Ира⁠⁠

Утром в маршрутке я стал невольным свидетелем удивительного диалога. Такое не часто услышишь.
Простуженный мужской голос говорит:
— Ира... Открой дверь, выпусти меня
— Гриша, сиди спокойно — отвечает женщина где-то спереди.
— Ира, открой дверь... Мне надоело.
А народу много в маршрутку
набилось — не видно Ириного мужа совсем.
Он помолчал-помолчал и опять за свое:
— Ира, куда мы едем? Открой дверь, мне надоело
— Мы едем к врачу тебя лечить.
Отстань... Сиди тихо....
— Ира, мне надоело. Я устал
— Гриша, сиди тихо, я сказала.
— Ира! Ира! Ира! Открой дверь...
В ответ молчание.
Тетки в проходе переглядываются, головами качают.
Ну, думаю, допился совсем ее Гриша.
— Ира, я хочу есть... Открой дверь...
— Сиди спокойно... Вернемся от врача — поешь...
— Ира, хватит... Открой дверь, выпусти меня...
— Грицю, успокойся. Ты едешь в маршрутке.
— Маршрутка.... Маршрутка... Маршрутка...
Люди вокруг уже вовсю перешептываются.
Кто-то засмеялся.
Я чуть шею от любопытства не сломал- уж очень хотелось разглядеть этого таинственного Григория. Это же до какого состояния нужно себя довести
Но не видно ничего — народ не рассасывается, а больной никак не успокоится:
— Ира, Ира, Ира, Ира!
— Григорий, тебе не надоело?
— Открой дверь, выпусти меня
Снова пауза. И тут возмутитель спокойствия совсем распоясался:
— Голая Ира, голая Ира! Ира без трусов
— Гриша, не разглашай семейные тайны
— Голая Ира... Голая Ира...
— Гриша, ты сегодня останешься без ужина.
— Ира без трусов... Ира без трусов..
— Григорий, я тебе сейчас все мозги вышибу
— Ира, мне надоело. Открой дверь, выпусти меня
Тут уж не знаешь, то ли плакать, то ли смеяться.
И замечание не сделаешь в такой ситуации — дело ведь семейное.
В общем люди молчат, только улыбаются. Когда, наконец, народ вывалил на следующей остановке, оставшиеся пассажиры буквально скрючились от смеха от внезапного зрелища, что открылось их глазам.
Маршрутка притормозила, и я увидел Иру с Григорием. Ира, покрасневшая женщина среднего возраста, в руках которой находилась клетка с огромным попугаем ара.
— Водитель, остановите у ветлечебницы — попросила она.
Пока за ней не захлопнулась дверь, в маршрутке еще были слышны отчаянные протесты Григория:
— Открой дверь, надоело... Голая Ира... Голая Ира. .. Ир-ра без тр-русов...
— Гриша, ты и завтра без завтрака...