Тяжело быть злым в DnD. Часть четвертая.⁠⁠

Я продолжаю рассказывать историю о моем злом персонаже в DnD.

Первая часть здесь: https://pikabu.ru/story/tyazhelo_byit_zlyim_v_dnd_chast_perv...
Вторая часть здесь: https://pikabu.ru/story/tyazhelo_byit_zlyim_v_dnd_chast_vtor...
Третья часть здесь: https://pikabu.ru/story/tyazhelo_byit_zlyim_v_dnd_chast_tret...

Колдунья-тифлинг Алиса (neutral evil) вместе с дворфом, клириком Кузни по имени Тордэк Ледяная Борода (lawful neutral) ищет способ истребить всех оборотней-крысолаков Калимпорта по приказу ее господина – Древнего, имя которому Кхассалидаш.
Помощи ждать не от кого. Только безумец ввяжется в подобную авантюру. И только холодный расчётливый разум способен просчитать единственный путь к победе…


Проснулась Алиса ближе к полудню. Вместе с Тордэком она вышла из трущоб и двинулась в сторону центра на разведку. Калимпорт, еще вчера шумный и живой, сегодня не издавал ни звука. Все окна были занавешены, редкие прохожие сторонились друг друга и перемещались быстро, украдкой, опустив глаза вниз. Кое-где после ночной резни оставались трупы, но все делали вид, будто ничего не замечают. Центр города был пустым. Лавочники, еще вчера наперебой предлагавшие причудливые украшения, дорогие ткани, лучшее вино – сегодня так и не вышли работать. Только оборотни разгуливали по городу открыто, гордо расправив плечи и всем демонстрируя свою отвратительную крысиную внешность.
Прохожие избегали любых разговоров. Алиса решила прибегнуть к помощи магии и отправить Послание встреченному вчера работорговцу Тару Даернину: «Что случилось ночью? Крысолаки правда захватили весь город и убили пашу Иммита? Мы готовы сражаться против них. Если кто-то из людей Иммита остался жив – скажи».
Ответ не заставил себя ждать: «Город захватили крысы и всех перебили. Примыкать не к кому. Я сейчас на корабле – плыву прочь отсюда! Что и вам советую!»
– Пойдем, проведаем Юльдру, – устало сказала Алиса.

