Системный сбой. Том 1⁠⁠

Глава 11

Я пришёл в себя достаточно быстро — прошло, может, от силы полчаса, когда я открыл глаза.

Мои раны были грубо и неуклюже перевязаны, от них пахло антисептиком и чем‑то травяным. Софа постаралась — видно, что руки не очень опытные, но от души. Подорожник, что ли, нашла? В этом новом мире даже трава иногда работает не так, как должна.

— Ты очнулся! Дедушка, он пришёл в себя! — голос Софы раздался где‑то рядом.

Я нашёл её взглядом. Девушка сидела на корточках в метре от меня, глаза красные, но уже сухие. Старик стоял рядом, держась за раненое плечо. Перевязка на нём была похуже моей — видно, что делала внучка в спешке и с трясущимися руками.

— Никогда не видел, чтобы дрались так яростно, парень. Было глупо, но и смело тоже. Спасибо, что защищал мою девочку.

В его глазах плескалась благодарность вперемешку с горечью. Голос был тихим, почти что как шёпот:

— Кто бы знал, что могло случиться, не будь тебя рядом...

Я осторожно привстал на локтях. Тело ныло от ран, каждая попытка вдохнуть отзывалась острой болью, мысли путались, будто вязли в густой патоке. Но вдруг заметил: боль словно притупилась, утратила прежнюю остроту. Теперь она ощущалась иначе — терпимее, почти привычно.

Стараясь игнорировать боль, сел и осторожно ощупал рёбра. Под пальцами ощутились неровности, припухлость, однако кости словно начинали заживать быстрее обычного. Такое возможно лишь при наличии способности к быстрой регенерации, которой лично у меня никогда не наблюдалось. Скорей всего, это какие-то лекарства из запасов девушки.

Разлепив пересохшие губы, выдавил хрипло:

— Либо они, либо мы. Одним проще забрать силой, другим заработать честным трудом.

Попробовал встать. Удалось это только с помощью девушки — она подхватила меня под здоровое плечо, и я на секунду прижался к ней, чувствуя, как дрожит её рука.

— Давайте соберём камни и уберёмся отсюда.

— А что с кристаллами? — Софа смотрела на меня со смесью сложных чувств. В этом взгляде было всё: страх, благодарность, непонимание и зарождающееся доверие.

Я посмотрел ей в лицо и повернул голову в сторону пещеры:

— А что кристаллы? В таком состоянии мы сами как мертвяки. — Я усмехнулся и добавил тише: — Если сунемся туда сейчас, кристаллы достанутся тем, кто нас найдёт через пару дней. Если вообще найдут.

Я подошёл к первому мёртвому человеку и поднял первый камень. Неплохо, этот хранил в себе чуть больше двух тысяч. Я молча собирал камни с этой шайки грабителей, переходя от тела к телу. Девушка тем временем забрала свою винтовку у того, с засаленными волосами — тот так и лежал, нелепо раскинув руки.

Куш опыта вышел неплохим. В статусе значилось: Опыт: 7 114.

А ещё — значок дебаффа Слабость теперь был потрескавшимся, и из трещин струился лёгкий золотистый свет. Неужели…

Разбираться, какой именно недостаток изменился, в раненом состоянии мне было лень да и не хотелось вовсе, потому увидел только сейчас. Я с облегчением выдохнул и вложил в него тысячу единиц опыта.

Как и в прошлые разы, свет стал сильнее и разрушил изнутри значок моего недостатка. Значок лопнул, рассыпался золотой пыльцой, и на его месте появился серый и невзрачный новый навык.

Я жадно вчитался в описание:

Навык: Закалка (ранг G)
«Это мощнейший коктейль из нечеловеческой мощи, железной выдержки и невероятной стойкости перед лицом суровых испытаний. Твой организм превращается в настоящую машину, способную выжать каждую каплю своего потенциала».

Наконец-то! Хоть один физический недостаток позади!

