Пикабушники Прибалтики

Одно из многочисленных братских кладбищ в Латвии.

@minigstream, в списках найден младший лейтенант Макаров А.А.

«Все нормально, идем ко дну»

Листаю ежедневник и вижу: Ирину Воинову, приятельницу из Риги, чуть не забыл с днем рождения поздравить. Набираю. И после традиционных слов с пожеланиями всего наилучшего интересуюсь, как жизнь. Не дежурно. Любопытно, что происходит в стране, которую когда-то очень любил. И куда каждое лето старался съездить в отпуск.

В ответ: «Все нормально, идем ко дну». Услышав в трубке мое недоуменное молчание, Ирина продолжает:

— У нас, куда ни глянь, везде разруха и запустение. Очень люблю Латвию — страну, где родилась и выросла. Никуда уезжать не собираюсь. Но время от времени задаю себе вопрос: существует ли вообще наша страна? Или есть лишь территория, на которой живу вместе с земляками? Почему так мрачно? Да, есть для такого настроя основания. Латвия не молодеет — наоборот, стареет. В поисках лучшей жизни уезжают очень многие. Вон, в прошлом году — пример поразительный — в одной из школ выпускной класс после экзаменов и получения аттестатов полным составом отправился в Англию. Мол, на родине парням и девушкам ловить нечего. К сожалению, они правы. А вот еще… Огромные поликлиники стоят почти пустыми — привычные некогда очереди в коридорах исчезли напрочь. Но не потому, что местная медицина стала работать чрезвычайно эффективно. Наоборот, в здравоохранении упадок. В первую очередь из-за нехватки персонала. Из-за низкой зарплаты люди разъезжаются по всему миру. Есть у меня хорошая знакомая. Была великолепным врачом на скорой, отличным диагностом. Но в какой-то момент ей надоело влачить нищенское существование. Уехала в Швейцарию. Живет и жизни радуется, хотя зарабатывает мытьем полов.

Основы любого государства — экономики — у нас практически не существует. Закрылись известнейшие предприятия вроде VEF и RAF. Хотя и были когда-то визитными карточками всего Советского Союза. Но оказались никому не нужными в независимой Латвии. Знаменитый «Дзинтарс» также исчез после того, как на прилавки магазинов из Европы хлынула дешевая и некачественная парфюмерия. Те самые знаменитые шпроты, что когда-то гремели по всему СССР, еще производятся. Но это уже, скорее, пародия на некогда высококачественный продукт. Абсолютно невкусные. Близко не похожи на прежние. Выпускают их не на огромном, как когда-то, предприятии, а в своего рода «мастерской». С хозяином периодически вижусь: живет неподалеку. Так говорит, что скоро, быть может, вообще закрываться придется. А что делать? В России наши шпроты не продаются, а в Европе вообще никому не нужны. И, откровенно говоря, их там… боятся. Как-то ездила к друзьям в Швейцарию и в качестве сувенира шпроты с собой прихватила. Выставила на стол, так хозяева от банки шарахнулись. Да еще претензию мне высказали — мол, зачем канцерогены привезла.

А знаменитый «Рижский бальзам»… Когда-то напиток, выпускаемый по старинным рецептам, не так просто купить было. В первую очередь из-за высочайшего качества. А сейчас? Непонятно что бодяжат со спиртом. Да еще разливать стали, кроме традиционных керамических бутылок, в… пластиковые. Можно себе представить «Арманьяк» в пластике? Нет, конечно, это бред. А вот для «Рижского бальзама», оказывается, это подходящая тара.

Кондитерская фабрика «Лайма» когда-то была знаменита качеством своих конфет и шоколада. А что сейчас? Ничего хорошего: одна соя да прочие заменители натуральных продуктов. Как-то захотела отблагодарить врача — принесла ей коробку конфет. Когда пришла на прием следующий раз, так доктор сказала, чтобы больше я таких конфет не покупала. Мало того, что вкус отвратительный, так еще побелели от того, что долго лежали.

Что касается зарубежных инвесторов, то они приходят и очень быстро уходят. Сама в начале 2000-х работала директором одного завода, принадлежавшего шведской компании. Но хозяева очень быстро свернули производство. Аренда, энергоносители оказались чрезвычайно дорогими — невыгодно было у нас развивать бизнес. Сейчас тот завод работает в Болгарии, причем успешно.

