Тополь⁠⁠

В одном городе в старом окруженном облупившимися двухэтажными домами дворе рос тополь. От всех остальных тополей он отличался разве что раскидистой лохматой кроной. Он точно так же сбрасывал осенью золотистую листву, а весной обрастал заново. Зимой на его верхушке торчало воронье гнездо, а летом его пух перекатывался по асфальту и застревал в траве.

Однако тополь был особенным.

Каждый ребёнок в окрестностях знал, если уткнуться в шершавую кору лбом и прошептать желание, оно обязательно сбудется. Главное не загадывать что-нибудь совсем фантастичное. Взрослые тоже об этом знали, но в один голос твердили, что всё это детские выдумки. И каждый из них иногда, глубокой ночью, оглядываясь, выходил во двор, обнимал ствол тополя, прижимаясь к бугристой коре, и шептал:

– Милый, ну хотя бы тысчонку до зарплаты. Дети голодные сидят.

или…

– Болит прям жуть. Помнишь, как я с велика грохнулся? Тогда встал и побежал, а теперь последствия. Сделай что-нибудь, а.

и даже:

– Подкинь беленькой на опохмел, помираю.

Тополь помогал всем. Без исключения.

Никто не знал, откуда у тополя такая сила. Хотя и говорили в полголоса, что его посадила и поливала святой водой бабка-ведунья когда-то жившая в одном из домов. Старожилы же возражали, мол, никакой бабки-ведуньи в окрестностях отродясь не было. Домыслы, сплетни и споры тихо побулькивали на жёлтых кухнях.

А тополь рос. И росло вокруг него маленькое тёплое бытовое счастье. Пока не случилась одна история. Как-то ночью двое подростков, задумав кого-нибудь ограбить, затаились в густой тени тополя. Ждать им пришлось недолго.

Во двор нетвёрдой походкой вошёл Василий Михалыч, горячо любимый отец троих мальчишек. Поравнявшись с тополем Василий Михалыч как обычно остановился и приподнял засаленную кепку. Тут-то на него и выпрыгнули подростки с арматуринами наперевес… и мгновенно погибли под обломившейся тополиной ветвью. Василию Михалычу только и оставалось, что вернуть кепку на голову и стряхнуть с плеч листья.

После этого случая жители двора ещё больше зауважали тополь. Однако пресса подняла шум. Коммунальщики признали тополь аварийным и спешно спилили. Тайком и ранним утром, когда никто не мог его защитить.

От тополя остался только высокий занозистый пень. Первое время к пню продолжали бегать дети и тайно ходить взрослые, однако желания теперь исполнялись не все, а те, что всё-таки исполнялись, делали это самым неожиданным образом. Пень забросили. Так он и торчал посреди двора уродливым напоминанием о лучших днях.

Через пару лет жители двора решили построить детскую площадку и выкорчевали пень. Каковы же были их удивление и ужас, когда из переплетения корней на них глянул человеческий череп. Вскоре в той же яме нашли и остальные части скелета, и фигурную пряжку. По ней найденного и опознали.

Под особенным тополем покоился детский врач пропавший около пятидесяти лет назад. Никто так и не смог вспомнить, как его звали. Зато все помнили, как он в любое время и любую погоду спешил к маленьким пациентам.

– Эх, кабы не он, половина из нас, сейчас бы землю не топтала, – горестно выдохнул кто-то из собравшейся толпы.

Врача перезахоронили по-человечески. Построили таки детскую площадку. А на том месте, где столько лет рос тополь, вкопали памятный столб, втайне надеясь, что и он обретёт чудотворные свойства.