Темнейший. Глава 80⁠⁠

Вампир Георгерт знал очень много. Известие о Первом, помогавшем древнему Ведагору, вынудило Миробоича задавать Ночному Кошмару вопросы один за другим. В прошлом рода Миробоичей было сокрыто очень много тайн – гораздо больше, чем могла рассказать сгоревшая библиотека.

– Кто же такой Семеркет?

– Царь Египетский, которого позорно прогнали прочь, – Георгерт отвечал коротко. Приходилось его буквально тянуть за язык.

– Откуда погнали? И за что?

– Семеркет правил на Чёрной Земле. На протяжении тысячелетий. Был безраздельным царём. Но потом потерпел крах. И был изгнан.

– Кто его сокрушил?

– Все, кому было не лень.

– Подробнее!

– Зачем тебе это знать? Это было так давно, что теперь не имеет значения.

– Всё имеет значение! Отвечай на вопросы.

– Сначала это были мы – «народы моря». Это была первая наша война с Семеркетом.

– Ты бился на стороне Кощея?

– Я никогда не уважал Костяного. Он всего лишь прихвостень Великого Дана, которому я и служил почти всю свою вампирскую жизнь.

– А это ещё кто такой?

– Самый Первый. Тот, кто подарил этому миру вампиризм. Древний настолько, что даже Пирамиды втрое моложе него. Ты же слышал о Драккаре Смерти?

Камил вдруг вспомнил недавний рассказ Корнелия.

– Слышал, но без особых подробностей. Что за Драккар?

– Это не просто Драккар – это бесконечная война для истинных воинов, что живут кровью и битвой. Судно, на котором лучшие воины мира, возглавляемые Великим Даном, искали достойных соперников и бились на смерть… Ну и немного грабили и сжигали – как же без этого.

– И что Дан не поделил с Семеркетом? Он спорили, кто Первый?

– Нет. На севере стало голодно. Вампиров стало слишком много. Мы двинулись на юг. Тогда мы не знали о Семеркете и его непобедимом царстве. Но мы пришли к нему – в поисках добычи, по пути сокрушив весь мир.

– Весь мир, кроме его царства?

– Семеркет был достойным врагом. Пожалуй, непобедимым. Я дрался с ним. Он не просто воин. Не зря его считали Богом Войны… Мы сокрушили Микены, хеттов и ассирийцев. Но Чёрная Земля оказалась нам не по зубам. Хоть мы серьёзно ослабили его государство, но сам Семеркет бился в гуще сражений и убивал тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч – своими собственными руками.

– А почему он утерял власть, если он был таким непревзойдённым?

– Думаю, мы и были причиной его краха. Его царство больше никогда не вернуло себе былую силу. Один в поле не воин – даже если это Бог Войны. Но окончательно его сокрушили восставшие из пепла ассирийцы, подчинили себе персы, а затем его разгромил Одарённый некромант по имени Александр Македонский. Думаю, о нём-то ты слышал?

– Невероятно. И этот вампирский царь, один из Первых, помогал моему прадеду Ведагору? Зачем?

– Я не знаю. Понятно только, что он научил Ведагора всему, что знал. Они были друзьями.

– Это странно.

– Семеркет, один из древнейших, водился с жалким смертным. Это было на него непохоже. Думаю, это была месть Семеркета вампирам, которые его отвергли. Он слишком высоко задрал нос и так не смирился с потерей величия. Тысячи лет пробыть царём, а потом стать никем – с таким смириться нельзя.

– И куда Семеркет подевался? Его убили?

– Нет. Он непобедим. Он просто исчез. После смерти Ведагора его никто не видел, если не считать охотников на вампиров и Судей, которые не выходили из битв ни целыми, ни живыми. Слыхал народные сказки о великом воине-получеловеке – Громе? Никаких полулюдей никогда не существовало. Зато был Семеркет – воин с огромным несуразным мечом, сражавшим целые армии врагов, проникающий во дворцы и убивающий монархов. Вот откуда пошли эти сказки.

Камил вспомнил и эти истории – когда-то он читал их, ещё обучаясь в Башнях Знания. Он восхищался сказками про Грома, несгибаемого воина-одиночку. В детстве Камил хотел стать таким же, как этот воин и, получается, равнялся на верного друга своего пращура. На вампира, древнего Царя, великого воина, Бога Войны – Семеркета.

Камил хотел бы отыскать этого древнейшего вампира. Во-первых, из любопытства. Во-вторых – родовая библиотека сгорела, и многие знания были утрачены, а Семеркет, обучивший его прадеда, мог, вероятно, многому научить и его.

