Pavzash

Почему он не двигаеться? Вряд ли в этот момент его сковывал страх. Думаю тут дело было в его опыте. Думаю он уже не раз встречал людей на своём пути. И это не довало ему совершать резких движений.

Он был в ярости, не в той ярости, которую испытывают люди. Это была первобытная ярость измученного голодом существа. Но она всё же продолжала соседствовать с некоторой осторожностью, скорее даже расчетливостью, именно она удерживала его.

Его грудая клетка выглядела деформированой. С левой стороны, видимо, у него были сломаны рёбра. С каждым движением её я слышал лёгкий хруст, почти незаметный.

Во мне пробудился азарт. Сердце забилось быстрей. Мышцы сжали ладони. И тут я почувствовал, как яростно кровь стала пульсировать в теле, а на лбу начал проступать пот.

Эта жалкая псина. Одинокая жалкая псина. Он, измученный голодом и неделями бродивший по округе, направил остатки сил на этот рывок, на эту последнюю попытку выжить. И пусть даже он знает, что шансов у него мало, для него невозможно поступить по-другому.

В момент мое тело будто бы перестало слушаться. На лице появилась непроизвольная улыбка...

(Начало)

Пара дней – ещё накануне обещал Тин - и они дойдут до кабака. Он был указан на карте. И хотя перспектива наконец оказаться под крышей, да ещё и в постели, пусть даже и не очень уютной, были сладки для них обоих. Онноф всё же продолжал быть раздражительным, даже не смотря на это. Впрочем, он редко бывал в хорошем настроении, когда ничего особенного вокруг не происходило.

Кабачная Кник — первая остановка на их пути. Местечко, где ещё их деды из рода Лоретт останавливались: выпить, переночевать, пополнить запасы, да и просто развлечься и отдохнуть перед предстоящим. Издавна семейство Кник управляло этим местом - так что сюрпризов было ждать не откуда.

- Да сколько можно копаться в этом хламе? - прорычал Онноф. - Ты думаешь, мне интересно на это смотреть?

- Дай минуту... - буркнул Тин, не отрываясь от своего занятия.

Онноф сделал несколько шагов. Перед ним оказался обрыв. Плотное зелёное пространство из деревьев, на долгие мили, оказалось перед ним внизу. Он сел на край и в лёгкой задумчивасти уставился туда, куда им предстоит спуститься.

Ему бы понравилось, мелькнуло у Оннофа в голове. Их старик всегда был неравнодушен к подобной фигне.

Что-то дрогнуло в его обычно каменном выражении лица. После всех этих дней раздражённых окриков, его голос вдруг стал непривычно тихим:

- Уверен что хочешь идти со мной дальше?..

Онноф тут же сморщился, как от кислого винограда непонятно откуда резко появившегося у него во рту. Он двинул головой в бок, будто скрывая лицо от брата. Он сожалел о том, что вырвалось сейчас из его рта.

Тин ловко застегнул последний ремень. "Готово." Кажется, он даже не заметил, что его брат начал что-то говорить. "Успокойся, это заняло не так много времени, как тебе кажется. Теперь можем двинуться."

Он взвалил переполненную сумку на плечи. Послышался шум барахла.

- Нам стоит поторопиться. - Онноф вернулся в прежнее состояние.

- с чего бы?

- А ты подумай, сколько времени ты занимался хуиней? Может стоит следить за временем?

...

Прошло время. Солнце уже клонилось к горизонту, когда они вышли на редколесную опушку. "Здесь," коротко бросил Тин, сбрасывая сумку на побуревшую траву. Устало он добавил, "Лучшего места мы здесь не найдём... Ещё одна ночь." Это была последняя ночь, когда им приходится спать на голой земле. Ведь именно завтра им предстоит добраться до людей.

Тин опустился на корточки, начал разминать затекшие плечи. Онноф растянулся на земле, хоть и чуял приближение чего-то. Где-то за его спиной, далеко в чащобе, там где они проходили ещё не так давно, что-то приближалось, медленно приближалось. До ночного визита оставалось несколько часов.

— Хм, ещё светло, — Онноф лениво потянулся. — Мы движемся быстрее, чем я ожидал.

Тин, не отвечая, копошился в сумке, пока не извлёк оттуда…

- Я всё понимаю, конечно... Отсутствие парня для совместных утех... Дай хоть отвернуться.

- не надоело? - лениво ответил Тин.

Онноф лишь фыркнул - видимо он был доволен.

«Шипастое око» - так называли этот предмет. Он имел форму диска, с выходящими шипами по противостоящим друг от друга сторонам.

Тин вонзил предмет в землю. Тот раскололся — верхняя часть зависла в воздухе. Он поднёс ладони снизу, и между ними и диском возникла голубая дымка. Медленно потянул руки к себе — артефакт послушно двинулся следом. Развёл ладони в стороны, затем подвёл их сверху развернув их уже книзу.

— Что ты хочешь сделать?

— Ничего особенного. Хочу попрактиковаться… Заодно проведаем, что тут скрывается.

— Хм. Эта штука и на такое способна?..

Тин улыбнулся, но тут же сосредоточился.

Чтобы прочесть местность, требовалось влить в артефакт энергию — не рывком, а медленно, как будто наполняя сосуд по капле.

Пока Тин возился с диском, Онноф решил вздремнуть.

...

Онноф открыл глаза. Шипастый артефакт Тина всё ещё висел в воздухе, а сам Тин, сжав зубы от напряжения, завершал работу. Ещё пара движений — и голубая дымка растворилась без следа.

Для Тина это была просто привычка - ритуал вбитый с детства - бессмысленная гимнастика для ума. Хотя... какая разница? Если Онноф давно чувствовал его приближение...

— Сколько? — Онноф потянулся и широко зевнул.

— Один. Грохитал, должно быть.

— Грохитал, значит?..— Онноф в этот момент менял состояние лёжа на вертикальное положение. — Неожиданно.