Я взглянул на статус: здоровье и энергия теперь по 150 максимальных единиц, вместо жалких 50, как было раньше. Я ощутил, как мышцы и кости налились силой, как боль из ран стала утихать. Дышать стало легче — сломанные ребра больше не давили на лёгкие с прежней силой.

Я посмотрел на себя. От меня всё ещё сильно пахло после всех приключений: грязь, кровь, засохший пот щекотали нос. Но внутри что-то изменилось. Мышцы не увеличились — они стали плотнее, тяжелее, выносливее. Словно старая сталь после перековки.

— Выглядишь так, будто тебе полегчало, — подошёл ко мне старик и положил руку на моё плечо.

Я кивнул. Полегчало — мягко сказано. Я ощущал себя так, словно сбросил тяжёлый мешок песка, который носил неизвестно сколько времени.

— Покажи дорогу, идём в твоё поселение. Наконец увижу, как там поживает Артёмка.

Я посмотрел на него, ещё раз глянул в сторону пещеры. Зёв чернел на фоне заходящих солнц, оттуда тянуло сыростью и смертью. Ничего мы здесь не сделаем. Придётся уходить.

Я молча кивнул и направился в сторону ДК Лаврова.

Радовало лишь одно: шёл, не выдыхаясь, несмотря на боль во всём теле от ранений. Ноги двигались ровно, дыхание оставалось спокойным, хотя подъём оказался серьёзным. Интересно, что будет дальше, когда я избавлюсь от остальных недостатков? Если Закалка уже даёт такой эффект, то какие возможности откроют другие изъяны?

Пройдя половину пути, мы заметили, как воздух впереди запульсировал, и в трёх метрах над дорогой возникла крылатая тварь из мерцающей радуги.

Зильфарийка игнорировала нас, увлечённо читая окно своего стрима. Её крылья переливались на солнце, волосы плавно струились, как будто на ветру. Очень красивая сука... и крайне опасная пока что.

Остановившись, я понял: её появление тут неспроста. Оглянувшись на Софу и Матвея, увидел испуг девушки, судорожно сжимавшей винтовку, словно не понимая, зачем она ей нужна сейчас. Старик встал перед девушкой, пытаясь защитить её. Бесполезное занятие — обычная пуля бессильна против зильфарийки, решившей атаковать.

— Ну-ка посмотрим… До окончания задания остаётся всего три часа с небольшим, — мелодично произнесла парящая красавица.

Её глаза засияли ярче, она несколько раз медленно моргнула длинными пушистыми ресницами.

— А ведь ты уже нарушил условия миссии, взяв двух помощников помимо себя.

Девушка отвлечённо глянула на новое сообщение из окна стрима. Должно быть, поступил очередной донат. Быстро прочитав послание, девушка заговорила на своём музыкальном языке, немного сморщив лоб.

— Пф, кому-то ты интересен, недомерок.

Я смотрел на неё, стараясь выглядеть слабее, чем был на самом деле. Раны на мне всё ещё кровоточили, но теперь это была просто картинка, а не реальная угроза жизни. Главное — не показать, что Закалка уже работает.

Я указал рукой на спутников и ответил:

— Хорошая попытка, стример. Но ты забываешь, что кристаллы плевать хотели, кто зачищает активность. Только я должен их вытаскивать. Охота не относится к заданию.

— Смеешь мне дерзить, мерзкий червяк? — повысила голос зильфарийка и подплыла ко мне чуть ближе. От неё пахло чем-то сладким, приторным, словно от перезревших фруктов. — Зрители, донатеры, вы видите этого наглеца? Что скажете? Записываем его в нарушители?

— Послушайте, зрители этого шоу, — я повысил голос, обращаясь прямо в невидимую камеру, — вы когда-нибудь слышали, чтобы за переноску рюкзака или помощь в охране наказывали? Они всего лишь страхуют меня на входе, пока я лезу в эту дыру и выполняю задание.

