Учительница не знала, что я инопланетянка⁠⁠

Синдром дефицита внимания и гиперактивности — есть такой диагноз у землян.
Когда я училась в школе, не было ни одного ребенка с таким диагнозом. Сейчас же в земных школах учится только половина землян, а вторая половина — инопланетяне, которых не поймали Люди в черном. Именно нам земляне диагностируют это… заболевание?

В свои школьные годы я искренне поверила, что я просто «неусидчивая», «невнимательная» и что у меня шило в одном месте. Самое обидное — репутация бежала впереди меня. Если учитель выходил, а в классе начинался шум, то, возвращаясь, он сразу решал, что виновата я. Потому что чаще всего это действительно была я. Но «чаще всего» — не значит «всегда».

Когда в школу пошел мой старший сын, я узнала, что у него дефицит внимания. Ему было трудно удерживать фокус больше 10 минут и не улетать мыслями в открытый космос. Дочитать слово по слогам и не забыть его начало казалось невыполнимой задачей. Мы долго осваивали этот навык. Я изо всех сил старалась убрать из комнаты абсолютно все отвлекающие факторы, чтобы мы могли просто сделать домашку.

Когда родился второй сын, ему было всего три месяца, когда мы пришли на осмотр. Я развернула пеленки, и врач воскликнула:
— Уууу, какой активный! Как ртуть!
— Да? — удивилась я. — Вроде они все так дрыгаются…
— Дрыгаются-то все, но не так!

Она-то видела на своем веку немало земных головастиков…Через полгода я поняла, о чем она говорила. Едва научившись ползать, сын оказался сразу везде. На этого члена нашего экипажа будто вообще не действовала земная гравитация: за пару минут он мог взобраться на шкаф и оттуда с завистью разглядывать люстру.
Игрушки, требующие сидеть на месте, его не интересовали. А мне так жизненно необходимо было, чтобы он хотя бы на 10 минут задержался в одной точке пространства!

Перед его поступлением в школу я заранее пришла извиняться перед учительницей. Я понимала: если дома проблема спокойно пообедать за 15 минут, то высидеть 45 минут урока будет настоящим подвигом.

Но с учительницей нам невероятно повезло. Она успокоила меня и сказала:

— О чем вы говорите! Я же педагог, я училась и умею работать с самыми разными детьми!

Я была в шоке. Я вышла из кабинета, и на глаза навернулись слезы. Прошло каких-то 20–30 лет, и отношение изменилось кардинально. Никто больше не пытается чинить то, что не сломано. Вместо этого пытаются помочь. И это невероятно ценно.
Правда, на тот момент я еще не знала, что СДВГ — это не просто проблемы с концентрацией и не просто постоянное движение. Например мой средненький может читать когда рядом брат играет на приставке, или смотрит мультик. Длинные слова - никаких проблем. Он вообще читает лучше всех в классе. Но особенности работы мозга с СДВГ оказались гораздо глубже.

И когда я это поняла, мне наконец-то удалось объяснить так много вещей о себе самой…

(продолжение следует)