Куда же пропал древний фараон? Мир был огромен. Отыскать Семеркета, привыкшего прятаться и убегать от враждебных людей и от враждебных вампиров, казалось задачей невозможной. Но, рассуждал Миробоич, когда он построит вампирское баронство и они с Корнелием устроят Царство так, чтобы вампиры и люди жили бок о бок, не угнетая друг друга… то Семеркет с удовольствием к ним присягнёт сам по себе. К Миробоичу, потомку стародавнего друга… иначе и быть не может.

Не меньше Камила волновало и недавнее видение. Он видел всё глазами Владыки Аджиба, пытавшегося объединить своё разрозненное царство, построенное неким великим Хор-Нармером. Камил ведь и сам находился в совершенно похожей ситуации – проглядывались очевидные сходства.

Но воспоминания о Семеркете, которые всплывали у Аджиба, не говорили о том, что тот был вампиром – Семеркет на тот момент не был даже и царём. Насколько древние времена увидел Камил?

Ночной Кошмар не знал ни о Хор-Нармере, ни о Владыке Аджибе.

Что, если снова сесть и практиковать сосредоточение? Увидит ли Камил снова что-то из далёкого прошлого?

На это не хватало смелости. Как-нибудь потом, рассудил Камил…

Во снах скоро явился Вальдемар. Он привёл с собой Жанну. Та настойчиво требовала встречи с Миробоичем.

Камилу сразу захотелось сбежать – больших усилий стоило устоять на месте и выслушать весь бред, которым его поливала разъярённая баронесса.

– Да как ты посмел?! Обрюхатил меня и сбежал?! Что я скажу людям?! Какая молва пойдёт?! От кого сын или дочь?! Все подумают, что я – какая-то шлюха?! Ах ты, грязный урод!!

И будь во снах удары настоящими – она бы, кажется, налетела на Миробоича.

– Гад! А я тебе верила! Я тебе доверяла! Я тебя обнимала и любила, ласкала тебя ночами и прижимала к сердцу! Как ты мог так со мной поступить?! Как ты мог так меня бросить?! Ты – трепло!!!

И Камил молчал, он всё выслушивал. И Жанна с упрёков и возмущений перешла на мольбы.

– Ты же знаешь, что я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ?! – металась она в панике. Давила на жалость. Её душа дрожала, трепыхалась, словно мотылёк, попавший в ловушку. – Я без тебя жить не могу. Ты – отец моего ребёнка, Камил. Ты единственный, которого я смогла полюбить. Такого же как ты я никогда не найду… Ну почему ты ушёл от меня?! Неужели всё из-за того проклятого сна?! – Жанна упала на колени. Она ползала перед ним. – Ну прости меня! Прости, пожалуйста!.. Что ты хочешь, чтобы я сделала?...

Жанна громко разрыдалась.

– Ты сам виноват! Где ты пропадал всё это время?! Все эти месяцы?! Война! А мне ведь тоже нужны ласки, а мертвецы – они же не считаются, они ведь мёртвые и бездушные!... Да ты и сам не в церковь всё это время ходил!!! Думал, я не узнаю про твоих служанок, а? Про твоих грязных забеременевших шлюх?! Ха-ха-ха! Мужчины! Горазды осуждать, а сами-то!!! Совсем не той головой думают!!!

Камилу было тяжело всё это слушать. Да и что можно было сказать в своё оправдание? Он не представлял. Да и разве могут какие-то слова переубедить женщину, охваченную чувством?

– Ну пожалуйста… – взмолилась Жанна в конце концов. Она утихла и теперь негромко плакала. – Ну пожалуйста… вернись ко мне… я жить без тебя не могу, Камил…я так тебя люблю. Ты даже не представляешь… ты – единственная моя радость… я согласна на что угодно… на любое условие. Лишь бы ты остался рядом со мной…

И только тогда Камил подошёл к ней, ласково её приобнял и прижал к себе.

– Я всегда буду хранить тебя в своём сердце, Жанна. Любить по-своему. Ты часть моей семьи. Я буду заботиться о тебе, слать подарки и воспитывать нашего ребёнка. Прости меня. Мне пришлось сделать этот тяжёлый выбор – всё это меня вынудили сделать обстоятельства. Ведь свадьба с Балтунгами позволит заключить Царству важный союз. Иначе все мы погибнем в войне с Империей. И ты. И я. И наши дети…

– Ну и пошёл ты к чёрту, сраный ублюдок!!! – взорвалась Жанна и отпрянула в сторону. Если бы пощёчины имели силу в мире снов, то Камилу бы непоздоровилось. – Проваливай! Я тебя ненавижу! Чтоб ты сдох! Чтоб тебя убили, чтоб отрубили голову и скинули в огненную пропасть! Я даже не расстроюсь! Видеть тебя не хочу!!!.. – крикнула она это и убежала. Вальдемар пожал плечами – он всё это слышал и искренне сочувствовал обоим – а затем последовал за ней, чтобы отчаявшаяся баронесса не забрела в дебри Зазеркалья...