Во что превратились наши города, без слез не расскажешь. Рига — когда-то популярное у туристов место — сейчас переживает упадок. В выходные, к примеру, в Старой Риге пустота. Страшно появляться там, признаюсь. Можно запросто нарваться на компанию мигрантов, заполонивших страну. И чем закончится эта встреча, никому не известно. Некогда сверкавшие витрины магазинов в центре города забиты щитами с надписями «продается». Ощущение, будто город после войны. А та же знаменитая Юрмала… Когда там проводилось множество российских фестивалей — юмористических, музыкальных, город буквально кипел. Но после разрыва отношений с Россией вся движуха прекратилась. Местные власти почему-то думали, что сюда, как в туристическую Мекку, хлынут туристы из Европы. Не хлынули — что в Польше, что в Германии есть похожие места. Юрмала без денег со стороны все больше приходит в упадок. Во многих панельных многоэтажках текут крыши. Но у власти денег на ремонты нет. Обычно начальники говорят, что дома уже старые, их надо сносить. Этими разговорами все и ограничивается.

В таких условиях недвижимость продать практически невозможно. Есть у меня знакомый, который выставил на торги дом площадью 500 квадратных метров: самому с каждым годом все труднее содержать такую махину. Но покупателей как не было, так и нет. Вот и приходится приятелю платить огромные деньги за коммунальные услуги. Только электроэнергия обходится ему в 1200 евро в месяц.

В общем, жизнь в Латвии становится все хуже, просвета никакого не видно. Единственная отдушина, которую нашла для себя, — поездки по безвизу в Беларусь, где несколько раз отдыхала в санаториях. И здоровье поправила, в том числе недорого зубы вылечила (у нас это запредельно дорого). Да еще привезла домой контрабандой, ведь официально нельзя, вкуснейшие белорусские продукты. Если все будет хорошо, собираюсь и дальше ездить в Беларусь. Кроме всего прочего, за глотком свободы, которой у нас, несмотря на все декларации о демократии и так далее и тому подобное, и в помине нет.

⏳ В 1935 г Шапока был редактором основательного научного труда «Йогайла», который писал кружок молодых историков. Но самой важной работой его жизни и настоящим вызовом стала последовавшая «История Литвы», которая до сих пор не утратила своей ценности как важный памятник историографии.

🔦 По заказу Мин. образования группа молодых историков начала писать коллективную монографию от древнейших времен до установления Независимой Литвы. Это было первое профессионально подготовленное литовскими историками исследование такого масштаба.

🔦 Особое внимание ему уделял зам. министра Казимиерас Масилюнас (Kazimieras Masiliūnas, см. [3]), который сам отобрал коллектив авторов, который составляло 5 историков: Йозас Якштас (Juozas Jakštas, [4a] слева), Зянонас Ивинскис (Zenonas Ivinskis, [4b] справа), Паулюс Шляжас , (Paulius Šležas [4c]), Петрас Климас (Petras Klimas [4d]). Пятый, Адольфас Шапока [4e], кроме того что отвечал за период 1569–1795 гг., также выполнял функции редактора. Ему было вверено руководство группой, из-за его исследований в области социальной политики и культуры, а также потому, что он развивал идею Ивана Лаппо, что нельзя считать Люблинскую унию концом литовского государства.

🔦 Главной проблемой для редактора было то, что работа нескольких авторов не образовывала единое и согласованное произведение, так как историки принадлежали к разным школам и имели разные взгляды. Поэтому ему пришлось согласовывать тексты, связывать материалы хронологически и выполнять большую часть подготовительных работ.

🔦 При написании книги учитывалось два аспекта: потребности литовского общества и литовской школы. Выполнить их одновременно было нелегко. Содержание книги предназначалось для отечественного читателя, а разбивка и распределение материалов — на нужды школы: предполагалось, что под руководством учителя книгой легко смогут пользоваться и ученики.

⏳ В 1936 г после издания «История Литвы» (см. [1]) широко распространилась не только в школах, но и стала самой читаемой литовцами книгой. Это был рекордный по тем временам тираж (17 тыс. экз.) — так много печатались только молитвенники.

💡 Благодаря большой популярности этого произведения в разговорной речи даже укоренилось название «История (от) Шапоки».

🔦 Исследование было настолько важным и новаторским для историографии страны, что правительство наградило Шапоку орденом Гедимина 4 степени (см. [5]). В книге представлена модель политической истории, объективно рассмотрено создание, утверждение и развитие литовской государственности и ВКЛ, а также интеграция в западноевропейскую цивилизацию.

💡 См. отрывок из книги [6] – карта проживания литовских племена в древности до начала 13 века.

🔦 С одной стороны, руководствуясь принципом «найдем литовцев в истории Литвы», он писал независимо от русской, польской и немецкой историографий. С другой стороны, обладая аналитическим и логическим мышлением, он использовал архивные первоисточники, критически оценивая их.

