодного ветра по телу пробежала мелкая дрожь. Над головой оглушительно громыхнуло. Буря была уже на пороге.

Хмыкнув, похлопав по внешним карманам пальто, он демонстративно поднял указательный палец. Достав из внутреннего кармана початую пачку сигарилл и бензиновую зажигалку, парень начал то открывать, то закрывать зажигалку, наслаждаясь лязгающим звуком металла. Едва пламя зажигалки лизнуло краешек сигариллы, как тут же потухло от меткого попадания большой капли, упавшей с неба.

С немым укором молодой человек взглянул на ночное небо, которое уже полностью затянулось плотными облаками. Холодные и тяжелые капли начали медленно барабанить по коже, постепенно наращивая темп.

"Чудесно. Прекрасно… " — подумал он, с закрытыми глазами вдыхая полной грудью воздух, убирая пачку и зажигалку.

Тряхнув головой, сбрасывая холодные капли, развернувшись, он медленным шагом направился к дверям. Мелодия падающих капель дождя на холодный камень и мрамор завораживала. Ливень яростно стучал по стёклам и отливам окон.Гроза была в самом разгаре.

Закрыв за собой массивные, резные двери, молодой человек оказался в большом, со вкусом обставленном холле. Посередине находился указатель, от чего холл напоминал развилку. Указатель гласил: Прямо – Secundo area (Второй этаж) и Library (библиотека). Налево – Officium/Cubiculum.(Кабинет/Спальня.) Направо – Triclinio (Обеденная комната).

Рядом с указателем располагался невысокий широкий постамент из тёмного дерева с расстеленной периной, на которой мирно дремали белоснежный кот и чёрная, как смоль, кошка. "Впрочем, ничего нового..." — подумал парень, подходя к постаменту. Оба замурчали, когда каждому их них почесали за ушком.

От раздавшегося грохота Альбус лишь лениво приоткрыл один глаз, дабы меланхолично посмотреть на царящий полумрак. Нюкта всё так же мирно лежала, лишь слегка навострив уши, тайно подглядывая на хозяина.

— Спите, я пошёл к себе, — прошептал он, напоследок почёсывая лоб Альбуса и поглаживая мягкую шерстку Нюкты. Ответ, оба сладко зевнули и сильнее замурчали.

Привычно повернув налево, пройдя небольшую дверь, молодой человек с тёмными, короткими волосами и седой прядью, оказался в коридоре с редкими, затянутыми плотными шторами, окнами и небольшими настенными светильниками. Коридор украшали картины разных стилей и размеров, обрамленные в изысканные багеты. Рядом с некоторыми картинами висело зеркало. Коридор оказался очень длинным. Вдалеке едва виднелся силуэт двери.

Тяжело вздохнув, он быстро зашагал в сторону двери, стараясь не смотреть на висящие картины, которые будто оживали, стоило посмотреть на них какое-то время. Проходя мимо одной их самых больших картин, резко остановившись, словно услышав приказ, он бросил на неё взгляд. На ней, староватой на вид, были изображены люди, обнявшиеся для группового фото. Среди них был и он .Образы большинства изображенных были размытыми, едва различимыми друг от друга. Чуть приглядевшись, он услышал знакомые голоса, гул переплетающихся разговоров, смех и звон бокалов. Волна тепла пробежала по его телу. Сменяясь мурашками. Лицо наполнилось грустью.

"Почему ты так далеко?"– подумал он, нахмурив брови, злостно смотря на едва различимую дверь в конце коридора. Закрыв глаза, сосредоточенно представляя дверь перед собой, сделал глубокий вдох. Медленный выдох.

Открыв глаза, он стоял в паре шагов от высеченной двери из цельного куска красного дерева. "Optimum medicamentum quies est" ("Лучшее лекарство - покой") — гласила красиво выгравированная фраза на табличке, висевшей справа от двери. Слева от двери висела другая – "Memoria sacra" ("Память священна").

В стороне от двери, в небольшом закутке, стоял столик с красками, банкой, наполненной кистями и мольберт с незаконченной картиной. Были набросаны лишь очертания девушки, стоявшей у набережной, прислонившись к гранитному ограждению, в пол оборота смотрящей на автора.

На стене, рядом со столиком, висела небольшая доска из пробкового дерева, с аккуратно прикреплёнными фотографиями. На фотографиях была улыбающаяся молодая девушка с короткими, огненно-рыжими волосами, на некоторых они были вместе, на остальных запечатлены красочные места города. Рядом же висело овальное зеркальце, взглянув в которое можно было увидеть туманный, едва различимый образ.

"Не сегодня" — подумал он, мотнув головой, когда его взгляд пробежался по незаконченному полотну, задержавшись на фотографиях.

Взяв ключ, лежащий на столике, со множеством различных брелков, среди которых была пара в форме ангельского и демонического крыла, молодой человек открыл кабинет.

Стоя на пороге, окидывая кабинет взглядом, словно лишний раз убеждаясь, что он пустует, парень развернулся, дабы закрыть за собой дверь. Неожиданно он ощутил за спиной чьё-то возникшее присутствие. Сзади, демонстративно хмыкнув, кто-то начал ритмично барабанить пальцами по столу, стоявшему у окна, закрытого плотными, тяжёлыми шторами.

Втянув воздух в лёгкие, он уловил нечто знакомое – запах духов. Этот утончённый, слегка сладковатый, парфюм невозможно было спутать с каким-либо другим. Слабая улыбка появилась на его лице. "Чарующий, как и всегда..." — подумал он, ещё раз, вдыхая аромат полной грудью.

Раздался голос:

— Так, так, так… Чудесная погодка сегодня ночью, м? Рада тебя видеть, Лео! — пропел насмешливый женский голос. — Сегодня ты, спустя долгое время, снова пронёсся по коридору. Что-то не так? — мягко закончил голос.

