Ответ на пост «О "переоцененности жизни" и сколько лет готовится новый человек»5
Притча о наследнике и трёх деревнях
В конце XVIII века у старого графа было три деревни и один сын, которого он готовил наследовать имение. Отец не читал ему лекций о добродетели — он брал его с собой в объезды и заставлял считать, слушать и решать.
Однажды выдался страшный неурожай. В амбарах поместья оставалось зерно — не много, но достаточно, чтобы пережить зиму. Однако если разделить его поровну на всех, не хватит никому: все три деревни начнут голодать, падёт скот, а весной нечем будет засеять поля.
Управляющий доложил графу:
— Ваше сиятельство, есть только один выход. В дальней деревне ещё осталось немного зерна — это их последний хлеб и семена. Если мы заберём его, та деревня почти наверняка не выживет. Но зато зерна хватит двум другим деревням, и они доживут до весны. Если не заберём — весны не дождётся никто.
Граф посмотрел на сына.
— Что скажешь?
Сын растерялся.
— Но ведь это нечестно. Почему должны погибнуть именно они? Мы не можем просто отнять у людей последнее.
— Верно, — сказал отец. — Не можем. А можем ли мы не отнимать — и знать, что тогда умрут все?
Сын молчал.
— Запомни, — сказал граф. — В управлении редко бывает выбор между добром и злом. Чаще это выбор между двумя потерями. Ты не выбираешь, будет ли людям больно. Ты выбираешь, по какому правилу распределить беду. Если ты откажешься решать, решит голод — и тогда умрут все. Если решишь забрать зерно, ты должен будешь прийти в ту деревню, назвать своё решение своим именем и сделать всё, чтобы смягчить его: отдать часть своего хлеба, вывезти детей, отправить скот в другие деревни, весной вернуть зерно с процентами. Управленец отвечает не за то, что мир жесток. Он отвечает за то, чтобы решение было принято, объяснено и исполнено с минимумом жестокости.
— А если я не смогу? — спросил сын.
— Тогда ты не наследник, а человек, который надеется, что кто-то другой испачкает руки вместо него.