Пустоши старого мира. Часть 6. Аптека⁠⁠

Часть 5

Часть 4

Часть 3

Часть 2

Часть 1

Пролог

До Аптеки оставалось не больше сотни метров, когда ветер переменился. Он принёс не только привычную пыль, а ещё что-то другое - металлический привкус крови, смешанный с запахом бетонной крошки и пороха. Так пахнет место, где недавно произошло нечто ужасное.

Мороз, шедший первым, остановился и поднял руку. Седой замер, вскинув автомат. Саша стоял позади, вцепившись в ремень своего АК так, что побелели костяшки.

- Чуешь? - негромко спросил Мороз, покосившись на Седого.

- Кровь, - отозвался тот. - Много крови и стрельбы, но гнилью не тянет - значит, случилось недавно. День, не больше.

- Птицы ещё, - Мороз кивнул в сторону тёмных точек, кружащих впереди. - Грифоны. И сколько их... Никогда столько разом не видел. Если эти твари здесь - значит рядом настоящее кладбище.

- А дальше, у кромки леса, - добавил Седой, щурясь, - ещё компания. Псы пустоши. Видишь, как жмутся к земле? Ждут.

- Значит, времени у нас только до темноты, - подытожил Мороз. - Как стемнеет - они осмелеют, и тогда мы отсюда можем не уйти.

Саша молча слушал их, глядя на кружащих птиц. Грифоны - мутировавшие вороны-падальщики, он слышал о них в байках караванщиков. Говорили, что они могут ждать часами, пока последний живой не уйдёт, и только потом спускаются к своей трапезе. А псы пустоши - одичавшие собаки-мутанты - и вовсе не брезгуют добивать раненых. Если эти твари здесь, значит, они уже знают: скоро будет пир, но боятся.

- Выдвигаемся, - скомандовал Мороз. - Тихо, без шума. По дороге не пойдем - слишком опасно. Сначала осмотримся с холма.

Они поднялись на небольшой холмик рядом с дорогой. Саша встал между Морозом и Седым и медленно, боясь того, что увидит, поднял глаза.

Его дом был мёртв.

Ограждение стояло на месте, но в нескольких местах зияли проломы. Главные ворота, у которых всегда стоял Фёдор Петрович, были распахнуты настежь. Внутри царил хаос: перевёрнутые ящики, разбросанный скарб, распахнутые двери складов. Над руинами, лениво развеваясь на ветру, висело знамя. Чёрный фон, а на нём вышитое золотом солнце.

Седой поднёс к глазам лодонь и выдохнул:

- Золотое солнце на чёрном поле. Это же Орда.

- Орда? - переспросил Саша. - Как они добрались сюда с того берега?

- Как-то сумели, - Мороз сплюнул. - Золотая Тень, мать её.

Но страшнее были столбы. Грубо обтёсанные стволы, наспех врытые перед воротами. К каждому привязали людей - тех, кого Саша знал всю жизнь. А над ними, хрипло каркая, кружили грифоны.

Тела в красном тряпье - каннибалы-бесы - лежали по всей территории. У ворот, возле огорода, у входа в мастерскую. Много, десятка полтора, не меньше, а у дальнего склада, аккуратными рядами, были сложены тела в обычной одежде. Тела жителей.

- Там, внизу, - хрипло сказал Седой. - У главного входа кто-то копошится. Вооружены. Обычные шакалы, не ордынцы. Видать, пришли следом за бесами и перебили их.

- Сколько? - коротко спросил Мороз, передёргивая затвор винтовки и, приставив ладонь ко лбу, тоже стал изучать окрестности.

- С десяток. Пятеро у входа, трое у склада, ещё пара в глубине.

- Вижу, тогда план такой, - быстро заговорил Мороз. - Я с винтовкой на правый фланг, Седой - на левый. Волкодав - по центру, за камнями. Гранаты у меня есть. Кидаем в центр, потом добиваем тех, кто останется.

- Я готов, - сказал Саша.

Они спустились с холма и скрытно подошли к одному из проломов в стене. Отсюда были слышны голоса мародёров.

- Гляди, Боров, скока добра! Эти, придурки, которые под монголов косят, только пузырьки с лекарствами забрали, а всё остальное бросили!