🔦 Хотя сегодня эта книга подверглась бы критике за свою концепцию. Она не стала полноценным учебником для школы, так как много чего не хватало, прежде всего методических указаний: вопросов, заданий, подходящих иллюстраций, карт, которые были бы адаптированы для понимания учащимися.

⏳ В 1940 году была подготовлена исправленная и дополненная вторая редакция (во время восстановления литовского государства книга издавалась еще три раза).

💡 Поскольку «История Литвы» стала символом независимости и воспитывала гражданское сознание и национальное самосознание, в советское время она попала в запрещенный список. Тем не менее ее тайно читали, обсуждали и распространяли, даже переписывали вручную.

(продолжение следует)

P.S. Эта статья переведенная на литовский и многое другое есть на моем канале ТГ.

(здесь часть 1 из 3)

Адольфас Шапока (Adolfas Šapoka) – плодовитый историк и педагог, наиболее известный благодаря «Истории Литвы» выпущенной в 1936 г. под его редакцией.

⏳ В 1906 г. родился в деревне недалеко от Утяна, в семье фермера (см. [1]). Его отец Йозапас в одиночку воспитывал детей, которые помогали ему с разными работами на земле. Отец, хотя был строгим и требовательным, но также пресвященным человеком, расглядел способности младшего Адольфаса и дал возможность ему получить образование. Сначала он учился в русской народной школе в Утяне, позже уже посещал литовскую среднюю школу. См. [2] в первом ряду – отец Йозас, а во втором ряду, крайний справа, среди родственников и соседей, сам Адольфас.

⏳ В 1925 г. окончив Паневежскую гимназию (см. [3a] – гимназия , [3b] – его барельеф на стене во внутреннем дворике), в Каунасе поступил на факультет гуманитарных наук Литовского университета (см. [4a] – 1-ый корпус Литовского университета, сравните с современным видом [4b], [4c] – урок черчения того времени).

⏳ В 1929 г. получил квалификацию историка, защитив дипломную работу «Гражданские ("Домашние") войны в Литве конца 17 в. и начала 18 в.».

⏳ В 1930 г. отслужив военную службу будучи аспирантом, ушел в запас в звании младшего лейтенанта.

⏳ В 1930–31 гг., получив стипендию Министерства образования, он продолжить углублять знания по истории в Праге, в университете им. Карла IV. Там он познакомился с Иваном Лаппо, российским историком, специалистом по истории Великого княжества Литовского (ВКЛ). В Праге Шапока одновременно собирал материалы по истории политики и культуры Литвы до Люблинской унии*, ее связям с Чехией.

* В 1569 г. был заключена "уния" - союз, в результате которого ВКЛ и Королевство Польское объединились в Речь Посполитую, см. [5] – Акт Люблинской унии.

⏳ В 1932–1940 гг., после обучения за границей, он стал преподавателем кафедры истории, а вскоре начал исполнять обязанности ассистента и докторанта: читал курсы по истории, проводил семинары, писал статьи для различных изданий, руководил курсовыми работами.

⏳ В 1933 г. отправился на курсы для иностранных историков, организованные Стокгольмским университетом, работал в Балтийском институте, одновременно собирая архивные материалы о Кядайнском договоре*.

* Соглашение между ВКЛ и Шведской империей, подписанное во время 2ой Северной войны в 1655 г.

🔦 Шапока был чрезвычайно трудолюбив. Публиковал научные работы, исторические исследования, статьи, рецензии на книги в журналах «Praeitis», «Senovė», «Vairas», «Židinys» ("Прошлое", "Старина, древность", "Руль, кормило", "Очаг, камин") и др. Писал статьи для "Литовской энциклопедии"*. По словам Антанаса Тила, научные труды Шапоки о Витаутасе Великом, Ягайле и политических деятелях ВКЛ конца 18 века заложили основу для их научной оценки.

* что-то вроде литовской вариации Британской энциклопедии или БСЭ.

⏳ С 1934 года активно участвовал в деятельности Литовского исторического общества (ЛИО).

🔦 ЛИО – научная организация, ядро которой составляли профессиональные историки, действовавшая в Каунасе в 1929–1940 гг., она организовывала лекции, дискуссии, налаживала международные связи, публиковала научные статьи в издании «Praeitis» и др.

💡 В то время позитивизм был самым прогрессивным направлением в европейской философии и историографии. Его представители считают историю наукой, основанной на фактах, эмпирических данных и научном методе, а не на метафизике. Они считали, что источник научного знания это опыт, а научное знание — единственная возможная форма знания, обеспечивающая прогресс человечества.