Камил выдвинулся из Перевала к Порту вместе со всей своей Дружиной Смерти в полном составе, прихватив с собой ведьму Алину, которая попыталась отбрыкаться от поездки за Пенелопой. Ведьма считала, что Камил и сам со всем прекрасно справится, а у неё в Перевале тем временем имелось немало дел – она лечила тяжело больных, быстро сделавшись одним из лучших лекарей в столице. Спасать людей – вот было её самое важное дело, а не разъезжать всюду с Царём.

Но Миробоич настоял на её поездке – в пути ему было бы скучно без собеседника, а Ночной Кошмар говорливостью не отличался.

Попытки приударить за ведьмой он оставил. Он слишком привык всё время держать её с собой поблизости; и хоть между ними образовалась некоторая пропасть, он всё равно питал надежды. Сможет ли он пытаться за ней ухаживать после Свадьбы, когда его свяжут обязательства перед Пенелопой? Сможет ли он вообще без риска для себя всё так же продолжать трахать красивых служанок, не вредя этим своей репутации в глазах Балтунгов?

В Порт они прибыли рано.

Цветан Дальнич устроил праздник в честь прибытия господина – раб слёз соскучился по Миробоичу и радовался визиту, как верный пёсик, осыпая лестью и восхвалениями.

Драган Лисич, присматривавший за Портом, низко поклонился царю и доложил обо всём свершённом в его отсутствии. Все бароны скоро отбудут на Свадьбу, что может ослабить границы, но праздник требовал присутствия знати в столице.

Цветан поведал, как он наказал своего сынка-Младана, как его поколотил и высек собственными руками, как тот молил о пощаде и раскаивался в предательстве. Однако слёзы сына не возымели на Цветана никакого воздействия, и тот продолжал держать отпрыска в темнице среди преступников, не давая ему свободы.

– Кто же унаследует Лесную Даль? – интересовался Цветан. – Как можно будет доверяться Младану? Моему сыну-предателю?! Стыд мне и позор…

– Не беспокойся, – отмахнулся Камил. – Выводи Младана из темниц, пусть он учится всему, чему должен научиться в молодости. После твоей смерти он станет пить «слёзы радости» и станет любить и уважать меня так же крепко, как и ты.

Цветан поклонился после этих слов, поблагодарил государя за милосердие. Он выпустил отрока из темниц, но приставил к тому стражников, чтобы за ним наблюдали и никуда не позволили сбежать.

Двумя днями позднее в гавань зашёл корабль, маскировавшийся у берегов Королевства под купеческий – зашёл и поднял флаг с гербом Балтунгов.

Дозорные раструбили весть о прибытии важных гостей, а Камил построил на берегу Дружину Смерти – тщательно отмытую, приодетую и отполированную до блеска, должно быть, впервые за всё время её существования.

Однако мертвецы всё равно внушали ужас своим видом и произвели на жену и дочку Ранескарда ошарашивающее впечатление – у леди едва не подкосились ноги, когда они вышли на берег и увидели тех, кто их встречает. Камил пожалел, что решил встретить гостей подобным образом, у него и из головы вылетело, что нарядные покойники тоже кого-то могут напугать.

– Ну же… не позорьтесь, чёрт возьми, – тихо шипел на дамочек герцог.

И Миробоич стоял среди сверкающих Железяк, с семейками Дальнича и Лисича – наряженный в шелка и золото.

Будущих союзников повстречали с почестями.

Камил поцеловал руку Пенелопы, и девица залилась румянцем – она была ещё красивее, чем тогда в саду. Пенелопа пролепетала что-то неуверенно дрожащим голоском, представилась, и Камил сделал ей комплимент. Он познакомился и с её матерью и братьями, а потом Камил подошёл к Ранескарду и вручил ему кольцо.

– Примите этот подарок. От всего сердца. Надеюсь, он придётся вам по душе.

– Что это? Обычное кольцо… я польщён, благодарю вас…

– Это не обычное кольцо. Это две сотни мёртвых кондотьеров Королевства. Которые теперь принадлежат вам, и которые теперь будут стоять на страже вашей семьи. Наденьте его на палец – и побеждённые кондотьеры будут подчиняться только вам!