Магазин оказался заперт, резные ставни – закрыты и к тому же занавешены тканью. Колдунья приблизилась к замочной скважине и стала шептать:
– Юльдра, это мы, Алиса и Тордэк! Ты жива?
Минуту стояла тишина, затем послышались осторожные шаги, и дверь с легким скрипом отворилась – ровно настолько, чтобы можно было боком пролезть в проем. Внутри было темно, ни один светильник не горел. Юльдра казалась измотанной.
– Зачем вы здесь?
– Мы хотели посмотреть что-то из магических вещей, что могли упустить…
– Я… что там на улице?
– Уже тихо, – мрачно отвечал ей дворф.
– Ясно… я просто дожидаюсь ночи… нужно бежать отсюда.
– Вас кто-то тронул? Вы боитесь крысолаков и Мехмен Баши? – спросила колдунья.
– Каждый в этом городе боялся Мехмен Баши. А теперь за одну ночь произошел переворот. Я слышала, как оборотни шли по улицам и кричали «Калимпорт принадлежит нам!». В такие бурные времена лучше, если о тебе не вспомнят… а если вспомнят – ты уже будешь далеко отсюда… – хозяйка магазина трясущимися руками достала из-за пазухи фигурку. Это был миниатюрный грифон, выполненный из драгоценного камня. – Сегодня под покровом ночи я улечу отсюда. Вы можете… если хотите… улететь со мной.
– К сожалению, мы не можем, – твердо произнесла Алиса и краем глаза увидела Тордэка, который нахмурился и развел руками в жесте «почему бы и нет?». – Я должна сразиться с крысолаками и одержать победу. Уничтожить их всех.
Юльдра едва удержалась от смеха.
– Но кто в здравом уме… – она остановилась и откашлялась. – Извините. Я… не понимаю. Как вы вдвоем должны остановить Мехмен Башу и всех его оборотней?
– Это я должна понять сама.
– А зачем?
– Затем… затем, что Господин велел мне сделать это.
– Господин?
У Алисы стал ком в горле. Они прятались в крохотном магазинчике, в темноте, и разговаривали шепотом, чтобы никто не услышал, о победе над могущественным пашой и его армией мутантов…
– Мой господин… это Древний. Он даровал мне силу творить магию. И он велел мне очистить Калимпорт от… – она попыталась прочистить горло, но ком остался, – от всех нечестивых оборотней.
– Если у тебя есть господин, значит, ты – рабыня?
– Я… назвала бы это не рабством, а служением.
– Но если ты не рабыня, то почему твой господин настолько жесток, что отправляет тебя на верную смерть?
В магазине повисла гробовая тишина. Алиса зажала в ладони дарованный Кхассалидаш черный амулет и отвернулась. Тордэк хранил молчание, и лишь сильнее хмурился.
– А что случится, если ты откажешься? – спросила Юльдра.
– Я… я не знаю. Наверное, я лишусь силы… Возможно, он накажет меня. Но… это не важно, потому что к каждой загадке есть ключ, и я найду его. Иначе просто не может быть. Да… – Алиса вытерла слезы полой плаща и почувствовала, как за пазухой зашевелилась ее ручная мышка Мэдди. – Покажи мне все вещи, которые у тебя есть. Всё, что может помочь проникнуть, спрятаться, обмануть, убить и сбежать.
Хозяйка магазина молча встала и пошла к прилавку. Долгое время она перебирала свой ассортимент, бесшумно шевеля губами, и в итоге выложила на прилавок алый плащ и небольшой мешочек с порошком.
– Это – порошок исчезновения. Его нужно развеять в воздухе над собой – и вы двое станете невидимы. Хватит лишь на несколько минут, но годится для побега. И – Плащ шарлатана. Один раз в день он позволяет телепортироваться в одиночку либо вдвоем – но не дальше чем на пятьсот футов. Больше у меня ничего подходящего нет.
– Это отличные вещи. Сколько с нас?
– Отдаю даром. Этой ночью я покину город и всего с собой не унесу. Магазин всё равно разграбят.

Как только герои покинули магазин, колдунья телепатически обратилась к клирику:
«Слушай, эти два дня я пристально наблюдала за жизнью Калимпорта. В этом чертовом городе рабство – это абсолютно обыденная вещь! Рабы делают любую работу, даже в бедных районах… В первый же день меня хотели купить, а теперь Юльдра назвала меня… ну ты понял. Так вот – это навело меня на отличную идею! Ты должен продать меня Мехмен Баше!»
Дворф выпучил глаза и прыснул со смеху.
«Тихо! Чего ржешь, как конь? Если мы полезем в самое логово врага, мы наверняка ляжем там костьми. Мне кажется, что я нашла ключ к этой загадке. У нас есть плащ и порошок. А я юна и хороша собой. Я соблазню Мехмен Башу и перенесу из его защищенного логова в заранее подготовленное нами укромное местечко. И там-то мы его и прирежем!»
Веселье на лице Тордэка сменилось сначала задумчивостью, а затем – скепсисом.
«Я надеюсь, ты понимаешь, насколько это рискованная затея? Если что-то пойдет не так…»
«Всё пойдёт, как надо. Я не вижу других опций, Тордэк».

Остаток дня прошел в приготовлениях. Сначала они отправились к «Сверкающему гарему», где Алиса призвала фамильяра, маленькую черную кошку, велела ей забраться внутрь и стянуть одежды куртизанки.