- Тащи всё в кучу, Харон. А ты, Рябой, проверь тот склад. А с теми, трупоедами, мы быстро управились, вот же черти безмозглые, решили с серьёзными пацанами бодаться со своими пукалками! - С восторгом сказал Боров, глядя на трупы каннибалов.

Мороз сделал знак. Седой скользнул влево, Мороз - вправо. Саша занял позицию за валуном. Когда рейдеры собрались группой рядом с награбленным и начали разбирать добычу, все уже были на позициях.

- Давай! - крикнул Мороз, выдёргивая чеку.

Две гранаты ушли в центр группы мародёров. Грохнуло так, что зазвенело в ушах. В воздух взметнулись два облака из пыли, кусков земли, щепок и оторванных ошметков тел. Из десяти мародёров на ногах осталось четверо.

- Огонь!

Мороз бил из винтовки - одиночными, точными выстрелами. Слева отрывисто лаял автомат Седого, а Саша выпустил по бандитам длинную очередь, пока не опустел рожок. Кто-то из мародёров открыл ответный огонь, но быстро рухнул. Меньше чем через минуту всё было кончено.

- Чисто! - выдохнул Мороз.

Они прошли по двору. Десять мёртвых мародёров. Ещё полтора десятка каннибалов в красном, разбросанных по всей территории. И ряды тел у склада - жители. Саша отвёл взгляд. Он не мог и не хотел запоминать их такими, а главное - боялся увидеть среди тел родных.

Они вошли в бомбоубежище. Внутри царил разгром - ящики из-под лекарств выпотрошены подчистую, всё остальное разбросано и перевёрнуто. Они молча шли по пустым коридорам, битое стекло хрустело под ногами в полной тишине, словно подчеркивая пустоту этого места, когда где-то слева, из-за груды покорёженных стеллажей и деревянного хлама, послышался тихий, едва различимый стон.

Саша замер.

- Слышали?

- Там, - коротко бросил Мороз.

За грудой хлама, придавленный упавшим шкафом, лежал человек. Его лицо заострилось и посерело, на груди зияла глубокая рана.

- Петрович! - Саша бросился к старику.

- Вернулся-таки... - прохрипел тот, с трудом разлепляя веки. - А я уж думал... не успеешь...

- Мы здесь. Потерпи. - Засуетился Саша, вытаскивая из сумки перевязочный пакет.

- Не трать... Моё время кончилось, парень. Лучше сядь рядом... Дай на тебя посмотреть. Саша опустился на колени.

- Слушай, парень, они пришли перед рассветом, - начал Петрович. - Дюжина, наверное. Шли тихо, как змеи, мы их не заметили. Сняли часовых. Никто даже сделать ничего не успел, а потом стены подорвали, открыли ворота и началось... - Он закашлялся. Саша придержал его за плечо.

- Твой отец... он пытался с ними говорить. Сказал: "Забирайте лекарства, всё берите, только не трогайте людей", но они не слушали. Всё перевернули, а когда нашли, что им было нужно... начали на столбы вешать тех, кого не убили сразу. Тех, кто сопротивлялся, сражался с ними, но проиграл, а остальных просто... - Петрович замолчал, набираясь сил.

- Твоя мать, она пыталась спрятать Соню, я помогал её укрыть там, за вентиляций, но их нашли. Меня к тому времени уже ударили в грудь, я лежал и почти не видел, что происходит. Слышал только крики, а когда приподнял голову... увидел, как они уводят детей. Четверых детей, и Соня была с ними...Твоя сестра жива, Саша. Её не убили, всех малышей ордынцы забрали с собой.

Саша замер. В груди что-то оборвалось - но не так, как раньше. В этот раз оборвалась безысходность, а на её место хлынула надежда, горячая и обжигающая.

- Жива... - прошептал он.

- Жива, - подтвердил Петрович. - Они детей иногда забирают, я слышал, но не знаю зачем. Может, растят как своих, может, для чего другого, но она жива, парень.

Саша сидел, не в силах произнести ни слова. Вся ярость, вся боль, что копились в нём последние часы, вдруг обрели новое направление. Теперь это была не только месть, но ещё и надежда на спасение последнего родного человека во всем этом жестоком мире.

- Они собирались обратно к реке, - продолжил старик. - Говорили про равнины на востоке, и что Хан будет доволен исполнением его воли... - Петрович снова закашлялся и вцепился в руку Саши.

