Однажды у него случился обыск. Впрочем, любой ювелир в те годы день и ночь ждал этого тревожного звонка в дверь. Ананов был готов к нему - профессия ювелира-подпольщика приучила к аккуратности. Звонка в дверь не было - он вышел во двор и сел в автомобиль. В арку въезжала черная "Волга". В кровь начал поступать адреналин, он хорошо знал это ощущение - предчувствие борьбы. Обыск шел несколько часов. Ананову надо было избавиться от золотого слитка. Он попросил у жены... тарелку борща. Он положил хлеб рядом с коробочкой с детальками и слитком - брал хлеб, откусывал, снова клал возле коробочки. Брал, откусывал, клал. Движение примелькалось. Майор, наблюдавший за ювелиром, перестал обращать на него внимание. В какое-то мгновенье Ананов вместо хлеба положил в рот детальки, потом они плавно перекочевали в ложку и отправились на
дно тарелки с борщом. Такой же путь проделал и слиток золота. Он всегда доедал то, что было в тарелке, а тут вдруг сказал жене - убери. Умница-жена что-то поняла и не стала выливать из тарелки остатки супа. Она оставила тарелку на кухне, прикрыла ее крышкой. Через два дня, вернувшись домой после задержания, Ананов достал из прокисшего борща то, что он в нем спрятал.
История третья -
источник https://e-vid.ru/index-m-192-p-63-article-7069.htmо недоеденном супе
Однажды у него случился обыск. Впрочем, любой ювелир в те годы день и ночь ждал этого тревожного звонка в дверь. Ананов был готов к нему - профессия ювелира-подпольщика приучила к аккуратности. Звонка в дверь не было - он вышел во двор и сел в автомобиль. В арку въезжала черная "Волга". В кровь начал поступать адреналин, он хорошо знал это ощущение - предчувствие борьбы. Обыск шел несколько часов. Ананову надо было избавиться от золотого слитка. Он попросил у жены... тарелку борща. Он положил хлеб рядом с коробочкой с детальками и слитком - брал хлеб, откусывал, снова клал возле коробочки. Брал, откусывал, клал. Движение примелькалось. Майор, наблюдавший за ювелиром, перестал обращать на него внимание. В какое-то мгновенье Ананов вместо хлеба положил в рот детальки, потом они плавно перекочевали в ложку и отправились на
дно тарелки с борщом. Такой же путь проделал и слиток золота. Он всегда доедал то, что было в тарелке, а тут вдруг сказал жене - убери. Умница-жена что-то поняла и не стала выливать из тарелки остатки супа. Она оставила тарелку на кухне, прикрыла ее крышкой. Через два дня, вернувшись домой после задержания, Ананов достал из прокисшего борща то, что он в нем спрятал.