Обиталище Мехмен Баши найти было несложно – он забрал особняк паши Иммита и устроился в нем с комфортом. Этим вечером намечалось помпезное празднование его триумфа. Со всего Калимпорта туда стекались на поклон все, кто хотел продолжать свой бизнес.
В одном из закоулков возле особняка герои нашли заброшенный спуск в канализацию, где Алиса оставила своё снаряжение, а Тордэк подготовил всё для битвы...

Когда стемнело, и луна выглянула из-за крыш, клирик и колдунья стояли у ворот особняка Мехмен Баши. Тордэк был при полном параде – он причесал и огладил бороду; его латы сияли в свете фонарей, а молот, украшенный рунами, дополнял образ.
Алиса стояла рядом с ним, скромно потупив взор, как и полагается рабыне. Она распустила свои волосы и украсила их цветами. Из одежды на ней был лишь алый плащ и роскошный платок из «Сверкающего гарема», свободно повязанный на бедрах. Кольцо, защищающее разум, Алиса сделала невидимым. Амулет Господина покоился на ее груди.
Клирик и колдунья находились под воздействием своих самых любимых и полезных чар – тех, что помогают лгать…

Они приблизились к стражнику – омерзительному крысолаку в доспехах, явно снятых с человека, еще прошлой ночью охранявшего пашу Иммита. Как только они попали в поле его зрения, оборотень осклабился и загляделся на колдунью. Не поднимая взгляда, Алиса стала поправлять платок на своих бедрах и как бы невзначай чуть не уронила его. Дворф только открыл рот, чтобы отчеканить легенду – а их уже пропустили вперед.
Они проследовали по аллее меж пальм и фигурно постриженных кустарников к арке, которую преграждала вторая стража – выглядевшая куда серьезнее.
– Добрый вечер, уважаемые господа! – откашлявшись, проговорил Тордэк, сделав настолько неуклюжий реверанс, что Алиса еле удержалась от смеха. – Меня зовут Тордэк Ледяная Борода, я искусный кузнец, приехал из далеких краев и хочу поприветствовать Мехмен Башу.
– Поприветствовать? – протянул высокий оборотень в клепаной кожаной броне, с кинжалами в ножнах.
– Да! Я хочу делать бизнес в Калимпорте, а значит, надо зайти в гости, поздороваться, подарок сделать!
– В Калиморте полным-полно кузнецов. Чем ты лучше их?
– Не в обиду вам, уважаемый, но в вашем городе вещей такого высокого качества не делают! Я из древнего дворфьего рода кузнецов! Уж мы куем – так будь здоров! И зачаровать можем. Смотрите, какой я себе сделал молот! – и с этими словами он сунул под нос крысолаку свое оружие, украшенное дорогими камнями и рунами. – Тонкая, понимаешь, работа!
– А вы сможете изготовить кинжалы? Парные?
– Не вопрос, уважаемый! А господину вашему чего бы хотелось?
– Мехмен Баша… был бы рад посоху. Украшенному золотом и серебром. И он должен быть инкрустирован камнем, вы должны понимать…
– Для магической фокусировки, самой собой. Вы говорите с профессионалом своего дела!
Глаза оборотня разгорелись. Он снял с волосатого пальца богато украшенное кольцо и дал его Тордэку:
– Покажите это завтра утром в любой кузне города. Ее отдадут вам в полное распоряжение. Я буду ждать результатов!
– И вот еще, уважаемый. Красопету вот эту вот, – он подтолкнул Алису вперед, – я господину вашему в подарок привел. Она его славно повеселит.
– Не знаю… насчет этого. В особняк велено пускать только приглашенных гостей. Я сообщу о подарке. – Он повернулся и позвал одного из стражников, указывая на здание в стороне. – Эй, отведи эту к остальным!

