Пикабу и впн
Ребят, у меня одного Пикабу с впн не работает?
Лет 10 назад я влюбился в милые, ироничные и неожиданные комиксы Poorly Drawn Lines. Думаю, вы тоже на них где-то натыкались.
Они не являются для меня апогеем юмора в чистом виде. Есть огромное количество вещей, которые заставляют смеяться намного сильнее.
Но в них есть какая-то глубина, жиза, лёгкий абсурд.
Duran, к примеру, смешнее и неожиданнее в своей способности доводить всё до крайности и уходить куда-то за изнанку здравого смысла.
Но именно умеренно-абсурдно-забавно-жизненно-депрессивно-милый стиль PDL оставил во мне самый большой след.
В моей голове тоже всегда было много идей и прикольных наблюдений для смешных картиночек. Но делать их было очень и очень лень.
И, пожалуй, мои идеи так бы и умерли вместе со мной, но внезапно для всех пришла эпоха нейросетей.
Я застал ещё Midjourney в Discord, где люди на общем канале генерировали всякую эпическую муть. Это было примерно за полгода до появления общедоступных версий ChatGPT.
Прошло четыре года. Я раскошелился на Ultimate-подписку на Higgsfield. Страшно даже считать, но примерно 4000 рублей в месяц. А мне ведь скоро продлевать...
К счастью, покупка пригодилась не только ради комиксов или смешных картиночек... и генерации девушек в купальниках.
У меня появилась подработка по созданию концепт-артов для пары онлайн-игр. Я продумывал персонажей, артефакты, локации, писал небольшие истории. Моя увлечённость компьютерными играми и понимание связи между игровой механикой, эстетикой и дизайном давали мне неплохие деньги в те месяцы.
К сожалению, мой коллега, которому всё это потом приходилось часами перерисовывать, смог убедить руководство, что я не очень-то и нужен. Да и бюджет хотели резать.
Ещё пару месяцев я вяло кидал какие-то концепты и ждал премию, после которой остался наедине со своей дорогущей подпиской.
И где-то в то время я понял, что вообще-то могу творить.
Делал всякие смешные картиночки, чтобы развлекать девочек, обложки для моих нейропесенок, фотографии.
Потом дошло и до комиксов. На самом деле хронология немного напутана, но для красоты повествования...
У меня случился настоящий взрыв мозга, когда эта чудо-машина действительно начала выдавать что-то похожее на нормальный комикс в стиле PDL.
Конечно, проблем там вагон. Нейросетка не художник. Об этом как-нибудь в другой раз.
Основной творческой площадкой я выбрал Пикабу.
Создал новый аккаунт, личину художника? выложил пару работ.
И меня встретил неожиданный успех.
Первые работы хорошо залетали, их репостили в паблик ВК, а число просмотров было шестизначным.
По меркам Пикабу, я буквально за один день оказался где-то рядом с местными звёздами. Ну, мне тогда так показалось, я вообще оптимист.
Парочка популярных авторов даже отписались у меня в комментариях, скептически вглядываясь в нового соперника.
А ведь я только расчехлял свой конвейер!
Воодушевление было грандиозным.
И я заигрался.
Заметные нейросетевые артефакты просочились в парочку моих работ. Хотя я довольно быстро понял свою ошибку и успел скрыть несколько постов, один из них уже успел залететь. Назад дороги не было.
Появились первые недовольные нейросетевым творчеством, а модератор кинул мне предупреждение, чтобы я помечал такой контент.
Помечать я, конечно же, ничего не стал.
Вместо этого начал выкладывать комиксы аккуратнее, чтобы онлайн-детектор и большинство людей не могли однозначно указать на нейросетевую природу продукта.
Но никто ничего особо не проверял.
Кто-то просто написал "это нейросеть", мне выдали бан за отсутствие тега "контент нейросетей", а перепалка с модератором ни к чему не привела. Объяснения "как вы поняли, что это нейросеть?" я не получил.
Чтобы убрать тег и не получать бан за его отсутствие, мне предложили записывать на видео процесс рисования комиксов.
Меня размазали и уничтожили.
А разве смысл сортировки не в том, чтобы отделить явный нейрослоп и обман от реального контента? Да не, фигня какая-то. Даже если комиксы неотличимы от реальных, ставим тег.
Неделю я дулся и клялся никогда там больше ничего не постить, а потом выбрал работы получше и продолжил постинг.