Герцог потерял дар речи, когда покойники, выстроенные в ровные линии, пришли в движение по его приказу. Две сотни арбалетчиков, тяжёлых пехотинцев и пикинёров теперь принадлежали ему. Он теперь сам имел собственную Дружину Смерти, сам уподобился некроманту, получил часть его непобедимого войска…

Ранескард смеялся, когда наловчился управлять мертвецами, когда увидел, сколь безупречно они исполняли его приказы – не в пример никакому самому дисциплинированному отряду.

– Чёрт возьми! – радовался герцог, расхаживая вокруг мёртвых кондотьеров. – Это же прекрасно! Какие статные молодцы! И все подчиняются мне!? Глазам не верю! Да я же теперь сам – некромант!

– Только ни в коем случае не снимайте кольцо, – предупредил Камил. – Иначе они станут сами по себе, и будут убивать всех подряд. В том числе и вас. Будьте осторожнее, ради Бога!

– Эх, Миробоич, – герцог совершенно преобразился. Он теперь не был похож на напыщенного и гордого монарха, глядящего на всех свысока. – Это, несомненно, один из лучших подарков! – Балтунг крепко обнял Камила, хлопнул по спине, затем отстранился, всё так же сияя улыбкой. – Я такие вещи не забываю.

– Я радуюсь вашей радости, – ответил Камил. – А теперь извольте во дворец. Должно быть, вы устали в пути. Служанки приготовили уютные постели, истопили баню и приготовили великолепный ужин.

Знакомство с семьёй Белтунгов прошло гладко. Первый испуг был преодолён подарком. Ведь и Ранескард теперь владел мертвецами. Глава семейства сам уподобился царю-некроманту, а поэтому покойники тотчас же стали казаться остальным менее враждебными и страшными.

За столом, надрывающимся от яств, молчала только скромная Пенелопа – она совершенно не умела кокетничать, и даже светские беседы поддерживала с трудом, настолько бедняжка переволновалась. В конце концов, её мужем будет вот этот юноша, которого все боятся. Которому подчиняются мертвецы и который окутан такими ужаснейшими слухами, что у Пенелопы едва не останавливалось сердце. Она боялась.

Камил, в попытках смягчить это мнение, старался вести себя весело и обходительно; он проявлял к Пенелопе внимание и ухаживал за ней, будто за маленькой трусливой птичкой, которую боялся спугнуть случайным резким движением.

На праздник приехали ещё два брата – один был старше Пенелопы, а другой – младше; матушка Ранескарда и младший брат герцога, занимавший пост воеводы. В Араксе остался править самый старший сын Ранескарда – его главный наследник, тогда как остальная семья отправилась в это далёкое путешествие. Ранескард был уверен, что парень отлично справится, он ему доверял.

Балтунги показались Миробоичу семьёй серьёзной и сплочённой. Они держались вместе, не упрекали друг друга, поддерживали друг друга во всём, и Камил поймал себя на мысли, что искренне им завидует – вот как бывает у людей.

Пенелопа подметила эту мрачную задумчивость в его лице. Она, пока остальные были увлечены шумными беседами, осторожно поинтересовалась у Камила, всё ли в порядке – это были первые слова, какие из неё не пришлось вытягивать. Кажется, Пенелопа немного пригубила вина и чуть осмелела, возможно и пила она впервые в жизни.

Камил едва удержался, чтобы не солгать, будто всё у него в порядке. Он почему-то решил говорить правду – чтобы не показаться человеком скрытным, неискренним, а значит и опасным. Он решил выставить свою уязвимость и слабину перед нею напоказ, чтобы она увидела в нём не злодея-демона, а обычного человека, тоже имеющего слабости и душевные терзания.

– Мне нравится ваша семья, Пенелопа, – вздохнул он. – Вы все такие дружные и сплочённые. Это навеяло воспоминания о моих добрых родителях. О моей семье, которую я так рано потерял в далёком детстве…

– А что случилось с вашей семьёй?

– Восстание. Жестокие бандиты захватили нашу крепость. Мне, маленькому мальчику, удалось сбежать, а вот остальных…

– Мне так жаль! – ахнула Пенелопа. Она, кажется, пожалела, что спросила и теперь совершенно растерялась – она не знала, что сказать.