— Думаешь, твои отговорки тебе как-то помогут? — усмехнулась она. — Тут даже юристом даже быть необязательно, чтобы доказать нарушение.

Пока она произносила это, я мельком взглянул на девушку и старика. Дед выглядел удивлённо, а Софа — слегка виновато, будто это её вина, что я взял их с собой.

Я дождался, когда она закончит говорить, явно играя на публику своей аудитории. Затем усмехнулся и сказал:

— Выключи стрим на минутку, я кое-что скажу.

Видя её изумлённое лицо и зарождающуюся ярость, я указал пальцем на её открытое окно стрима. По какой-то причине она не сделала его невидимым, и я видел бегущие строки чата и уведомления донатов.

— Выключи. Ты сможешь показать запись, если захочешь. А мы поговорим без свидетелей и других стримеров, если кто-то ещё есть рядом.

Она замерла. В глазах мелькнуло что-то — то ли любопытство, то ли угроза. Потом медленно, с явной неохотой, нажала пару кнопок. Окно стрима погасло.

— Хм… хорошо, у тебя есть минута. — Она сложила руки на груди, отчего тонкая ткань её одежды натянулась, обрисовав фигуру. — Удиви меня, выродок. Если мне не понравится, ты умрёшь.

— Для начала: мы с тобой здесь одни? Ну, кроме моих грузчиков.

— Сейчас… выродок. Как же ты меня бесишь!

Она открыла уже невидимое для меня окно и что-то туда набрала. Через мгновение снова посмотрела на меня в ожидании.

Я ещё раз усмехнулся, оглядел спутников, подмигнул им и вернулся взглядом к крылатой суке.

— Ты появилась в том подвале не просто так, а потому что зрители заинтересовались мной. Первый уровень, системный инвалид… как он ещё жив? Тебе ведь часто такое пишут?

— На что ты намекаешь? Говори быстрее, время идёт.

Я улыбнулся шире. Ей любопытно. Я зацепил её.

— Такого контента ты давно не получала, верно? Наше поселение будет получать больше заданий и прочего, а ты сможешь чаще наблюдать за мной. Видеть мой прогресс, мои успехи.

— Ближе к сути. Пока что ты говоришь очевидные вещи. Я и сама могу стримить то, что ты делаешь.

— Но спонсоры могут захотеть, чтобы это делал кто-то другой. Ты хочешь потерять этот контент? А в качестве своей доли я прошу лишь малую часть.

Видя, как она нахмурилась и в её глазах зажглись искорки какой-то магии, я улыбнулся и добавил:

— Я буду получать мизерную долю с донатов, в которых зрители будут задавать мне вопросы или давать мелкие задания.

Она молчала, ожидая продолжения. Её рука, сжатая в кулак, чуть дрогнула.

— А ты получишь монополию. Ведь ты знаешь: выдающиеся игроки в будущем смогут выбирать стримеров. И если я окажусь в рейтинге повыше, ты потеряешь эту возможность.

Повисло молчание. Два солнца медленно опускались к закату, окрашивая небо в оранжево-розовый цвет. Где-то вдали завыли какие-то твари, но здесь, на этой поляне, время словно застыло.

— Ты слишком много знаешь для простого игрока. — Её голос стал тише, исчезла прежняя надменность. — Хитрый, мелкий ублюдок…

— Выбор за тобой, зильфарийка. Спасибо за уделённую минуту. А мы пойдём, пожалуй.

Я кивнул спутникам, и они на деревянных ногах двинулись следом. Софа шла, слегка покачиваясь, не отводя от меня взгляда. Дед сжал челюсти так сильно, что заходили желваки.

Я шёл, чувствуя на спине прожигающий взгляд сучки, в котором смешались алчность и любопытство. Она знала, что уже сейчас стримеры борются за право меня стримить. Этот плюшевый появился неспроста, а теперь кусочек контента отхватила и эта сучка.

