Трудная «Лёгкость». История создания АК-74/РПК-74⁠⁠

Экспериментальные автомат А-3 и пулемёт П-3 превратились в серийные АК-74 и РПК-74 18 января 1974 года

До 1974 года отечественными оружейниками как минимум два раза предпринимались попытки уменьшения калибра патрона для автоматического и полуавтоматического оружия до 6,5 мм. Первую предпринял В. Г. Фёдоров ещё в ходе Первой мировой войны при проектировании первого в мире автомата, а вторая провалилась в начале тридцатых годов в ходе масштабных работ по модернизации стрелкового вооружения РККА.

Автор - научный редактор журнала «КАЛАШНИКОВ» Юрий Пономарёв

Эти неудачи имели чисто экономические причины, рассматривать которые мы не станем, а углубимся в новейшую историю, показывающую весь драматизм конкурсных испытаний и далеко не однозначный их финал, даже для такого маститого конструктора, как Михаил Тимофеевич Калашников.

Активизация работ по проектированию отечественного «малоимпульсного» патрона пришлась на середину 1960-х годов после появления на вооружении армии США — основного потенциального противника — 5,56-мм патрона М193 и винтовки М16.

Преимущества оружия малого калибра (меньший вес оружия и патрона позволял значительно увеличить носимый боекомплект при одинаковой весовой нагрузке; уменьшенный импульс отдачи оружия способствовал улучшению кучности стрельбы автоматическим огнём и повышению комфортности стрельбы в целом) были хорошо известны отечественным специалистам и вызвали естественную озабоченность как высшего руководства Вооружённых сил, так и министерства оборонной промышленности (МОП) СССР. Кроме того, для обеспечения требуемого убойного и пробивного действия достаточно лёгкой малокалиберной пули она должна была иметь высокую скорость, что обеспечивало, в том числе, значительно большую дальность прямого выстрела и меньший ветровой снос пули.

На основании имеющихся к тому времени сведений о характеристиках нового американского оружия уже в 1966 г. были разработаны тактико-технические требования № 008068, ставшие основным руководящим документом опытно-конструкторской работы «5,6-мм автомат и патрон».

Отработку нового малокалиберного патрона поручили климовскому ЦНИИТОЧМАШу. Новый патрон должен был иметь две номенклатуры пуль — обыкновенную со стальным сердечником и трассирующую.

Окончательные варианты этих патронов имели «институтские» индексы 13 МЖВ и 15 АМЖВ соответственно. На этапе отработки патрона использовалось баллистическое оружие и перестволенные штатные автоматы Советской армии — АКМ. К работам по проектированию материальной части оружия МОП привлёкло практически все предприятия оружейной направленности.

В соревнование включились творческие коллективы под руководством Ю. К. Александрова, М. Т. Калашникова, Г. А. Коробова, А. А. Дерягина, Г. П. Петропавлова, А. И. Шилина, А. С. Константинова, П. А. Ткачёва и др.

В результате до этапов макетирования и заводских испытаний, проводимых в головной организации МОП — ЦНИИТОЧМАШе — дошло более двадцати образцов опытных автоматов, построенных на различных принципах движения автоматики, но жёсткие нормативы ТТТ отсеяли большинство представленных конструкций по причинам неудовлетворительной безотказности, низкого ресурса деталей и недостаточно хорошей кучности стрельбы.

Карт-бланш для дальнейшей доработки и прохождения полигонных испытаний получили лишь три образца конструкторов Александрова, Константинова и Калашникова.

В первых двух конструкциях была использована так называемая «сбалансированная» схема работы автоматики для повышения кучности стрельбы очередями, когда отводимые из ствола пороховые газы воздействуют сразу на два газовых поршня (затворной рамы и балансира), движущихся при этом в противоположных направлениях и кинематически связанных зубчатой передачей. Конструкция Калашникова копировала проверенную схему АКМ, делая ставку на высокоэффективный дульный тормоз-компенсатор.

Однако полигонные испытания 1969 г. не только не выявили лидера, но и посеяли тень сомнения в успешности завершения ОКР. С этого момента для конструкторов начинается настоящая гонка с препятствиями: в январе — марте 1970 года полигонные испытания калашниковского А-3; в июне — июле того же года константиновского СА-006; в ноябре — декабре полигонные испытания обоих доработанных автоматов от опытных серий для войсковых испытаний.

Войсковые испытания 1971 года, проводившиеся в Московском и Забайкальском военных округах, не только не выявили лидера, но и ещё больше запутали ситуацию противоречивостью полученных результатов.

Да и замечаний к обоим образцам значительно прибавилось, так что и Константинову, и Калашникову снова пришлось работать в авральном порядке. В марте — мае 1972 года были проведены очередные полигонные испытания обеих систем, доработанных по результатам войсковых испытаний, но и они не принесли нужного результата. Александровский АЛ-7, прошедший полигонные испытания в июне, также нуждался в доработках.

В очередной раз, рассматривая результаты испытаний и не видя ясных перспектив, военное и гражданское руководство начало терять терпение и стало грозить организационно-штатными мероприятиями.

Но и эти меры вряд ли могли исправить ситуацию, нужно было работать дальше. К июню были готовы серии обеих систем для войсковых испытаний 1972 г., а в июне — августе закончены их полигонные испытания пусть и не без замечаний (в основном из-за водобоязни), но, в целом, положительно.