– И я рад знакомству со всеми вами, – грустно улыбался Камил. – Я рад, что вскоре мы сделаемся – одной семьёй. Сплочённой, дружной и тёплой. Именно об этом я мечтал всю свою жизнь, которая, к сожалению, была больше наполнена борьбой с коварными врагами, чем вот такими прекрасными, как сейчас, моментами. Я влюбился в вас, Пенелопа. С первого взгляда. Хотите – верьте, хотите – нет. Как в сказках. Не думал, что такое бывает. Оказывается, любовь с первого взгляда существует, – тут Камил, конечно, слукавил. Но слова эти вогнали Пенелопу в краску и заставили её сердечко биться чаще. Она не нашлась, что ответить и до самого конца ужина промолчала, пряча взгляд и пытаясь урвать ещё бокал вина – служанкам было запрещено подливать ещё.

В самом конце ужина, когда их снова никто не мог слышать, Пенелопа, пряча взгляд, пролепетала:

– Вы мне тоже нравитесь… – и засеменила прочь.

Все эти неловкости и робкая стеснительность произвели и на Камила любопытное впечатление – у него тоже забилось сердце. Пенелопа разительно отличалась от всех женщин, что были на пути Миробоича – от шлюх, оторв и хабалок, или просто от сумасшедших, как Жанна. Признание Пенелопы его воодушевило – значит, она не так уж сильно его опасается, и первый барьер между ними был преодолён во время первого же ужина – Камилу очень не хотелось бы, чтобы жена его боялась. Он и вправду хотел тихую и счастливую семью. Кто знает, может с такой милочкой, как Пенелопа, удастся её построить?

Вечером, на закате, подвыпивший Ранескард практиковался со своими мертвецами и заставлял их сражаться между собой, чтобы проверить, на что они способны. Камил составил ему компанию:

– Мне хотелось бы сперва поделиться с вами несколькими советами по поводу наилучшего применения покойников. Ведь мертвецы – это совсем не то же самое, что и люди, а поэтому они способны на неочевидные для привычного образа мысли вещи... на невероятные вещи!

– Рассказывайте! Я внемлю каждому вашему слову!

Камил поведал о методике незаметного подкопа под вражеские крепости, рассказал о способах молниеносного и единомоментного отступления в разгаре битвы; о ручном подъёме решёток на крепостных вратах, а так же рассказал о пределах сил и живучести покойников и об их натиске на неподготовленного морально врага, который может обратиться в бегство только потому, что увидел проломленные черепа, порубленные лица и вытекшие глаза.

– Невероятно! – радовался герцог. – Думаю, Аракс теперь в безопасности. Вот королевские ублюдки удивятся, когда увидят трупы в их любимых зелёных сюрко!

– Это послужит им хорошим уроком.

– Да, с нами двумя лучше не связываться! В конце концов, ты, Миробоич, если потерпишь поражение, можешь искать убежище в моём Южном Герцогстве! Не стесняйся отступать, если дела будут совсем уж плохи! Империя почти непобедима, а твои мертвецы нам не просто пригодятся, но и позволят расширить владения и отбить охоту воевать с нами! Если на стенах Канала поставить покойников, то никто в жизни не прорвётся в реку Анатис! У нас будет тогда непобедимая оборонительная армия!

– Сомневаюсь, что я отступлю настолько далеко. Мы победим всех врагов, что встанут на нашем пути. Будьте в этом уверены.

– Не сомневаюсь! – Ранескард посерьёзнел. – Только берегите мою дочь. Не отдайте её в лапы врагов. Моя семья этого не перенесёт. Защищайте её, как самого себя.

– Её никто не тронет, – пообещал Мирбоич.

– Ну? – спросил Ранескард. – Как вам Пенни? Я видел, как вы разговаривали!

– Думаю, из вашей дочери получится идеальная жена.

– Вот видите! А вы ещё и отпирались!

Наутро кареты Дружины Смерти ринулись на запад – к Серебряному Перевалу. Бароны, бояре, князья и герцоги – вся знать собиралась на величайшую Свадьбу, на величайший праздник.

В пути Камил томился – Пенелопа ехала в отдельной карете со своей семьёй и почти не попадалась ему на глаза. Впрочем, они ещё увидятся. У них вся жизнь впереди.

– Эге-гей! – свистел извозчик Евдоким встречным караванщикам. – Брысь с дороги, черти! Едет Великий Царь Камил Миробоич и герцогский род Ранескарда Балтунга! Кланяйтесь или убегайте! Бойтесь и дрожите от страха! Грядёт Свадьба, какой ещё не видел свет!

*

А спонсорам сегодняшней главы выражаю благодарность!

Алёна Алексеевна 333р "Нужна больше глафф"

Константин Викторович 300р "темнейшему"

Мой паблик ВК: https://vk.com/emir_radriges

Мой телеграм-канал: https://t.me/emir_radrigez

Темнейший на АТ: https://author.today/work/442378