Не оборачиваясь, Леон снял пальто и повесил его на вешалку, стоящую рядом.

— И я рад тебя видеть, Айя. Да. Есть немного. Я хочу побыть один, — развернувшись, произнёс Леон монотонным, усталым голосом, начав разуваться.

На краю большого, прямоугольного стола из тёмного дуба, сидела девушка в белых брюках, черной блузке и тёмно-красном пиджаке. Её тёмные, длинные волосы были завязаны в тугой хвост. Из-под металлической оправы очков, игриво смотрели большие, зелёно-карие глаза.

— Ах… досадно это слышать, Лео. Просто мне именно сегодня захотелось погостить у тебя. Я не смогла удержаться… — с интонацией нашкодившего ребёнка закончила Айя, поправляя очки и закидывая одну ногу на другую.

— Позволь добавить немного света, — добавила она, включая настольную лампу щелчком пальцев. Мягкий желтоватый свет осветил кабинет, создавая уютную атмосферу.

Айя сладко зевнула. Леон, глядя на неё, не смог сдержать внезапно возникшее желание поступить точно также. Заметив это, скрестив руки на груди и насупившись, Айя возмутилась:

— Не передразнивай!

— А ты знаешь, что зевота крайне заразна? – усмехнувшись, ответил Леон, глядя ей в глаза.

— Ну, возможно, – бросила она в ответ.

— Не начинай...

Быстро обведя кабинет взглядом, покачивая головой в такт мелодии у себя в голове, она задержала взгляд на нём, прищурившись, недобро улыбнулась. Леон вопросительно развёл руками, подняв брови.

Соскочив со стола, Айя кошачьей походкой подошла к нему, смотря прямо в его серо-зелёные глаза. Поравнявшись, прильнула к нему, заведя руки за его спину. Начав медленно спускаться по ней, слегка проводя ногтями, не произнося ни слова. Остановившись на уровне поясницы, она приблизилась как можно ближе к нему:

— Я и не заканчивала, — томно проговорила она, хищно улыбаясь, демонстративно щелкнув зубами. Едва уловимым движением она ущипнула его за ягодицу и слегка толкнула к двери.

— Ау-ч! — протянул он, потирая причинное место.

Оперевшись на одну ногу, приложив указательный палец к щеке, Айя начала на него смотреть слегка исподлобья, с застывшей на лице улыбкой. Словно хищник, желающий немного поиграть с добычей.

— Ну не обижайся. И не начинай, — хихикнув, передразнила она.

— Да что такое… — цокнув, сказала она, смотря на его безэмоциональное лицо. — Расслабься. Ты дома, — энергично подойдя и прижавшись к нему, обвив руками его шею.

— Да. Ты права. Но денёк не из лучших, — ответил Леон, мягко положив подбородок на её голову, крепко обнимая за талию.

— Пойдём, — беря за руку, Айя повела его к креслу, стоявшему у стола.

— Р-р-расказывай. Я внимательно тебя слушаю, — сев на край стола, сказала Айя, начав педантично подпиливать свои коготки, с интересом поглядывая на него, уже расположившегося в удобном, мягком кресле.

— Хорошо. Но сначала выпьем.

— Идея мне нравится. Но только без сигарет сегодня. Очень тебя прошу, —поморщившись, сказала Айя. — Не люблю запах табачного дыма. И вообще. Курить вредно.

— Всё вредно. Жить вредно, — скривившись, передразнил тот. — Стоп. Значит… — прищурившись, зыркнул он на неё.

В ответ Айя пожала плечами и развела руками, будто не понимая о чем это он.

— Тебе же нравится осенние дожди. Да и к тому же, зачем травиться лишний раз…

— Тут мало что имеет последствия. Ведь здесь я поистине свободен.

— Насчёт отсутствия последствий ты, малость, ошибаешься. А единственное ограничение сейчас смотрит на меня с очень серьёзным лицом, — невозмутимо ответила Айя.

— Так, что мы сегодня пьём? — заинтересовано спросила она, закончив подпиливать ногти.

В ответ Леон молча улыбнулся, направляясь к шкафу с его коллекцией изысканных алкогольных напитков в необычных и красочных бутылках, каждая из которых являлась произведением искусства.

За дверцами его ожидала бутыль с коричневатым содержимым, специально припасённая для особых случаев. Прихватив ещё и пару стопок, он направился к столу.

Поставив бутылку и стопки на стол, он обратно уселся в кожаное кресло, смотря на Айю, пересевшую на край стола возле кресла.

— Ммм… ром! Причем, тёмный.

— Да-да. Как-то раз попробовал его на младших курсах. И с тех пор он мне очень нравится. Но не хватает одной главной детали — закуски!

Вернувшись к шкафу и открыв его, Леон начал перебирать пальцами. Затем достал три небольших тарелочки: на первой лежали аккуратные кусочки тёмного шоколада, на второй — большие, сочные ломтики апельсина и на третьей – тонкие ломтики лимона. Воздух наполнился цитрусовым ароматом.

— Думаю, к рому подойдёт больше всего этот набор. Чудесный, в меру горький, шоколад. Хотя… Нет. Думаю, что апельсин.

— Ну, Сегодня ночью мы попробуем всё, — закончила Айя его же мыслями.

— Спасибо. Но перестань, пожалуйста, залезать ко мне в голову, — слабо улыбнувшись, ответил он, устало мотнув головой, отгоняя накатывающую сонливость.

— Извини. Привычка, — невинным голосом пролепетала Айя.

— Что ж. Начнём. — Он разлил ром и протянул стопку подруге. — За чудесный вечер!

©Alex Peroff

Группа ВКонтакте