Silkwaytravel

Знаете, что общего у моего родного Тобольска и Кабула? В обоих городах ваш адрес может звучать как «3-й микрорайон, до 37» - и в обоих случаях за этим адресом стоят одинаковые панельные хрущевки. Любой человек, который вырос в провинциальном российском городе, почувствует себя в 3-м микрорайоне Кабула почти как дома.

Эти кварталы начали строить еще в 1960-е с советской помощью: СССР возвел в Кабуле целый домостроительный комбинат, и панельки собирали здесь по тем же чертежам, что и от Калининграда до Владивостока.

Местные даже научились выговаривать это непонятное слово - Mikrorayon.

Я довольно долго гулял по 3-му микрорайону и фотографировал, пока меня не окликнули:

— Эй, привет, ты откуда? — донеслось из открытого окна на третьем этаже.

Это оказался Энаят, местный житель, мы немного поговорили через окно, а потом он спустился со своим братом и мы полчаса разговаривали о районе, о местной жизни и об Афганистане.

Оба брата - инженеры, зарплата у каждого около 15 000 афгани (примерно 18 000 рублей). А теперь держитесь: живут они большой семьей в пятикомнатной квартире площадью 150 квадратных метров. В хрущевке. Да, вы не ослышались. Пока мы привыкли, что в хрущевке на кухне два человека расходятся только боком, афганская версия - это 3–5 комнат и всего две квартиры на этаже. У соседей Энаята - четыре комнаты. Кажется, где-то на этапе проектирования советские архитекторы решили: «Ладно, здесь можно по-человечески».

Жить в микрорайонах здесь престижно. Недалеко от центра, качественное строительство, центральное водоснабжение и отопление. Правда, отопление во многих домах уже не работает - ремонтировать его некому.

Цены, если вдруг задумались о переезде: аренда пятикомнатной - 350–400 долларов в месяц, покупка - около 100 тысяч.

Кроме размеров квартир есть и другие отличия. Почти каждый двор обнесен своим забором и вход через калитку (на видео).

Кстати, когда писал пост, прочитал интересную статью в The New York Times про эти микрорайоны и советское наследие, вот цитата из этой статьи:

«Здесь безопасно, — сказал 50-летний Шир Мохаммад Башир, директор школы, чинивший свой автомобиль возле своей 4-х комнатной квартиры, где он живет с женой и шестью детьми. — У нас есть водопровод. Есть электричество. Есть центральное отопление».
«Честно говоря, Россия проделала огромную работу для Афганистана, — добавил он. — Мы не видели, чтобы международная коалиция построила что-то значительное».

Стоишь посреди такого двора: сушится белье, бегают дети, машина на тротуаре припаркована, можно даже забыть, в какой ты стране.

📍 Кабул, Афганистан, июнь 2026

Ничего необычного, просто человек в Афганистане переходит дорогу.

📍 Кабул, Афганистан, июнь 2026

Когда советские войска ушли из Афганистана, моджахеды методично уничтожили всё, что напоминало о «шурави». Звёзды, стелы, мемориалы. Всё, кроме одного небольшого камня в горах Гиндукуша. Его не просто не тронули - афганцы за ним ухаживают до сих пор уже сорок лет.

У въезда в знаменитый тоннель, через перевал Саланг, стоит гранитный камень, на котором высечено имя 

Мальцин Сергей В. 1965-85.

Почему его оставили?

Когда мы остановились около этого обелиска, местный, узнав, что мы из России, попытался объяснить нам историю связанную с этим памятником, но его знаний языка явно не хватало, пришлось изучать самостоятельно.

На опасной горной дороге, проходящей через перевал Саланг, Сергей отвернул свой КАМАЗ в скалу, чтобы избежать неминуемого столкновения с афганским грузовиком, в котором ехали люди, включая детей. Афганские крестьяне с детьми остались целы, но Сергей погиб. Ему было 19 лет.

Позже бывший ереванский каменотес Рафик Хачатурян, который находился здесь в командировке во время реконструкции перевала, решил увековечить память о его поступке и своими руками установил этот обелиск.

Памятник установлен возле источника, выход которого провели прямо через обелиск, местные часто там останавливаются, чтобы отдохнуть или попить воды, за памятником ухаживают и знают его историю. Он пережил десятилетия войны, смену власти и даже разрушение тоннеля Саланг талабами в 1997 году.

Мы помыли в источнике черешню, купленную тут же, отдохнули, мысленно поблагодарили Сергея и поехали дальше.

Но история на этом не заканчивается. Оказалось, что Сергей мой земляк, и сегодня я съездил на его могилу на Липовском кладбище в городе Бор. Могила явно не забыта, как и обелиск на перевале Саланг.

📍 Перевал Саланг, Афганистан, июнь 2026