Детство 90-х
Мама рассказывает:
- Помню, ушла ты как-то гулять с соседскими детьми. Вам с Рустамом было лет 6-7, Марату и Мадине 11-12. Два часа прошло, три, стемнело, тебя всё нет. Ну, пошла я к соседке, спрашиваю, твои дома уже? А то Катя с ними ушла и всё, с концами. Где они вообще все шляются? Ой, говорит соседка, ну чё ты так переживаешь? Нормально с ними всё, по помойкам где-то лазят.
Смехуечки смехуечками, мам, но мы и правда по помойкам лазили, если чо, говорю.
Мама - О_о
Ну, говорю, блин, интернета у нас не было, тамагочи нам все никак не покупали, вот и развлекались как могли.
Надеюсь, вы там не жрали, на помойках-то, спрашивает мама. Ну что ты, мам, говорю. Мы искали пенопласт. Это сейчас жить люди стали жить лучше и бохаче и пенопласта от всякой техники выкидывают хоть жопой жуй, а тогда чтобы найти приличный кусок пенопласта, нужно было не одну помойку облазить.
И нафига вам нужен был тот пенопласт, спрашивает мама. Корабли мы строили, говорю. Там такая сложная система мачт и парусов была из говна, целлофана и палок, что при должном терпении можно было целую каравеллу заебенить. А в соседнем дворе была шикарная лужа, не высыхавшая девять месяцев в году. Мы в ней такой яхтинг устраивали, Вольво Оушен рейс отдыхает. Ещё и с таким мочиловом на почве добычи стройматериалов. За хороший кусок пенопласта пиздили друг друга.
Ну то есть не то чтобы пиздили... Просто самый лучший кусок пенопласта мы почему-то всегда с Рустамом умудрялись разглядеть одновременно. И синхронно к нему кидались. И начиналось - я первый, нет, я первая, бля, Руся, имей совесть, ты и так уже пять кило этого пенопласта напиздил и схоронил в гараже, тебя бабушка прибьет скоро за то что ты разное говно домой тащишь вдобавок к уже имеющемуся в гараже. Можно подумать, ТЕБЯ твоя бабушка не прибьет, если ты этот пенопласт домой припрешь, отвечал Руся.
В воздухе повисало уныние. Наши бабушки были больной темой для нас обоих. Несмотря на дряхлость, они избавлялись от с таким трудом найденного и притащенного внуками домой говна быстрее, чем мы успевали его натаскать. Это была бесконечная война. Мы приносили - они, матерясь, выбрасывали. Мы приносили ещё больше и прятали ещё лучше - они все равно находили, матерились и снова выбрасывали. То и дело из-за руськиного забора слышался его возмущенный вопль - ба, где мои камыши? Опять ты выкинула? Я же воздушного змея хотел делать! Да, выкинула! - кричала баба Таня. Сколько можно это говно таскать домой? Не гараж, а мусорка! Дундук! И ещё какие-то непонятные ругательства на татарском. Всегда хотела попросить рустамовскую бабушку оскорблять его с переводом на русский - чувствовала, что многое из того, чем можно было впоследствии нихуево троллить друга, проходит мимо меня.
В общем, при делёже пенопласта нам не давало дойти до пиздилова то, что мы в конце концов вспоминали две вещи - первое, что мы друзья и второе, что у меня дома двор больше и больше шансов на то, что наши помоечные трофеи найдут не в тот же день, как у Рустама, а как минимум через пару дней. А за это время мы уже пустим их в дело.
Ещё мы любили устраивать монстр-ралли, бегая с привязанными за верёвочку машинами. Машин у Рустама было дохренищи - джипы, грузовики, полный фарш. Меня жизнь не так сильно баловала, поэтому из машин у меня была только один совковый пластмассовый болид на больших колесах, купленный мне в качестве "на, только не ной" где-то на просторах Тезиковки. Но бля буду, это была зверь-машина. Она могла перескакивать сразу через несколько ступенек там, где русины джипы переворачивались. Она могла переплыть любую лужу там, где русины джипы тонули на раз. Она могла въебаться в любое препятствие и ничего не потерять, потому что терять ей было нечего - здоровый кусок пластмассы на намертво вштыренных колесах. Русины джипы разлетались на части со всеми своими бамперами, молдингами и спойлерами. Моему болиду было похуй. Он был сделан в СССР - простой как табуретка и несокрушимый как Моссад. В общем, это был самый настоящий суперкар. Рустам изводился на говно, предлагал в обмен на мою машину любые свои две. Даже три! Нет, язвительно отвечала я. Твои машины продаются везде. А такое сокровище только у меня и у Майкла Джексона.
Суперкар мой до сих пор лежит дома. Выцветший, уебищный, уже и кузов не красный и колеса не жёлтые. Сын его любовно тряпочкой вытирает и говорит - как новенький 😌
Мама ехидно комментирует - ну да, тебе уже 27 и у тебя до сих пор эта машина лежит. А Рустам вон на Ауди ездит. Ну и кто круче? Да, говорю, самое время пойти и махнуть мой болид на руськину Ауди, он же так о нем когда-то мечтал)