Особо отмечалось — введённые конструктивные изменения повысили их (автоматов) боевые и эксплуатационные характеристики. В конце августа на полигонные испытания наконец-то были поданы и доработанные александровские автоматы АЛ-7, где подверглись сравнительным испытаниям с константиновскими СА-006, так как до этого они сравнивались лишь заочно из-за разного времени подачи для отработки.

Принципиальным отличием александровского АЛ-7 был высокий уровень заимствования деталей от состоящего на производстве автомата АКМ (из 116 деталей 47 заимствованные). Да и результаты испытаний не разочаровали — по боевым и эксплуатационным характеристикам 5,6-мм автоматы АЛ-7 и СА-006 были практически равноценны.

Но, как говорится в русской пословице — «дорога ложка к обеду», калашниковский и константиновский образцы уже проходили повторные контрольные полигонно-войсковые испытания в Московском военном округе и на полигоне ГРАУ (с привлечением взвода ВДВ), и александровский образец с равноценными характеристиками (который нужно было ещё воспроизвести в серии и испытать на полигоне) уже был не нужен, ведь все установленные сроки проведения ОКР и так были многократно превышены.

Заключением ГРАУ и Главного управления боевой подготовки сухопутных войск от 7 и 10 мая 1973 г. 5,45-мм патрон (к этому времени в соответствии с ГОСТом откорректировали калибр, так как отработка патрона проходила на баллистическом оружии без покрытия канала, а для обеспечения ресурса ствола оружия потребовалась достаточно «толстая» его хромировка и диаметр канала несколько «похудел») и автомат под него конструкции Калашникова М. Т. были рекомендованы для принятия на вооружение Советской Армии взамен 7,62-мм патрона обр. 1943 г. и автомата АКМ до отработки более эффективного и совершенного в эксплуатационном отношении автомата.

Основными причинами непринятия автомата СА-006 армией стали существенно большее усилие перезаряжания, большая загазованность не только боевых отделений при стрельбе из техники, но и в районе лица стрелка, и нестабильность характеристик рассеивания пуль при смене положений для стрельбы.

Военно-технический совет Министерства обороны при рассмотрении вопроса о стрелковом оружии калибра 5,45 мм своим решением от 22 марта 1973 г. признал необходимым дополнительно отработать автомат со складывающимся прикладом и ручной пулемёт с постоянным и со складывающимся прикладами. Эпопея близилась к завершению.

В июле доработанные автоматы А-3 и ручные пулемёты П-3 конструкции Калашникова были изготовлены и поданы на полигонные испытания.

Заключение по полигонным испытаниям доработанных автоматов А-3 и пулемётов П-3 на полигоне «Ржевка». Справа внизу подпись членна редколлегии журнала «Калашников»  В. М. Крылова, ныне директора Музея артиллерии (ВИМАИВиВС) в Санкт-Петербурге

Испытания доработанных автоматов обеспечивал взвод ВДВ. Кроме основного варианта автомата были разработаны два варианта со складывающимися прикладами — первый по типу АКМС, второй — рамочной конструкции, складывающийся на левую сторону ствольной коробки.

Кроме этого, были представлены образцы автоматов, укомплектованные деталями, изготовленными из пластмассы ДСВ-4-Р-2М — цевьё, ствольная накладка и постоянный приклад. Пулемёты П-3 как с постоянным, так и со складывающимся прикладами, конструктивно были аналогичны 7,62-мм РПК и РПКС.

Отдельные образцы автоматов и пулемётов имели боковые планки для установки ночных прицелов НСП-3 и только что принятого на снабжение НСПУ. Результаты окончившихся в ноябре испытаний резюмировали истинное положение дел: «- устранена опасность для стреляющего и обеспечена сохранность оружия при выстреле с водой в канале ствола; — доведена до требуемых норм живучесть стволов; — улучшена кучность боя и существенно сближены СТП первых и последующих пуль в очереди».
Учитывая необходимость иметь на вооружении стрелковых подразделений всех родов войск оружие одного калибра, рекомендовать для принятия на вооружение автомат А-3 со складывающимся рамочным прикладом и пулемёты П-3 с постоянным и складывающимся прикладами. Опытные пластмассовые детали испытаний не выдержали.

Это долгожданное заключение позволило наконец-то закрыть затянувшуюся ОКР с незвучным шифром «Лёгкость» (А-3) с выделившейся из неё частью с таким же неблагозвучным шифром «Поплин» (П-3).

Дожидаться окончания отработки укороченного варианта автомата не стали, выделив её в отдельную ОКР с шифром «Модерн», которая, кстати, была закрыта только в 1979 г.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 54-29 от 18 января 1974 г. 5,45-мм патроны с обыкновенной и трассирующей пулями, автоматы АК (С)74(Н) и ручные пулемёты Калашникова РПК (С)74(Н) под них были приняты на вооружение Советской армии.

Окончательно узаконил их статус Приказ министра обороны № 049 от 18 марта 1974 г., определив полные и сокращённые наименования, индексы по классификатору ГРАУ, ТТХ, комплектность и нормы боекомплектов.

А вот отработка «более эффективного и совершенного в эксплуатационном отношении автомата» стала темой новой НИОКР с шифром «Абакан», завершение которой совпало с развалом СССР. Да и финальный продукт этой ОКР — автомат Г. Н. Никонова АН-94 был принят на вооружение не взамен, а наряду с автоматами Калашникова.