Про Анфису⁠⁠

Сейчас выгребал козлятник от говна, дабы переселить туда молодёжь, и вспомнил, что в одной из клеток жила свои последние дни Анфиса.
Вообще Анфиса всегда была с козами. С того самого дня, как мать отказалась от неё. И тому, что она пожила на этом свете обязана тоже козам, ибо выпаивать её пришлось козьим молочком. Но ближе к теме.
Мамаша её имеет странный фетиш. Каждый год в середине июля она уходит на речку и там рожает. Не берусь её судить, ибо у каждого свои заёбы. Абай, например, пьёт свою мочу. Петруша обожает капаться в навозе. Большая чёрная уходит рожать на речку. Не знаю, может дело в том, что и мать и возможно что бабка, появились на свет в кустах на забереге. А может дело в том, что батя у неё на четверть дикий кабан. В любом случае факт остаётся фактом.
Так было и в прошлый год. Когда Большая чёрная в двадцатых числах июля привела домой выводок, первое что мне бросилось в глаза это то, что один из детишек был в два раза меньше чем его братья и сёстры.
У нас таких называют выпиздрик.
Самое гуманное было бы взять его за ноги и ёбнуть об угол. Так или иначе суеты было бы меньше, и вы бы не узнали про Анфису.
Но я сделал то что сделал. Забрал эту недоросль домой и сделал из неё человека. Ну не совсем. Всё таки сделать из свиньи человека гораздо сложнее чем сделать из человека свинью. В любом случае я старался. Так вот.

Первую неделю Анфиса тусовалась возле печки на хате. Место, должен сказать, козырное. В былые времена я сам , напившись до поросячьего визга, любил тусоваться возле печки. Но разговор у нас не за меня, а за Анфису.
Поняв что свинья вполне себе окрепла, было принято решение вернуть её обратно к своим. Ну и , как не трудно догадаться, свои её не приняли. Кошки тоже отказались делить с ней угол. Дохадило даже до мордобоя.

С собаками тоже сладу не было. Те всё время пытались её сожрать.
В конце концов Анфиса прибилась к козам.

Она стала эталонным козасвином. Или свинокозом. В любом случае, вела себя как порядочная коза. Щипала травку, бодалась. Какала шариками.
До самых холодов она ютилась на сеновале, укутываясь в рулон с сеном.
По скольку сено стоит денег, а после того как в нём поваляется свинья, козы его есть отказываются, было принято решение поселить Анфису к козлам. В одной из одиночных клеток она доживала свой век. Иногда, в теплые солнечные дни, я выпускал её порезвиться с Аби.

В планах было сделать её главным украшением новогоднего стола, но у меня не поднялась рука. Друзей ведь не едят.
Судьба её решилась довольно внезапно, и как всегда вовремя. Когда я уже отчаялся выгребать из её клетки дерьмо, и готов был прибить её не смотря на нашу дружбу, мне позвонил чувак и сказал, что хотел бы купить тушу килограмм на тридцать пять. Из таких на тот момент в наличии была только Анфиса. Что ж. Пути господни неисповедимы. Пук-среньк, хуем по столу. И вот уже щикарная молодая поросятина остывает в сенках.
Хорошая была свинка-добрая.Как сказал Паша:"Это первая свинья в этой деревне, которая не пыталась меня сожрать"))
У меня все свиньи дикие.Пол года живут в лесу, от того дичают. А Анфиска не такая была-домашняя.
Ну тащемта. За упокой. Не чёкаясь.