Олег Стриженов и князь Волконский в «Звезде пленительного счастья»⁠⁠

Актёр идеально вписался в образ аристократа, ведомого достоинством и острым чувством справедливости. Он много работал над мимикой и пластикой и блестяще передал эмоции и внутреннее состояние своего героя. Реплика Волконского, обращённая к императору, стала квинтэссенцией всего фильма:

«Ваше величество, в том и несчастье, что вы всё можете, что вы — выше закона. А я желал бы, чтобы ваши подданные зависели от закона, а не от вашей угодности, капризов или минутных настроений...»

В этих словах — вся суть декабристов: не бунт ради власти, а стремление к правде и порядку, где закон стоит выше личности.

Но мало кто знает, что Стриженов едва не лишился этой роли. В первый же съёмочный день 1974 года актёр сорвал работу, и разгневанный режиссёр Владимир Мотыль расторг с ним договор. На замену срочно пригласили Михаила Козакова, однако Госкино забраковало его кандидатуру, посчитав, что в исполнении Козакова не хватает «душевного масштаба» и княжеского благородства. Тогда Мотыль дал Стриженову второй шанс — и не прогадал.

Сам актёр, кстати, изначально не горел желанием играть князей. После оглушительного успеха в роли белогвардейца в «Сорок первом» он стал заложником амплуа и с горькой иронией говорил: «Как князь, так сразу ко мне». Но именно его Волконский стал эталоном аристократизма на экране — благодаря таланту, упорству и, возможно, тому самому второму шансу, который он использовал сполна.