P.S. Эта статья переведенная на литовский и многое другое есть на моем канале ТГ.

(здесь часть 1 из 2)

⏳ До 1922 года производственные помещения „Rūta“ были совсем небольшими, но фабрика быстро встала на ноги. Антанас был не только талантлив как кондитер, но и умел продвигать продукцию. Он уделял особое внимание рекламе, а именно: продукция часто и креативно рекламировалась в газетах Шяуляя (см. [1]) и других литовских СМИ. Вскоре ему представилась отличная возможность для пиара.

⏳ В 1922 году в Каунасе прошла первая выставка сельского хозяйства и промышленности Литвы (после чего она стала проводиться ежегодно), см. [2] – вход на выставку в Каунасе. Естественно Грицевичюс не упустил шанса принять участие, и так „Рута“ завоевала свою первую золотую медаль. На последующей выставке „Рута“ уже имела собственный павильон, см. [3]. Позже „Рута“» была награждена еще 4 золотыми медалями на отечественных выставках. Более того, ее кондитерские изделия были отмечены высшими международными наградами: в 1929 г. в Италии, в 1931 г. в Великобритании и др.

🔦 Производство быстро расширялось и росло по экспоненте, см. [4] – отдел завертки и упаковки конфет, [5] – фабрикант со своей командой руководителей. Большую часть сырья фабрика получала из-за рубежа: сахар поставлялся из Кубы и Англии, эссенции и красители – из Германии и Англии. Сироп, ягоды, масло, а позже и сахар использовались местные. Молоко предприятию продавали жители окрестностей Шяуляя. Примечательно, что Грицевичюс был вынужден закупать сахар за границей: еврейская община, видимо, желая устранить нежелательного конкурента, сговорилась не продавать ему основной ингредиент – сахар, поэтому его даже приходилось везти с самой Кубы.

⏳ В 1925 году на месте деревянного дома было построено небольшое кирпичное здание. Кондитерская мастерская превратилась в настоящую фабрику: появились два одноэтажных производственных здания с оборудованными цехами по производству шоколада, мармелада, карамели и конфет, а также были построены склады и фирменный магазинчик.

⏳ В 1928-29 годах по проекту архитектора К. Рейсона было построено новое производственное здание с помещением для магазина, см. [6a]. Именно это главное здание частично сохранилось до наших дней, см. [6b]. В проекте для производственных цехов и складов отводился второй этаж, а на первом была оборудована лавка.

🔦 Антанас был настроен патриотично в ведении бизнеса: например, в честь 20-летия Независимости Литвы были выпущены специальные одноименные конфеты, были выпуски, посвященные Йонасу Басанавичюсу (*), летчикам Дарюсу и Гиренасу (**), см. [7] и мн.др.
(*) общественный деятель конца 19 начала 20 вв, ратовавший за литовское национальное возрождение;
(**) национальные герои Литвы, выполнявшие трансатлантический перелет на самолете "Литуаника" в 1933 г. и разбившиеся при невыясненных обстоятельствах.

⏳ В 1940 году, во время Второй мировой войны, фабрика была национализирована. Грицевичюс был обвинен в растрате имущества предприятия и предстал перед судом. К счастью, после того как работников фабрики дали показания, владелец был оправдан.

🔦 В семье фабриканта было четверо детей: Антанас, Мария, Владас и Янина. Янина и Владас, уже будучи взрослыми, эмигрировали в США и Германию. Владас сделал успешную карьеру химика. Жена Юзефа и младший сын Антанас не смогли уехать на Запад и были сосланы в Сибирь, через 15 лет сын вернулся и обосновался в Каунасе. Самому Грицевичюсу и дочери Марии удалось избежать ссылки.

⏳ В 1945 году фабрика возобновила производство, но уже без владельца.

⏳ Во время Второй мировой войны город Шяуляй сильно пострадал, и история вновь повторилась: бомбы и пожар почти полностью разрушили здания кондитерской фабрики. Говорят, что во время пожара сгорело 80 тонн сахара, и горожане потом еще долго приносили домой обугленные куски сахара.

⏳ В 1993 году старые здания и права собственности были возвращены наследникам – сыну Антанасу и внучкам.

💡 Интересно, что в каждом поколении хотя бы одного мальчика называют Антанасом. Насколько известно из документов, такой традиции придерживаются уже как минимум шесть поколений. В династии сейчас даже используется такой условный код: Антанас (сам фабрикант), Антанелис (сын) и Антанюкас (внук).

P.S. Про символизм растения рута в литовской культуре

P.S. Эта статья переведенная на литовский и многое другое есть на моем канале ТГ.