Естественно, с тегом "контент нейросетей".
И на этом моя "слава" закончилась.
Люди на автомате пропускают такие посты, превентивно добавляют их в блок-лист или просто относятся предвзято. Художник может себе позволить какие-то помарки, а компьютеру такое почему-то не спускают.
Репосты делать перестали. Отклик упал примерно в шесть раз, хотя качество работ при этом только росло.
Я не сдавался, но некоторые комиксы перестали доходить даже до общей ленты.
При этом отлично вирусились бесконечные баяны, нытьё и унылые, но рукотворные комиксы других авторов.
Я попробовал делать злободневные комиксы, хотите нытья - получайте!
Отклик был отличным. Много комментариев, срачи, плюсы и минусы. Контент вирусился. Но не слишком-то мне нравился. В этом нет меня.
Впрочем, недолго музыка играла. Очередной похожий пост удалили через пару минут с подобной интересной формулировкой. Ничего такого там, естественно, не было. Если уж очень интересно - пишите в личку в тг:)
Погоревал, позлился.
И по-приколу запостил максимально всратый нейрослоп с котом, который клянчит лайки.
И он, падла, стал вирусным. Во мне что-то сломалось.
Многие совершенно серьёзно писали, что я мучаю кота. Другие спорили, нейросеть это или нет, хотя тег стоял прямо на месте. Третьи просто крыли меня последним словом.
А я в комментариях скромно объяснял, что вообще-то уже выпустил около 60 нормальных комиксов, вам на них плевать, а вот этот шлак вы сами вытащили в топ.
Прошёл незамеченным мой пост-разоблачение на самого себя, где я разобрал комментарии и объяснил ситуацию. Всем плевать.
Параллельно произошёл крайне забавный момент: алгоритм увидел резкий рост популярности на фоне большого количества авторских постов и выдал мне статус "Топовый автор".
Что, конечно, вызвало отдельные бурления говн под постом весьма сомнительного содержания.
До конца марта я ещё выкладывал комиксы по инерции, но низкий отклик, вкупе со сложностями производства, постепенно заставил меня отложить проект, хоть я и продолжал генерировать десятки черновых идей.
А потом я увлёкся совсем другими вещами, оказался в новой среде. Там моё творчество тоже не особенно оценили, и это стало последней каплей.
Проект заглох.
А спустя четыре месяца я снова начал активно выкладывать комиксы.
Что изменилось? Я вернулся домой.
И просто искал, чем заняться.
Несколько дней перебирал старые черновики, писал скрипт для пакетной обработки, продумывал унификацию, боролся с рутиной. Одним словом, старался создать удобную творческую среду.
Заодно полностью пересмотрел свой подход.
Мне всё ещё сложно понять, какая идея действительно стоит внимания, а какая смешная только в моей голове.
Всё ещё не всегда понятно, какие недоработки критичны, а какие вполне можно оставить.
Видите, как укоротилось бревно на последнем кадре? Жаль не сохранил другие варианты. Иногда оно удлинялось даже на соседний кадр:)
Теперь стараюсь не брать на себя слишком много, не замыкаться в себе от критики или равнодушия.
И главное, я больше не ставлю себе цель стать крутым автором или популярным комиксистом.
Мне просто нравится то, что я делаю.
Нравится каким-то образом самовыражаться в этом мире. Даже если получается странно.
Хочу когда-нибудь выпустить бумажный сборник с самыми удачными работами. Просто чтобы получить мысленное достижение "и такое я тоже могу". Даже если в финансовом плане это окажется полным провалом.
На следующие пару недель комиксы уже заряжены в отложенные посты, скрипт почти отработан, постепенно появляются новые идеи и новые подходы.
А недавно я прочитал интервью создателя Poorly Drawn Lines и понял, что его популярность, судя по всему, тоже начала расти примерно в тех же условиях. Когда он просто начал много рисовать, регулярно выкладывать, сформировал сам процесс.
Пишите и рисуйте настолько много, насколько можете. Со временем вы наработаете привычки, которые станут вашим творческим процессом.
А ещё у нас явно есть кое-что общее.
На вопрос о том, много ли он путешествует и участвует ли в конференциях, он ответил:
Я никогда не покидал свой родной город, так как меня здесь удерживает 3000-летнее родовое проклятие.
Ну и мне всё ещё очень нравится его юмор.