Дворф на миг растерялся. Алиса видела, как движется к ней стражник. Сейчас он схватит ее и потащит прочь от особняка, от ее цели… Она сбросила капюшон и распахнула плащ. Длинные вьющиеся волосы разметались по обнаженной груди.
– Господин начальник стражи! – воскликнула она, посмотрев ему в глаза. – Мне не терпится поскорее принадлежать великому Мехмену Баше, да будет его правление долгим! Неужели вы лишите вашего господина моей ласки и любви?
– Наглая девка! Как ты посмела… – начал было оборотень, но Тордэк опередил его:
– Как ты посмела поднять глаза?! Ты позоришь меня, глупая шлюха!
Алиса опустила голову и сжала руки на грудях, выпятив их еще сильнее.
– Простите, господин Тордэк! Я лишь хотела услужить вам! Моя вина лишь в том, что я слишком старалась! – она задержала дыхание и ждала… и услышала, как другие стражники присвистнули, оглядывая ее.
– Слышишь, начальник, если ты ее не пропускаешь, мы и сами бы с ней не прочь…
– А ну угомонились, кобели! Она – подарок Мехмен Баше! Веди ее в зал. И чтобы никто даже пальцем ее не коснулся, уяснили?!

Охрана отступила в сторону, освобождая арку. Колдунья вступила в неё и пошла дальше, и с каждым шагом сердце билось всё быстрее и быстрее… Отворились окованные медью ворота каменного особняка, и она вступила в пиршественный зал. Немногочисленные гости сидели по углам на дорогих коврах, наслаждаясь всевозможными яствами и напитками. Полуобнаженные женщины всех рас, облаченные в дорогие ткани и украшения, развлекали их. А в конце зала, на возвышении мраморных молочно-белых ступеней, между резных колонн, стоял своеобразный трон – позолоченное кресло, обложенное бархатными подушками – и на нем восседал Мехмен Баша, окруженный куртизанками…

Как только Алиса увидела его, она ощутила его невероятную магическую силу. Сам Илассахкдаш, извечный враг ее Господина, дышал в нем. И теперь колдунья поняла, что она не заметила сразу: все женщины в этом зале были прокляты. Одни только начинали превращаться, а другие уже стали крысолаками – с вытянутыми носами, торчащими из пастей острыми зубами, щетиной на лицах. И на обнаженных волосатых грудях каждой из них был вырезан знак… Знак его власти.

Невероятной силой воли Алиса остановила приступ паники и продолжила идти вперед.

Куртизанки ласкали его обнаженный торс, а Мехмен Баша будто их и не замечал – в одной руке сжимал кинжал, а другой подбрасывал и ловил медную монетку, подбрасывал и ловил…

«Значит, он читает мысли всех присутствующих… постоянно. Какой же он параноик… И как хорошо, что кольцо защищает меня от этой магии».

Остановившись под ступенями, перед его «троном», она осторожно сняла капюшон и начала свой танец. Ее пальцы скользили по коже и понемногу открывали плащ, обнажая ее юные упругие прелести. Она потянула за шнурок и, двигая бедрами в такт музыке, позволила платку соскользнуть, оголив ягодицы.

Мехмен Баша перестал подбрасывать монетку. Он весь вытянулся вперед и нахмурился, а потом откинулся назад, глядя на нее с куда большим интересом.

Она поднималась по ступеням и говорила:

– О Мехмен Баша, правитель этого города! Мой господин Тордэк Ледяная Борода передает нижайший поклон и приносит меня в дар! – она остановилась возле него и резким движением распахнула плащ. – Извольте же насладиться мной!

Оборотень сделал приглашающий жест. Алиса оседлала его так, как следовало настоящей куртизанке. Гадкая морда крысолака оказалась возле ее лица… так близко, что ей казалось, что сейчас он откусит ей нос… Его пасть открылась, источая зловонное дыхание, и он протявкал:

– Но сначала я сделаю тебя моей!!! – и он занес свой кинжал над ее обнаженной грудью.

– О господин! Отправьтесь же со мною в мир невиданной страсти!