Улыбка сама собой наползла на моё лицо. Увидел эту улыбку Матвей. В его глазах читался невысказанный вопрос и уважение.

— Чего лыбишься, пацан? — тихо спросил он, когда мы отошли достаточно далеко.

— Да так, дед. Рыбка клюнула. Главное теперь — не спугнуть.

Догнала меня Софа, заглянула в лицо:

— Дим, что это было? Почему ты с ней торговался?

— Потом, Соф. — Я положил руку ей на плечо. — Сейчас главное — дойти домой. Там расскажу. Обещаю.

Она кивнула, но глаза всё равно полнились вопросами, на которые не хватило бы и целой ночи.

Мы шли дальше, оставляя позади поле боя, трупы и крылатую тварь, которая теперь, возможно, станет моей невольной союзницей.

Мы двигались молча, тишину нарушал лишь ветер, шелест листвы да повисшие в воздухе вопросы.

Поселение преобразилось. Теперь передо мной были прочные стены — видно, начали ставить первые системные укрепления, а не самоделку из подручных материалов. Над воротами высились две сторожевые башни, периметр ограды прикрывала крытая галерея, под которой ходил патруль. Серьёзный подход. Артём явно не терял времени зря.

— Неплохо они усилились. Артем молодец, — проговорил я, переходя широкую улицу.

— Это и есть ваше поселение? Выглядит мощно, — восхищённо проговорила девушка.

Матвей взял внучку за руку и с интересом осмотрел стены. В его глазах читалась оценка — старый вояка всегда прикидывал, насколько крепость пригодна к обороне.

Мы подошли. На нас издалека направили ружья, и кто-то громко спросил:

— Кто такие? Назовитесь!

— Я Дима, живу здесь с вами.

— Не помню такого! А эти кто с тобой?

— Говорю же, меня Артем принял. Я гнездо гоблинов атаковал, а они помогли и притащили меня в поселение. Спроси тех, кто с ним тогда был! А это друг его, — я указал на Матвея и Софу, — и его внучка. Опусти ствол, а то сам ещё поранишься!

Охранник с кем-то переговорил, потом что-то передал вниз во двор, и ворота начали открываться.

— Заходите!

Мы подошли, и нас пропустили внутрь небольшого тамбура. По другую сторону стояли такие же крепкие ворота. Видимо, стены стали шире, и ворота сделали двойными, чтобы эта часть не оказалась самой слабой в случае нападения. Шлюз-тамбур. Умно.

— Фу, ну и вонища от тебя, парень. Ты откуда вообще выполз? — сказал какой-то боец, подходя к нам для досмотра.

— Так воняет от всех, кто чем-то занят, — спокойно ответил я ему.

Тот с подозрением посмотрел на меня и приказал показать содержимое рюкзаков. Нас проверили, не нашли ничего подозрительного и пропустили внутрь.

Поселение действительно преобразилось. Теперь вся территория внутреннего двора была расчищена — никакого строительного мусора, никаких груд камней. Здесь стояли скамьи для отдыха, столы для шахмат. В дальнем углу виднелся загон для животных, где мирно бродили мутировавшие коровы, дающие молоко. Такие встречались в слабых активностях, но конкретно этих я еще не видел — видимо, новая порода, адаптированная под систему. Люди смотрели на нас, как на дикарей. И ладно я, на новых двух жителей они смотрели с подозрением в глазах, явно помня историю со шпионами.

— О, как только услышала, что ты вернулся, сразу поспешила, — подошла ко мне Арина, наша травница.

Софа взглянула слегка ревниво на её стройную фигуру. Женщины конкурентов чуют издалека. А я улыбнулся и показал рукой на девушку и старика:

— Спасибо, что пришла. И да, надо бы нам помыться и немного твоих отваров взять в дорогу. А это вот Софа и Матвей Ильич. Тёма далеко щас?