На вопрос о том, что станет с PDL в будущем:
Я надеюсь, что он станет коррумпированной мега-корпорацией.
А что будет с проектом "Винсайл рисует"?
Наверное, решать вам.
Конечно, я могу удалить всё хоть сейчас, хе-хе. Но стать популярным без вас мне уж точно не получится, дорогие пикабушники.
Если вы дочитали до сюда, я вам искренне сочувствую.
Я потратил на написание этого текста около трёх часов, и теперь уже поздно кому-либо из нас делать вид, что это было разумное решение.
И пожалуйста, оцените мои посты в профиле. Особенно те, которые даже не вышли в горячее. Спасибо.
И задавайте ваши вопросы. Постараюсь на них ответить, если голоса в голове не будут против.
Борис вышел на площадку в полвосьмого. Летнее утро уже налилось жарой, асфальт парил. Парни ждали - Симон, Петька, Рыжий, ещё пара новеньких из соседнего дома. Борис кивнул, не здороваясь. Толкнул плечом Симона, тот посторонился, уступил место на лавке.
- Дай воды, - сказал Борис, не глядя.
Петька протянул бутылку.
Мимо прошла женщина с коляской. Борис не сдвинулся, она обогнула скамейку по траве, даже не взглянув. Симон хмыкнул.
- Что? - спросил Борис.
- Да нет, ничего.
- Место занято, - сказал Борис громко, в спину женщине. - Не нравится - попробуй согнать.
Женщина ускорила шаг. Парни засмеялись. Борис сплюнул в сторону.
Через полчаса он провёл спарринг. Противник - тощий паренёк из соседнего двора. Борис уложил его за минуту, не вспотев. Паренёк поднялся, отряхнулся, ушёл, не оглядываясь.
- Чё, Борян, сегодня злой? - спросил Рыжий.
- Сегодня как всегда, - ответил Борис. - А вы, блин, учитесь. Хватит как бабы.
---
Стеллаж появился к вечеру.
Маленький, деревянный, покрашенный в зелёный. На полках - книги. Борис увидел его, когда возвращался с тренировки. Остановился.
- Это ещё что?
- Да какой-то парень поставил, - сказал Симон. - Очкарик. Сказал, книги раздаёт бесплатно.
- Без спроса?
- Ну, место общественное…
Борис пнул ножку. Стеллаж качнулся, но устоял.
- Свалится, - сказал Борис. - Завтра не будет его тут.
Он ждал до вечера. Денис пришёл поправить книги. Оказался действительно очкариком - тощий, в старой футболке, с длинными, неуклюжими пальцами. Борис подошёл, встал напротив, перекрывая свет.
- Убери, - сказал он.
Денис поднял глаза. Спокойные, без страха.
- Что убери?
- Стеллаж. Мне тут тренироваться мешает.
- Он же с краю. Никому не мешает.
- Мне мешает.
Денис посмотрел на скамейку, на разложенные гантели, на парней, которые с любопытством наблюдали. Вздохнул.
- Знаешь, Борис, - сказал он тихо, - место общественное. Я никому не мешаю. Люди могут брать книги, читать, возвращать. Это не мусор.
- Я сказал - убери.
- А я сказал - нет.
Борис усмехнулся. Схватил верхнюю книгу - толстый томик Достоевского. Разорвал корешок пополам. Страницы веером разлетелись по асфальту, ветер подхватил их, понёс к луже.
- Смотри, - сказал Борис. - Твоя сила. Подумаешь, бумага.
Он ждал. Слёз. Крика. Испуга. Денис побледнел - это было заметно даже в сумерках. Руки его дрогнули, он сжал их в кулаки. Некоторое время он просто смотрел на порванную книгу. Потом перевёл взгляд на Бориса. Губы дрожали.
- Ты дурак, Борька, - сказал он на выдохе. Голос сорвался, но не на крик, а на хрип. - Тебе ведь даже обидно не будет. Потому что ты ничего не понимаешь.
Он опустился на корточки и начал собирать страницы из лужи. Грязными, дрожащими руками. Борис стоял, смотрел, и внутри медленно закипало странное, липкое раздражение - на себя, на этого упрямца, на его спокойствие, которое не треснуло даже сейчас.
- Убирайся, - сказал Борис уже не так уверенно. - Я сейчас всё это...
Он сделал шаг к стеллажу, но Денис поднял голову, и в его глазах не было испуга. Была усталость и боль, но не перед Борисом. Перед тем, что он увидел.