Она вцепилась в него руками и ногами, зажмурилась… и магия плаща перенесла их в канализацию.

Они появились там, объятые клубами дыма и запахом серы. Колдунья оттолкнула оборотня и отскочила в сторону. Тордэк был наготове. Он бросил Алисе ее жезл, а сам поднял щит и прокрутил молот в руке, сжимая рукоять поудобнее:

– Ну что, голубчик, попался?

– Это становится интересно, – осклабился Мехмен Баша. – Не бойся, я не раню тебя! Будет жаль попортить эту нежную кожу. Поэтому сначала я уничтожу твоего слугу, а потом займусь тобой!

Оборотень набросился на Тордэка, выделывая лихие финты кинжалом; он без особого труда находил щели в обороне дворфа и сопровождал каждый успешный удар мощной иссушающей магией. Алиса отчаянно била его заклятьями в спину, но она понимала – Мехмен Баша в своей силе превосходит их обоих на голову.

Тордэк держался стойко, блокируя большинство атак своим щитом. Но в один момент отвлекся и пропустил удар в шею… закашлялся кровью и рухнул. Алиса осталась один на один с колдуном, который медленно двигался к ней, уже сплетая заклинание, которое должно оглушить её…

– Нет!!! – заорала Алиса. – Седьмое пекло, ты не получишь победу так легко!

Она склонилась над клириком, достала таинственное зелье, купленное у Юльдры, и залила ему в глотку. Тордэк закашлялся и встал, тяжело опираясь на молот. Мехмен Баша замахнулся, чтобы добить его – но дворф отбросил его щитом прямо в заплесневелую стену. Хруст костей колдуна эхом прокатился по канализации. С хриплым рычанием Тордэк попер вперед; первый его удар вывихнул левую руку колдуна, заставив выпустить оружие, второй – раздробил коленную чашечку. Мехмен Баша упал в грязь, скорчился и стал превращаться в гигантскую крысу. Но это лишь отсрочило его кончину. Последний удар Тордэка мгновенно размозжил его череп, как гнилой помидор.

С поверхности раздался жалобный вой десятков, а то и сотен крысолаков. Выбравшись наверх, они воспользовались порошком исчезновения и рванули что есть мочи в сторону магазина Юльдры. Выбежав из закоулка, они оказались сбоку от ворот особняка и в тот же миг поняли, из-за чего было столько шума: волоча по земле запутавшегося рукой в поводьях крысолака, по саду неслась горгона, сбивая с ног и топча всех, кто попадался по пути. Оборотни пытались загнать ее назад, но она повернулась к ним – и из ее пасти вырвался газ, мгновенно превративший их в камень.

– Бежим, Тордэк, и не оглядываемся!!!

Казалось, Калимпорт сошел с ума. На каждой улице крысолаки сражались против других крысолаков. Одни – во имя Мехмен Баши, другие – мстя за пашу Иммита. Неудивительно, ведь среди них было множество обращенных насильно.

Когда действие порошка закончилось, героям пришлось красться, прятаться по углам, а кое-где – даже прорываться сквозь баталии под прикрытием заклинания Тьмы. Достигнув магазинчика, они ввалились в него, запыхавшиеся, измотанные… Алиса из последних сил задвинула щеколду, а Тордэк забаррикадировал ящиками дверь. Хозяйка уже покинула магазин.

Всю ночь они просидели там, слушая лязг оружия, вой и крики. Мало-помалу шум стал стихать; строй одной из сторон теснил противника, и баталии сдвинулись к центру. И герои провалились в сон.

Утро. Солнце раскалило мостовую, подняв невероятный смрад – шерсти, крови, гниющего мяса. Алиса ступала по камням, пропитанным кровью. Кровь лилась по водостокам, застаивалась лужами в ямах… Казалось, Калимпорт был огромным распотрошенным монстром, корчившимся в предсмертной агонии…

– Господин… мой господин… доволен.