Арина кивнула девушке и протянула руку для приветствия. Девушки обменялись рукопожатием, потом дед с хитрецой поцеловал врачу руку. Она улыбнулась чуть шире:

— Вы такой галантный мужчина, Матвей Ильич. Остальные так не умеют. Проходите, сначала обработаем ваши раны. Артём ушёл на охоту. Говорят, в метро завелась какая-то тварь.

Она шла впереди, качая бёдрами, иногда оглядываясь и поглядывая на нас, а мы двигались следом, удивлённо разглядывая обновленное поселение.

— А вон там мы кристалл поставили. Туда можно жертвовать опыт, а Тёма потом тратит его на новые постройки и улучшения. Вон там мы построили новую столовую, а больница теперь отдельно. Там новое общежитие, но все места уже заняты. Ой, а вы голодные?

Она говорила и говорила, а я вдруг и правда почувствовал голод. Мы переглянулись с дедом и его внучкой, они кивнули в знак согласия.

— Тогда идите мойтесь. Баня и душевые вон там. Потом спросите, где мой кабинет, и заходите смело.

Когда я увидел баню и душевые, усталость словно вернулась и навалилась всей своей свинцовой тяжестью. Договорились встретиться через час, когда отмоемся, сменим одежду и наконец-то поедим.

Расслаблялся я под водой долго, смывая с себя усталость, пот и грязь. Вода была горячей — почти обжигающей, но именно это сейчас и было нужно. Раны щипало и жгло, но пусть уж лучше так, чем подцепить инфекцию, будучи грязным. Я смотрел, как розовая вода стекала в слив и думая, сколько же крови потерял сегодня.

Наконец, вымывшись и найдя относительно чистую одежду в рюкзаке, я вошёл в новую столовую. Внутри было чисто, пахло едой и уютом. Деревянные столы, лавки, на стенах — какие-то картины, вероятно, трофеи, взятые из квартир или подаренные жителями.

Матвей и Софа уже сидели за свободным столиком. Среди редких посетителей знакомых лиц не заметил — видимо, остальные с Артёмом отправились на охоту. Я присел рядом с девушкой и её дедом, держа поднос с едой, набранной на раздаче: борщ, котлеты с пюре, компот и булочка.

— Димитрий, ты сразу бы сказал, что здесь так кормят и всё есть! А я чё думал-то? Палатки стоят, еду готовят на кострах да моются из лужи...

Я засмеялся, отпил компот и начал размешивать сметану в борще:

— Ну, примерно так и было поначалу. Даже я не знал, как сейчас тут стало.

— М-м-м, как вкусно! — Софа уже расправилась с супом и теперь уплетала котлету. — А у нас вот дома мясо почти закончилось…

Я усмехнулся, отломил кусок хлеба и окунул его в борщ. Потом отправил эту сочную дольку в рот и сказал с набитым ртом:

— Сейчас мясо само по городу бегает. Лови не хочу, как говорится!

Софа замерла с открытым ртом, удивлённо распахнув глаза. Дед заметил её реакцию и расхохотался, а я достал кусочек мяса из борща и добавил:

— Некоторые монстры, кстати говоря, гораздо вкуснее говядины.

После ужина мы ещё немного поговорили обо всём подряд. Софа рассказала о своей старой жизни — учёбе на психологическом факультете, работе в колл-центре. Дед оказался отставным военным, служил десантником, после службы занимался пчеловодством. Самые обычные люди, которых Система вырвала из привычной жизни и швырнула прямо в мясорубку.

В больнице Арину мы застали нас сидящей за столом. Её кабинет был просторным, окна выходили на солнечную сторону. Полки заставлены баночками с травами, пузырьками с разноцветными жидкостями, на стене висела карта местности с отметками.

— Проходите, — сказала она. — Дима, начнём с тебя.

Я прошёл за ширму, разделся и лёг на кушетку. Холодная клеёнка неприятно прижалась к коже, тело покрылось мурашками. Арина появилась с бутылочками микстур в руках и ахнула, увидев мои раны.