- Уйди, - тихо сказал Денис. - Просто уйди.
Борис не ушёл. Схватил стеллаж, рванул на себя. Доски хрустнули, книги посыпались, как крупный град. Стеллаж упал с глухим стуком. Денис не успел отпрянуть - его задело полкой, он упал в грязь, растянулся на мокрых страницах. На секунду замер.
Потом медленно сел. Рукав порван, на локте ссадина. Он смотрел перед собой пустым взглядом, не на Бориса, не на книги. Просто куда-то в пространство.
Из подъезда вышла Зинаида Петровна, та, что всегда сидела с вязанием. Посмотрела на разгром, на Бориса, на Дениса. Подошла к парню, наклонилась.
- Денис, ты как?
Он не ответил. Только покачал головой.
Зинаида Петровна подняла одну книгу, грязную, мокрую. Посмотрела на неё. Потом перевела взгляд на Бориса. Долго. Тяжело. В её глазах не было философской грусти. Было отвращение - чистое, не скрываемое, как рвота.
- Не собирай, - сказала она громко, специально, чтобы Борис слышал. - Пусть в его грязи и лежит. Пойдём отсюда.
Она взяла Дениса под руку, помогла встать. Он даже не отряхнулся. Просто пошёл, ссутулившись, прижимая к груди несколько уцелевших книг. Борис смотрел им вслед. На площадке стало тихо. Симон и Петька стояли в сторонке, не приближались. Рыжий отвернулся.
- Чего смотрите? - рявкнул Борис.
Никто не ответил. Симон пожал плечами, развернулся и ушёл. Остальные за ним - молча, не оглядываясь. Борис остался один. В мусоре, в грязи, среди разорванных книг и осколков дерева.
Он постоял ещё минуту. Потом развернулся и ушёл. Никто его не остановил.
---
Ночью он не спал. Лежал в темноте, смотрел в потолок. Перед глазами стояло лицо Дениса - не злое, не молящее, а просто усталое. И рукав, порванный, с кровью на локте. Он представил, что завтра скажут соседи. Что парни уже сегодня его обсуждают. Что Зинаида Петровна будет смотреть теперь так же, как смотрела сегодня - с отвращением. Кулаки сжимались, разжимались. Ничего не менялось.
К утру он принял решение.
В книжный магазин зашёл до открытия. Купил «Идиота» - самого толстого Достоевского, какой был. На кассе расплатился, не глядя.
На площадку пришёл, когда там никого не было. Стеллаж лежал на боку, разломанный. Денис стоял с пакетом, собирал последние мокрые страницы в мусор. Увидел Бориса, замер.
Борис подошёл. Остановился в паре шагов. Молчал долго, как будто решался. Денис ждал.
- На, - сказал Борис, наконец, и швырнул книгу к ногам Дениса. Не встал, не протянул вежливо - именно швырнул, как бросают вызов. Книга глухо стукнула о землю. - Достоевского твоего. Нового. Только не надо мне тут слюни пускать.
Развернулся и быстро пошёл прочь, не оглядываясь. Слышал за спиной, как Денис поднимает книгу. Как раскрывает, как шелестят страницы.
Борис шёл, сжимая кулаки. Ему было стыдно. Не за вчерашнее - за сегодняшнее. За этот неуклюжий жест, за дрожащий голос, за то, что не смог сказать ничего более умного. Но он не остановился. Не вернулся. Просто ушёл с площадки, оставив за спиной разбитый стеллаж, новую книгу и этот странный, горький привкус в горле.
Он знал: это ещё не победа. Но, может быть, первый шаг.
---
Через месяц стеллаж стоял на том же месте. Кто-то его починил - не Борис. Книги на полках появлялись и исчезали. Иногда Борис, проходя мимо, останавливался. Смотрел. Один раз положил на полку старый детектив, который давно прочитал. Не подписал, не оставил записки. Просто положил.
Денис никогда не здоровался первым. Но иногда, когда Борис проходил мимо, Денис коротко кивал. Борис отвечал. Слов они не говорили.
Может быть, для начала этого было достаточно.
Заметил принеприятную вещь в новой версии Пикабу. То, что прога сильно изменилась к этому можно привыкнуть. Но она и жрать стала больше трафика. В настройках искал снизить качество видео так и не нашёл. Был бы безлимит даже не парился.
Это за Июль.
А это за 20 дней Августа.