Добро с пудовыми кулаками
Часть пятнадцатая.
"Добро с пудовыми кулаками"
Старший лейтенант Брагин был человеком сложной судьбы. Не стало его чуть более десяти лет назад.
Отслужив срочную службу в Армии, Алексей Николаевич, пришел в органы внутренних дел в патрульно-постувую службу. Откуда был направлен на учёбу в юридический институт МВД. Отучившись, получив диплом и звание лейтенанта, он остался при институте взводным офицером. Должность командира взвода предполагала дневные либо вечерние дежурства в расположении, контроль за курсантами, проверка их знаний и обязанностей перед заступлением в наряд, построения и постановка задач старшине курса и командирам групп. В нём не было офицерской выправки, говорил он не громко и не всегда умело, как, например, подполковник Маклаков. Брага немного косолапил, подворачивая, при ходьбе, левую ступню вовнутрь.
Разумеется, курсанты дорожили отношением с ним, поскольку с Брагиным возможно было "решить" вопрос с выходом в город, о чем дорогой читатель уже знает. Но было ещё одно его качество, он не давлел над курсантами, как это делал его коллега Колесов. Не устраивал ненужной муштры, не организовывал от скуки ПХД, не доканывал заступающий наряд подробным, наизусть, слово в слово, проверкой знаний своих обязанностей в наряде. Спокойно и с какой-то даже не отеческой, а братской добротой и хитрицой в глазах объяснял или рассказывал, где курсант был не прав и что напутал. Нет, он не вёл себя панибратски и не допускал подобного отношения к себе со стороны курсантов и старшины, да и никому в голову не приходило быть с ним "на короткой ноге", но Брагу уважали все без исключения. Казалось что он видит внутренний мир каждого на курсе. Общался он с каждым по своему, но всегда корректно. Может даже по тому, что знал как не просто нести службу, потому что сам прошёл через все этапы обучения. Он не сильно был старше этих девятнадцати-двадцаилетних мальчишек. Ему самому было тогда не больше двадцати шести, но он казался курсантам зрелым, серьёзным мужиком и самой запоминающейся деталью были его огромные, пудовые кулаки. У Брагина была особенность, проходя мимо строя курсантов, рассказывая или объясняя очередную задачу учебным группам, он всегда сжимал руки в кулаки и внешней стороной левого кулака постукивал по стенке, расхаживая, вперёд и обратно. На правом кулаке, на безымянном пальце у него было широкое обручальное кольцо. Жили они семьёй тут же, в офицерском общежитии, на территории института. Общежитие имело отдельный вход со стороны улицы и иногда можно было наблюдать, как Брагины идут со своей маленькой дочкой гулять.
Алексей Николаевич очень дорожил и гордился своей пятилетней красавицей. Иной раз старшина, больше из вежливости, спросит:
- Алексей Николаевич, как дочка?
-Растёт, растёт. И взгляд Браги при этом становился мечтательным, а глаза улыбались.
Ещё одной его особенностью была привычка курить стоя, держа в своей огромной ладони из зелёного стекла пепельницу, из-за чего она казалась крохотной.
Курил он в кабинете канцелярии всегда спиной к дверям, смотря в окно, в небо, или, когда было тепло выходил на небольшой балкон и также стоял, подняв голову вверх.
По вечерам можно было видеть, как Брага уходил в форме патрульно-постовой службы в круглосуточную аптеку, где он подрабатывал охранником по ночам в свои выходные.
В те непростые времена сложности с доходами испытывали все люди. Вот и Алексею Николаевичу приходилось уходить в ночь на подработку. По этой самой причине были у него разлады в семье с женой.
До курсантов доходили куцые слухи из разговоров в курилах со своими земляками- старшекурсниками, что Брага опять поругался с женой. Третьи и четвёртые курсы несли наряды по офицерскому общежитию и становились невольными слушателями личных удач и невзгод семейной жизни своих командиров. В криках, повышенном тоне, за дверьми их комнаты никогда не было слышно его возражений, только голос жены и еле уловимый плач ребенка. Брага спокойно выходил на общий балкон общежития, закуривал, и смотрел в темноте небо.
Докурив, он возвращался обратно в комнату, где уже было тихо.
Брага не рассказывал о семейных дрязгах своим коллегам по должности, с кем общался, да и у них иногда было не лучше.
Курсанты же молча да и никак не обсуждали, ставшее известное им. Им ещё была неведома обратная сторона законного брака.
Эти мальчишки питались его тёплым нравом, даже того не подозревая, Брага дарил этим пацанам столько счастья.
По сути Брагину эти юноши были обязаны возникновению и упрочению чувств любви к девушкам, первому познанию интимной жизни, прекращению отношений с прекрасным полом и началом новых. Любви к этому городу, когда на пару часо, в будни, грудь курсанта наполнялась "воздухом свободы".
Уже через много лет, эти вчерашние мальчишки узнают, что в стремлении к достатку и бесконечной любви к семье, Брага разрушил её в пагубной страсти к азартным играм. Сначала он проигрывал зарплату, потом, в стремлении отыграться, стал брать деньги в долг. Это испортило отношение с его коллегами по службе. Брагин стал иногда занимать у старшин и сержантов, потом и у курсантов. Жена с уже взрослой дочерью от него ушли, так как не могли вынести бесконечные его обещания больше не игать. Оставшись один майор Брагин Алексей Николаевич, добровольно свёл счеты с жизнью, в той самой комнатке, где не смог сохранить семейного счастья.
И вот уже вчерашние курсанты, эти мужики, закостенелые цинники, узнав что произошло, смотрели в темное небо влажными глазами, вспоминая добро с пудовыми кулаками.