- Слушай, Саша. Ты помнишь? Я сказал тебе, когда ты уходил: "Давай, с Богом". И ты вернулся, он тебя уберёг. И сейчас ты тоже справишься, я это вижу в твоих глазах. Решимость. Найди её. Найди свою сестрёнку и остальных малышей... - Старик закашлялся, кровь пузырилась на тонких серых губах.

- Спаси их, ведь это все, что осталось от нас. Дети - наше наследие, наше будущее... Иди на заставу, там...там помогут, они знают как.

- Обещаю, - голос Саши дрогнул, но прозвучал твёрдо.

- Вот и славно, - Петрович слабо улыбнулся - той самой улыбкой, с которой совсем недавно отправлял зелёного юнца на его первое задание. - Тогда иди. А я... пойду к ним. Заждались, наверное. - Пальцы старика разжались, глаза словно потухли. Фёдор Петрович умер с умиротворением на иссохшем бледном лице. В подвале повисла тишина.

Саша поднялся с колен. Посмотрел на свои руки - они больше не дрожали.

- Она жива, - сказал он. - Вы слышали? Моя сестра, дети, они их не убили, мы можем их спасти!

- Слышали, - кивнул Мороз. - Значит, теперь у нас две причины добраться до этих ублюдков.

- Доберёмся, - коротко добавил Седой. - Но сначала - застава. Нам нужно их предупредить, ведь если эти чёртовы кочевники перешли реку и не боятся творить такое, то скоро может глянуть что-то куда серьёзнее. К тому же, втроём мы можем только героически склеить ласты, если решим напасть на отряд, уничтоживший целое поселение.

- Нужно предупредить заставу, - согласился Мороз. - Где у вас рация?

Рация оказалась разбита вдребезги, а из столешницы, на которой она стояла, торчал топор. Ордынцы рубили за собой все концы, чтобы никто не смог никого предупредить, пока они не уйдут достаточно далеко.

- Значит, возвращаемся на заставу ножками, - процедил Мороз. - Прямо сейчас.

Саша посмотрел на разбитый аппарат и вдруг сказал:

- Я должен найти отца и мать. Похоронить.

- Саня... - начал Седой.

- Я понимаю, - перебил его Саша. - Понимаю, что времени нет. Понимаю, но я не могу просто уйти. Хотя бы...

Мороз шагнул к нему.

- Волкодав, послушай. Твоя сестра жива. Она сейчас где-то там, с ними, с этими сраными кочевниками, и каждый час, который мы теряем, уносит её всё дальше. Твой отец и мать уже не вернутся, а Соня - она ждёт тебя. Она не знает, что ты жив и что ты придёшь, но она ждёт, как и другие дети ждут когда их спасут. И ты либо похоронишь мёртвых, либо спасёшь живых. Выбирай.

Саша стоял неподвижно. Потом медленно кивнул.

- Ты прав. Нам нужно уходить.

- Соберите всё, что может пригодиться, - скомандовал Мороз. - И бегом. - Он снова повернулся к Саше. - У нас всех ещё будет время для скорби, но сейчас мы должны принимать тяжёлые решения, поверь.

Они быстро собрали патроны и оружие с тел мародёров. Саша надел на шею отцовский жетон и заправил его под рубаху. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Грифоны сидели на стенах, крышах и столбах, глядя на живых жуткими черными глазами. Из леса доносился протяжный вой - псы подбирались ближе.

- До темноты нужно убраться как можно дальше, - скомандовал Мороз. - Псины не пойдут за нами: будут пировать на останках, твари мерзкие. - Он остановился на секунду. - Где у вас горючка?

- На западном складе, а что? - Не понял Саша.

- Устроим твоим погребальный костёр, пусть твари жрут мародёров.

Они ускорили шаг и почти побежали прочь от руин, над которыми разгаралось красное зарево, отправляя в последний путь жителей Аптеки. Впереди лежала застава "Доблесть" - пятнадцать километров по пустошам. Позади остался мёртвый дом, над которым кружили падальщики, и чёрное знамя с золотым солнцем, объятое пламенем. А где-то там, далеко на востоке, уходила за реку дюжина воинов Орды, и с ними - четверо маленьких пленников.

Продолжение следует....