Жуткая баба.⁠⁠

Рядом со мной. Напротив. Живет баба. Ну, ХЗ, может кто-то её и женщиной назовёт. По мне, так жуткая баба. Внешне. Внутрь не копал. Но там что-то тоже жуткое. Преподает что-то, где-то. Был у нее какой-то хмырь. Бухал. Выгнала. ЧСХ, ходил хмырь в мохеровом халате. Пилила она его сутками. Но выгнала в итоге, не сам ушёл, ЧТСХ. Человек она уважаемый. Не знаю, правда кем, но уважаемый. Вывод сделал из кучи именных грамот, которые она выкинула. Год до того момента они стопкой, вместе с бумажными книгами из русской классики в общем коридоре пропылились. Книги тоже выкинула. Какие так-же в перевязанной стопке, какие в картонном ящике из-под электромацепёчки. Ящик тоже в общем коридоре пару лет простоял. Рецепт полезной ячменной мацы мимокрокодилом наизусть выучил за это время.

Вобщем, жуткая баба. До нее, в квартире напротив Лариска жила. Наш был человек, хоть и с приходами. И выпить могла, и пиздюлей кому надо отвесить. Женщина в общем. Но съехала в однокомнатную над нами. А бабу, типо из жалости в свою двушку. ХЗ, что там за отношения. Может не из жалости, а из уважения. Всё-таки у бабы двое было пиздюков. Хохлы правда, но тоже, люди. Ни один не служил. Западло-же им, хохлам. Как призыв, она сначала первого, а теперь и второго на Украину. Старший сейчас отдельно живет. Порой приезжает. Еще у нее полно жутких родственников. Помню, какая-то у них жила пиздючка. Тоже жутко страшная. Темнявая. С виду татарва, но, ЧСХ хохлушка. Пиздила у меня картошку в коридоре зимой. В дом мешок не занесёшь, приходится в тумбочке хранить. Ну, пиздила и пиздила. Слава Боженьке Элохейме, больше не живет и не появляется. И не пиздит. Еще, периодично другая деревенщина поселяется на месяцок. Полагаю, у них нечто вроде клана уважаемых людей. Как проблемы с законом в одном месте, они по родственничкам разбегаются. Наверное, тоже что-то преподают. Где-то.

Коридор этот общий, мы на три квартиры делим. Когда-то, на заре перестройки люди поняли вдруг, что ни имущество, ни спокойствие им никто хранить не станет. Взяли в свои руки, как могли и умели. Отгородились стенами, дверьми, запорами. Так и мы. Отделили крыло от площадки, поставили дверь и замок. Пока Лариска напротив жила, спокойно, каждый свой уголок окучивал. Как съехала, начался террор. Новой моей соседке не нравилось, что напротив моей двери, слева от ее стоит мой хлам. Хотя он там стоял лет 15. Когда она еще в своей деревне коров пасла. Ни вшивых хохлят, ни хмыря знать не знала. Что делать. Так вот, впустили в свой отгороженный от быдла уголок жуткую бабу. Придется терпеть. Убрал. Через неделю, напротив моей двери появилась этажерка. С обувью. Ну, негигиенично у них в деревне обувь в квартире держать. Мде. Хуй с ним. Так случилось, что мне свой хлам пришлось перенести напротив ее двери. И тут коллапс. Не ожидала баба такого. Пошла ручками носить мое за общую дверь. Пришлось тогда взроптать. Взял я её за шкирку. Открыл дверь в её квартиру, поставил и дверь затворил. Отнес все на место. Вечером пришла. Говорит,- Хорошо, мол, пусть стоит. Но не напротив ее двери. Снова взроптал. Послал нахуй*. Ко мне не приходила. Но соседи с других этажей что-то мне пытались высказать. Уважаемого же человека на место поставил. Нельзя так. Не так давно, продавал я велотренажёр. Мать захотела худеть в 14 году. Купили. Месяц покрутила и успокоилась. А гроб этот так и стоял в квартире 4 следующих года. Пока не решили избавиться. В квартиру я вообще никого не приглашаю, кроме пары давнишних друзей, врача и сантехников. Поэтому, дал объявление на "Авито" и вынес гробину в тот самый злосчастный общий коридор.

Конечно, поджидала. В глазах упрёк. Изо рта вопросов куча- доколе? Ну, объяснил,- Продаю. Заберут, вот и не станет.

Продал. На следующий день на месте тренажёра стоит приставленная к стенке разъёбаная софа. В общем, жуткая баба.

*нахуй,- в контексте наречие. Бо не на что, а куда.