Утраты 2009 года⁠⁠

Про Тихонова и Турчинского вспомнил стих. Там между ними ещё Гайдар /земля ему стекловатой/ был.
В аду – аврал. Кипит работа, бедняг-чертей бросает в жар: заклинил наглухо ворота Егор Тимурович Гайдар. То изнутри его толкают, а то снаружи тычут в зад, шампунем, маслом поливают, ан – не вперед и не назад!

Сам Сатана примчался в спешке, налег плечом – увы, никак…

Кричит:

- Да где же этот грешник отъел себе такой пердак?!

Дежурный чёрт спешит с докладом:

- Где-где – в России! Он один семь миллионов мором-гладом извел народу, Господин. Считай, он сам их всех и слопал, так и не диво, что широк… Кольнуть его трезубцем в жопу?

- А если лопнет?

- Не дай Бог!

Меж тем из душ новоприбывших (а их немало собралось) выходит эдакий парнишка: большие руки, мощный торс, на прессе кубики бугрятся, и дельтовидные – вполне… Он, и не думая стесняться, подходит прямо к Сатане и говорит ему:

- Послушай, не надорвать бы вам пупки… Дозволь-ка мне по этой туше слегка въебать с одной руки?

Рассвирепел Владыка ада:

- Презренный смертный, ты нахал! Да что ты можешь?

- Было надо – рукой автобусы тягал…

- Ну, что ж, попробуй. За работу, когда осилишь ты ее, клянусь, не пожалею квоты – поедешь в райской житье! А не осилишь – твою душу велю швырнуть в кипящий кал…

Но парень черта не дослушал, шагнул к Гайдару – и въебал. Ударил сноп говна и пара! И, испуская жуткий рёв, душа товарища Гайдара умчалась в сторону котлов. Аплодисменты! Поздравленья! А Сатане уже несут бланк по УДО освобожденья и апелляшку в Страшный Суд.

- Сдержал свое ты, смертный, слово. Сдержу и я. Кого писать?

- Ну что ж, пиши – Турчинский, Вова… А Трахтенбергу – не въебать?

- Да ладно, успокойся, парень – бери манатки, топай в рай. Мы сами этих двух попарим, а ты – со Штирлицем бухай! /с/