Выздоровление⁠⁠

Кот с подозрением уставился на переноску.

Он еще не забыл, как его возили в клинику, когда он болел. Но сейчас-то он здоров! И люди это знают прекрасно.

Вообще-то кот на них обиделся. Ему давали только корм. Ни тебе кусочка мяса, ни рыбки. Хорошо, хоть перестали таблетки совать!

Кот даже засопел. Так приспособились, что и не выплюнешь эту гадость.

Вот псу мясо дают. Обидно и несправедливо.

Кот как-то пытался отжевать у пса кусочек, но, во-первых, пес был против. Даже зарычал.

"Жадина", - подумал кот, - "вот если бы ты зашел в дом, я бы тебе корм свой уступил.

А во-вторых… а, не важно, что во-вторых… мяса-то все равно не получить.

Кот обиделся и перестал выходить на улицу. То есть на улицу он ходил, но в будке не спал. И вообще к псу не приближался.

Тот пытался наладить контакт, но кот вспоминал рычание, поднимал хвост высоко и удалялся. На дерево. Там пес его достать не мог.

Пес уже давно забыл, как рычал на кота и был в полном недоумении – почему друг к нему не приходит.

Он смотрел на кота, умывавшегося на толстой ветке и бросавшего на него презрительнее взгляды и вопросительно гавкал. Но кот мириться не торопился.

Да, ему было скучновато одному. И, честно говоря, ему немного надоело обижаться. И на пса, и на людей. Но он был должен дать им понять, что нельзя с ним вот так вот…

Как именно – "вот так вот", кот предпочитал не задумываться.

- Котенька, хороший, - коварно подступая, говорили ему люди, - мы же хотим, чтобы ты выздоровел скорее.

А потом – цап – таблетку в рот. Ну, кому это понравится!

Коту и не нравилось, хотя, против выздоровления он ничего не имел. И на лоток он снова ходил спокойно. Это радовало.

И вот теперь – снова переноску достали.

Кот попятился. Но люди тоже не лыком были шиты. Они закрыли двери.

- Надо анализы сдать! – сказал ему человек. – Не уколы, честное слово!

"Знаем мы ваше честное слово", - сердито думал кот, отловленный и помещенный в домик.

Он оказался прав. Почти. Один раз его все-таки укололи. В ухо.

Врач сделал это быстро и не больно.

"Но укол-то был", - обиженно думал кот, забираясь под диван, поле того как его выпустили из временного заточения.

Ничего не изменилось ни в этот день, ни на следующий.

Но через два дня кот зашел в кухню и увидел, что на его тарелке лежит кусочек рыбы. Маленький.

- Вот видишь, - сказал человек, - а ты не хотел в клинику ехать. А все у тебя нормально со струвитами твоими. И врач разрешил маленький кусочек тебе дать.

Кот обнюхал рыбу. Съел.

"Как-то быстро она закончилась", - облизываясь, подумал кот. – "Но хоть так".

Он посмотрел на человека.

- Завтра, еще – завтра, - пообещал тот.

Кот помахал высоко поднятым хвостом и величаво выплыл из кухни. Жизнь понемногу налаживалась. Не то, чтобы еда была смыслом его жизни… но сами подумайте – радости должны же в ней присутствовать!

Кот подошел к закрытой двери и мяукнул.

Человек открыл дверь. Кот вышел на крыльцо.

Пес посмотрел на него вопросительно. Он думал, что кот снова заберется на дерево, как делал последние пару месяцев. Но кот спустился с крыльца и подошел к будке, покосившись на всякий случай на миску. Но миска была пуста.

"Я про рычание твое не забыл", - подумал кот, - "Я тебе еще припомню это. Но пока – мир".

Он боднул пса головой, залезая в будку и сказал:

- Подвинься. Ишь – разлегся.