Снежные искры
Я люблю, когда снежные искры искрятся на солнце.
Я люблю капли каплей, что, подпрыгнув, летят на асфальт
Под небесным созвездьем, что как вор этой ночью скользнуло в оконную раму.
У подножья базальтовых скал, через дюны, засыпавших лунные горы,
Электрички колёсами крутят удары часов.
Каждый день размечают двадцать долгих минут,
Бой часов и удар кулачков о кабину этажного лифта.
Я касаюсь твоей ускользающей тени, я стою у начала мгновенья.
Только что ты не знала, что с тобою случиться,
Только что ты старалась меня разгадать.
Ткань парчи и стук каблучков.
Нет ни звука, когда лунная пыль засыпает следы,
Когда после дождя, снежных хлопьев ударит мороз,
Когда птицы летят над озёрами, не смея упасть.
Когда я подарю поцелуй твоей кожей.
Я касаюсь незримых волос и вдыхаю твои ожиданья.
Я люблю, когда птицы безгласые по утрам облетают озера,
Когда солнце стремиться уйти, чтобы завтра вернуться,
Когда тени крадутся, чтобы в ночь превратиться,
Когда солнце, не смея подняться, вдруг ударит в глаза брызгом огненной лавы.
Я неспешно считаю следы поцелуев,
Я неспешно вдыхаю звуки ускользающей тени,
Я незрим, засыпая, не мечтаешь о встречи со мной.
Двадцать, двадцать минут отделяют от нас расставанья,
Двадцать, двадцать минут не хватает до встречи.
Холод стекол и блеск зеркальной стены,
Я неспешно стираю следы поцелуев,
Двадцать, двадцать долгих минут для меня лишь мгновенье.

Масло масляное?
Я люблю масло масла желток на моём бутерброде,
Хоть на нём нет икры, но умаслю себя я вполне,
С ним сижу за столом, размышляя опять о погоде,
Уже двадцать минут изучая пятно на окне.
Если б знал бутерброд то, что с ним вот такое случится,
Если б думало масло, что станется с ним через миг,
Подстелил бы соломку, наверное, как говорится...
Но разжал свои пальцы - вместо завтрака кушаю фиг,
Фигу с маслом жую, но она то меня не насытит,
Фига с маслом витает по кухне, кружится незримо,
Мне так грустно теперь, что с утра уже хочется выпить...
Маслом вниз на полу бутерброд мой лежит, мой любимый.