Случайно выжившие девочки2
Знакомая, а точнее, мама одной моей ученицы рассказывала... А ещё точнее - жаловалась на своё дитя. Чрезвычайно милое создание 11 лет, подпадающая под определение "правильная девочка": учится на 4 и 5, посещает кружки, с маргиналами не дружит... Но есть у неё одно "нездоровое увлечение": при всяком удобном случае она с такими же "правильными детьми" увлечённо лазает по заброшке - расселённой двухподъездной деревянной двухэтажке. Прыгают по крыше, сягают из окон (очень хочется верить, что только с первого этажа) и т.д. Ввиду ветхости всё там держится "на соплях". Экскаватор, бульдозер и грузовик решили бы проблему за несколько часов, но местные власти всё никак не изыщут средства в бюджете. Всякий раз мама моей ученицы, рассказывая, как она в очередной раз изловила свою дочу на заброшке и выписала ей пиздюлин, заканчивала сие восклицанием: "Да что ей не хватает? Я в её годы такой фигнёй не маялась!!!" Но однажды как-то сделала паузу и выдала:
- А, ну да, как же, как же...
И рассказала историю из своего советского детства.
Она тоже была хорошей девочкой: училась на 4 и 5, посещала кружки, получала грамоты и т.д. Но на пустыре из бетонной плиты торчала арматурина и это было её любимой игрушкой. Её и её лучшей подруги и одноклассницы. Этот штырь по длине превышал рост ребёнка и торчал, по её прикидкам, где-то под углом 45'.
После уроков, перед тем как пойти домой, они направлялись к этой конструкции и развлекались. Развлечение состояло в том, чтобы залезть на арматурину и раскачиваться. Лучше, когда подружка держит за руку, но особым шиком считалось качаться без поддержки, сохраняя равновесие. Обе девчонки быстро поняли: при попытке слезть с железяки она, пружиня, очень больно бьёт по ногам, а может и вообще сбить с ног. Тут или надо умело спрыгивать, или осторожно продвигаться к основанию железяки и уж только потом слезать. И, принимая во внимание сволочной нрав железяки, обе девицы подозревали, что если попытаться покачаться, стоя на конце арматурины (или около конца), то последствия могут быть не слишком оптимистичными. Поэтому качались они всегда на середине, хотя понимали, что катание на второй половине железяки сулит более захватывающие ощущения. Но чувство самосохранения ещё никто не отменял.
Поскольку железяку (они называли её "качелей") они открыли для себя осенью (во 2м классе), то к весне достигли настоящей виртуозности в качании. Могли качаться без поддержки и спрыгивать с неё лихо, избегая ударов по ногам.
И вот как-то чудесным весенним днём, после школы, качаются они на "качеле". Домой идти не очень-то тянет по вполне обыденной причине: обе в тот день отхватили двойки по поведению (ничего экстремального - кидались бумажками на уроке, чем вывели из себя классную). Помимо качания идут рассуждения: имеет ли смысл выдирать страницу из дневника или обойтись просто склеиванием листов. Также говорили, что есть какой-то заграничный ластик, который стирает красную пасту без следа и т.д. Как вдруг слышат за спиной:
- Эй, слазь, дай мне покататься!
Оборачиваются - стоит их одноклассница Лиза. Мама - чиновница в горсовете, папа завязан в торговле. Вследствие этого Лиза упакована импортными ништяками - один пластиковый пенал с картинками чего стоит. Учителя, видимо, в попытке лизнуть жопы папы и мамы через ребёнка, постоянно натягивают Лизе оценки и думают, что остальные дети ничего не понимают. Сама Лиза живёт в состоянии "мне все должны". Но Маше и Тане пофиг на Лизин авторитет, посему ей рекомендуют "отвали, это наша качеля". Лиза в ответ выдает, что если они её не пустят покачаться, она пойдёт к их родителям и расскажет, что они схватили двойбаны по поведению (и да - прозвучала культовая фраза из советского детства: "Всё-о-о маме рассказано!..") На такой аргумент трудно ответить отказом и поэтому Маша и Таня уступают место Лизе на "качеле", попутно (как истинные леди) ознакамливая её с техникой безопасности - ну в смысле, качаться на середине железяки, слезать осторожно и пр. Лиза, сказав, что сама разберётся, лезет на "качелю", не дослушав рекомендации. И уверенно продвигается в концу арматурины. Арматурина лихо раскачивается, Лизе каким-то чудом удаётся сохранять равновесие.