Тордэк шел молча. Баррикады трупов перекрывали улицы и закоулки. Рои черных мух нестерпимо жужжали.

Кхассалидаш действительно был доволен. Алиса не просто чувствовала это. Она слышала его голос где-то в глубине себя. Столь юная последовательница благодаря своему коварству смогла одержать победу над могущественным фаворитом Илассахкдаш. И принесла ему великую жертву.

– Я собрала для него… кровавую жатву…

«Клеймор» стоял в порту. На пирсе возле него лежало несколько свежих трупов. Похоже, нападение было внезапным; моряки не успели отдать швартовы и были вынуждены драться за свой корабль.

– Только вас и дожидались, – капитан Валек помахал им левой рукой. От правой остался лишь кровавый обрубок, наскоро обмотанный обрывком ткани.

– Чего ж вы не уплыли-то сразу? – спросил Тордэк с горечью в голосе.

– Мы же вам жизнью обязаны, помните? Давайте уже убираться отсюда.

Поднявшись на борт, Алиса за несколько часов не произнесла ни слова. Только что-то беззвучно бормотала сама себе, глядя куда-то вперед невидящим взглядом. Тордэк обошел экипаж, подлатал, кого смог, и вернулся к своей спутнице.

– Знаешь, Тордэк, – собравшись с силами, медленно проговорила Алиса. – За всю жизнь у меня был лишь один друг. – Она бережно достала из-за пазухи свою ручную мышку и погладила ее. Затем опустилась вниз, сбросила черный дорожный плащ, и Мэдди зарылась в него. – Теперь я могу назвать тебя другом. И я могу рассказать тебе то, что никогда никому не рассказывала…

Глотая слёзы, она поведала дворфу обо всём: о гонениях, что она терпела всё детство; о том, как односельчане сочли ее причиной эпидемии и решили сжечь; о том, как родная мать не стала защищать ее и просто отдала на растерзание толпе. И о Нём – таинственном потустороннем покровителе, единственном, что ответил на мольбы маленькой испуганной девочки.

– Я думала тогда, что он спас меня. Но он просто воспользовался моим телом как сосудом… чтобы войти в этот мир, выпотрошить всех тех людей и напиться их крови... – она поёжилась. – Я всего лишь распространяю его власть в этом мире. И, уверяю тебя, я принесла ему множество жертв. А этой ночью я совершила Его именем настоящую кровавую жатву. Сотни убитых, Тордэк! А может, и тысячи!

– Но они были головорезами. И мутантами. Кто ж этих подонков считать будет?

– Ты не понимаешь… не важно, подонки они или нет – это только начало! Прав был тот жрец… мой путь – это разрушение и смерть.

Алиса сняла амулет господина с шеи. Он слабо пульсировал.

– И Юльдра была права. Моё служение – это обыкновенное рабство!

Она сложила все свои вещи в одну кучу. Потянула к себе ладонь дворфа, и когда он открыл ее, положила не нее черный амулет.

– Дальше будет только хуже. Я должна освободиться, пока он полностью не подчинил меня своей воле. – В ее глазах стояли слёзы. – Посмотри, посмотри на меня, Тордэк! Если ты – мой друг, ты не будешь меня осуждать. И не будешь останавливать. И… пообещай мне уничтожить этот амулет.

Она отпустила его руку, отвернулась – и прыгнула за борт.

Тордэк бросился было за ней, но… голос колдуньи эхом звучал в его голове:

Если ты – мой друг, ты не будешь меня осуждать. И не будешь останавливать.

Дворф отвернулся и облокотился о корму. В кулаке он сжимал амулет, и теперь почувствовал, как он начинает таять. Из-под его пальцев во все стороны поплыл черный туман… Тордэк разжал пальцы, лихорадочно перебирая в памяти заклинания…

Но тут же порыв ветра разметал этот туман – и его ладонь была пуста…