— Ну и кто так лечит? Ты себя как чувствуешь? У тебя заражение началось уже. Ещё бы чуть-чуть — и мог бы сознание потерять.

— А, так вот почему я так разбито себя чувствую?

— Ты ещё пошути мне!

Она заставила меня выпить какое-то травяной зелье — горькое, терпкое, обжигающее горло. Затем смазала мои раны вонючей мазью и усилила эффект магией. Её руки слегка засветились зелёным, и я ощутил успокаивающее действие зелий и её чародейства. Боль утихала волнами, оставляя после себя приятное тепло.

— Спасибо, Арин. Послушай, а как там те девушки? Что были у гоблинов?

Закончив лечение, она устало опустилась на стул рядом с кушеткой и прикрыла глаза ладонями.

— Одну мы потеряли… Теперь у нас своё кладбище появилось, Дима. Вторая сидит взаперти у себя в комнате, никуда не выходит. Даже думать страшно, через что они прошли…

И тут я внезапно подумал, как какой-то анонимный стример сидит и наблюдает за подобными вещами, ведя трансляцию для развращённой публики. Я знал подобные шоу будущего — реалити-шоу на выживание, где ставки были вполне реальными. Зрители щедро жертвовали деньги, лишь бы увидеть самую жуткую смерть или извращение. Ублюдки...

— Она совсем ни с кем не разговаривает? — спросил я наконец.

— Машенька даже в столовую не выходит. Сначала казалось, будто всё нормально, а потом вдруг закрылась в себе после смерти Алины...

— Маша значит?

Я поблагодарил девушку и по её настоянию взял несколько эликсиров её собственного изготовления. Дедушку она залечила быстрее — у того раны были серьёзные, но организм старческий, закаленнный. А у Софы ранений почти не было, кроме мелких ушибов и синяков.

На улице мне встретился Фома. Высокий, слегка сгорбленный мужчина с короткой бородкой и умным взглядом. Он обратил на меня внимание и вежливо поздоровался, касаясь носа, будто там когда-то были очки:

— Добрый день, Дмитрий. Я слышал, что ты привёл к нам новеньких. Это они? — Он перевёл взгляд на девушку и Матвея. — Здравствуйте. Пойдёмте, я покажу вам, где вы можете остановиться. Дима, ты идёшь?

— Да. Но я скоро уйду, мне нужно немного времени на подготовку. Через пару часов может произойти кое-что важное. У нас в поселении есть телега?

— Зачем тебе? Если надо, мы отправим отряд фуражиров за припасами, они справятся лучше тебя.

— Не могу я сидеть и ждать. Есть у меня одно дело.

Фома взглянул на меня прищурившись, но спорить не стал.

— Ладно. Там вон у рабочих спросите. Идите, я покажу, где теперь можно отдохнуть.

Он показал нам общую комнату, где стояли кровати — обыкновенные армейские двухъярусные, но с чистыми простынями и подушками. По меркам этого мира — почти роскошь.

Я попрощался со своими спутниками. Софа хотела что-то сказать, но лишь открыла рот и закрыла. Матвей молча кивнул — старик понимал, что иногда слова не нужны.

Я вышел за ворота поселения.

Два солнца уже почти сели, небо наливалось багровым. Через три часа задание провалится. Спонсоры будут недовольны. Стримерша, с которой я торговался, скорее всего потеряет интерес.

Я не мог ждать и надеялся успеть сделать хоть что-нибудь для выполнения задания.

А вдруг получится?

[Задание: добыть кристаллы из пещеры (осталось: 2 ч 47 мин)]

— Ну что ж, — сказал я вслух с усмешкой, обращаясь к пустой улице. — Придётся побегать.

План был безумным, опасным и имел все шансы меня убить.

Как раз в моём стиле.

Продолжение следует!) (Книга совершенно бесплатна) - https://author.today/work/524934