Здесь Маша и Таня предупреждают Лизу, что кататься на конце железяки опасно и получают от неё ответ типа "Без сопливых солнце светит". Здесь подруги проводят немой диалог взглядами, что-то вроде: "Ща ёбнет - Угу", и делают два-три шага назад, дабы выйти из зоны возможного поражения железяки. Но продолжают смотреть, надеясь, что "качеля" отпружинит так, что Лизхен улетит в голубую даль, и тогда точно будет что рассказать друзьям и знакомым. Но тут Лиза то ли теряет равновесие, то ли имела место попытка неудачно спрыгнуть, и она падает на землю, а арматурина, выпрямляясь, со всей дури бьёт её по лицу.
Здесь Маша и Таня разом зажмурились, а открыв глаза через пару секунд (которые длились вечность), пожалели об этом. На месте лица у Лизы красное месиво. Первое желание - свалить и забыть. Лиза, почувствовав боль, начинает голосить и впадает в истерику. До сих пор не понятно, почему они не свалили. При ближайшем рассмотрении оказалось, что арматурина концом прошлась по лицу Лизы, распорола правую щёку и вырвала шмат кожи. Зрелище отвратительное и ужасное, кто-то из девчонок даже блеванул, но нос, зубы и оба глаза на месте (хотя правый сильно залит кровью). Ну что, берём шарфик, прикладываем к лицу и за руки уводим Лизу с места происшествия. Попутно говоря : "Мы же предупреждали!" Лиза в ответ орёт, что они все дуры и требует вести её домой, ибо "мамка увидит - прибьёт". Маша с Таней, пытаются донести до Лизы что тут пластырь и зелёнка точно не помогут и решают вести её в больницу. Но тут Таня выдаёт, что в больницу без взрослых не пускают (детская логика) и упирающуюся Лизу волокут к её маме на работу. Там её сдают на руки совершенно охуевшей вахтёрше и уже после этого с чистой совестью включают съебатор - домой, застирывать шарфик и куртки, пока родаки не увидели.
Но вечером, появляются родители Лизы с предъявами. Как оказалось, та же детская логика не предусмотрела - что Лиза скажет, когда её спросят о происхождении дыры в лице? То, что Лиза будет врать - это вполне понятно, Маша и Таня в такой ситуёвине тоже бы начали вешать лапшу на уши. Но вот со слов Лизы выходило, что шла она со школы, никого не трогала, как вдруг на неё напали Маша и Таня и начали бить её палками по лицу.
В воздухе запахло пиздюлями...
Маша и Таня, отвели взрослых на пустырь, продемонстрировали "качелю", показали как на ней "правильно" кататься, рассказали, как на ней "неправильно" каталась Лиза (показывать не стали) и чем всё это закончилось. Да и нелогично как-то - сначала палками отхерачили, а потом к маме отвели... (В те времена горсовет в глазах советских детей представлялся каким-то пантеоном для небожителей, куда и заходить-то страшно - по крайней мере, у нас в городе; страшнее только милиция и зубной кабинет)
В общем, родители Лизы оказались адекватными людьми: поверили, поблагодарили за то, что не бросили её, подарили шоколадки, на том и разошлись. Неизвестно, получила ли Лиза втык за приключение, она долго пролежала в больнице, а выписавшись, вполне ожидаемо осталась на второй год. Видели её нечасто, через правую часть лица - от подбородка, через щёку и к виску - пролегал нехилый такой шрам. Не общались. Как сложилась её судьба - неизвестно.
Но Маша и Таня пиздюлей отхватили в тот день по полной. Во-первых за двойки - ибо нечего кидаться бумажками и классную из себя выводить (в ходе разбирательств рассказали, чем шантажировала их Лиза, чтобы попасть на "качелю"). Во-вторых, родители "качелю" не одобрили. Маша - что тогда, что тридцать с лишком лет спустя - поражалась тупости взрослых. Ведь они с Таней, в отличие от Лизы, соблюдали технику безопасности. В общем, взяли с них обещание завязать с "качелей". На другой день подружки всё-таки пошли покачаться после школы (поскольку давали обещание родителям скрестив пальчики) и... обнаружили пустое место. Оказывается, папа Лизы вечером того же дня пошёл на пустырь и спилил к чертям собачьим эту "качелю".
Посмотрели Маша и Таня на то, что осталось от "качели", вздохнули, развернулись на 180' и отправились на другой конец города - карбид осваивать.
