Как юный житель военного городка 80-90х годов девяти лет отроду, гильз я имел в товарном количествн, ещё пуль чуть совсем и патронов целых пригоршнями. Это богачество требовалось для игры в пульки - когда лунка в земле и надо попасть в неё пулей с нескольких шагов, типа гольф но руками и пулями, за неимением шариков и клюшек, вторая по популярности игра была после ножичков-земелек. Так вот для этой игры, понятно, нужны были пульки. Пистолетные 9мм и автоматные 45кал. имели разную ценность, сорокпятые ценнее. Там ещё была какая-то градация с цветом ободков, но уже не помню. И вот в третьем классе как-то так вышло, что я проигрался. Надо было срочно восполнять капитал. Решил я вынуть пули из имеющихся в наличии патронов.
Будучи ребенком начитанным я что-то там приблизительное знал про раширение и сжатие веществ при нагреве/охлаждении. Через это я логично решил, что холодная пуля из нагретой гильзы вынется легко и на ней не останется царапин от пассатижей, которые снижают стоимость, спойлер - так и случилось, вышла легко.
Подготовил ледяную воду, пассатижи и дружбана Олега для ассистенции, у нас как раз была вторая смена да и перед бассейном ещё было время.
Ну, короч, взял патрон за пулю и начал нагревать гильзу на медленном газу... чоб она расширилась, стало быть и я мог существить задуманное.
Ебануло в кухне хрущевки так, как больше в моей жизни ничего никогда не ёбало. В ушах дикий звон стоит, слух пропал, как и Олег. Я с визгами восторга и ужаса несусь в комнату в поисках дружбана, кричу ему и себя не слышу, только звон, а он белый такой, нерадостный смотрит на меня.
Тут я понимаю что одной руке теплее, чем второй, отнимаю её от бесполезных ушей, а она вся в кровищще. Восторг резко пропал, как и Олег, стало прям стрёмно.
Боясь получить пиздюлей от маман больше, чем помереть от крлвопотери, я побежал к соседке на 5й этаж, там Нина Ильинична на пенсии жила с детьми, была медсестрой всю жизнь и благо она была дома.
Советская бывшая медсестра узрев на плроге орущего глухого, но знакомого ребёнка с окровавленной головой на лету оценила ситуацию и сделал то, что умела, собрала ухо, зафиксировала, обработала, наложила повязку. Коротко опросила о случившемся. После набрала часть, сообщила о происшествии. Чтоб вы понимали, просто позвонить в часть кому-то конкретно нельзя, надо чтоб тебя переключили по внутренней связи. Короч не дозвонилась она ни до матери, ни до отца и передала сообщение по существу происходящего.
Но советская была, походу, не очень.
Далее со слов родителей, прилетает боец к отцу, одновременно второй к матери, и сообщают что их ребенок дома застрелился, огневое ранение, скорая едет, мальчик у соседки.
Родители мчат домой раздельно друг от друга, но встречаются на КПП, совместно бегут спринт по сугробам к дому, залетают к соседке, а там вполне себе уже довольный сынок с повязкой больше своей головы дожирает пайковую сгущёнку соседки из выданной ему для успокоения банки. В целом, подъехавшая сразу за родителям скорая спасла мне тогда второй раз за день ибо пиздюли полагались мне эпические.
Далее как в кино надо пустить надпись "спустя 1-2 месяца"
Повязку сняли, мочку уха пришли взад, я её почти не чувствую больше, но это меня никак не волнует.
Как-то в апреле-мае, вернувшись с прогулки из степей Оренбуржья с охоты за ящерицами, оставил пыльную одежду на стуле, а вернувшийся с работы отец решил проявить свои лучшие качества и вытряхнуть её на балконе до прихода матери, чего я никак не мог предвидеть. Найденный в кармане штанов 7.62 был безжалостно отобран, я обруган и вроде даже наказан, но это не точно.
А вот, с Олегом мы потом норм дружили, пока его отца не перевели в Читу. И ещё пару лет я слышал истории о мальчике которые выжил застрелился на кухне патроном на плите и мне никто не верил, что это моя история, а было обидно. Кроме Олега, тот верил.
