Перекрут⁠⁠

Вызов был на пятый этаж пятиэтажного дома. Повод к вызову "задыхается". Задыхалась женщина двадцати восьми лет от роду, а вызывала ей скорую почему-то соседка. Неужеели такая сильная одышка, что даже невозможно сделать вызов? Тогда мы не успеем. Поехали!

"Главное не сбивать дыхание, чтоб самому не задохнуться, пока до вызова иду", — говорил я сам себе, поднимаясь по лестнице на пятый этаж и навьючившись кардиографом, небулайзером и оранжевым чемоданом.

На четыре шага вдох, на следующие четыре шага выдох. Вдох... Выдох.

Дверь открыла сама больная. Невысокого роста, чуть полная, волосы чистые, прибраны в хвостик, взгляд какой-то пустой. Из квартиры пахнуло алкоголем, я сразу же присмотрелся. Так и есть. Женщина была в подпитии.

— Здравствуйте. Вызывали?

— Вы, типа, доктор, да?

Так и есть. Ещё и речь пьяная.

— Типа, ну, — ответил я.

— Проходите.

— Спасибо. Что случилось?

— У меня вот тут болит, — она указала на низ живота.

— Странно. Мне сказали, что вы задыхаетесь.

— Это соседка вызывала, она не поняла просто.

— А сами-то почему не вызвали?

— Не знаю..., — ответила она, отведя глаза.

Поведение этой больной мне показалось странным, поэтому, задавая вопросы, я делал для себя выводы об её адекватности. Не относящиеся к здоровью вопросы приходится задавать не просто так. Работая на скорой помощи, часто приходится сталкиваться со странными пациентами. Только представьте: вы едете в незнакомую квартиру к незнакомым людям. То есть, вы едете к ним домой на их территорию. Что в головах у этих пациентов и что у них в квартире находится, никто не знает. Больные могут быть как агрессивными или депрессивными, так и просто ненормальными, поэтому и приходится, осторожно задавая ненавязчивые вопросы выяснять для себя "степень нормальности", "степень адекватности" пациента. Скорее всего, моя больная все же понимала, что речь её пьяная, поэтому, видимо, и попросила соседку сделать вызов. А может быть, просто не знает, как с сотового телефона вызвать скорую.

— Давно заболели? — спросил я, поставив чемодан на стол.

— Дня два уже болею.

— А выпиваете сколько дней?

— В смысле?

— В смысле, алкоголь сколько дней употребляете?

— Заметно, да? — искренне расстроилась она и грустно улыбнулась.

— Немного. Самую малость, — я показал расстояние между пальцами примерно полсантиметра.

— Только сегодня выпила... Чуть-чуть...

— Ладно. Ложитесь на спину, сейчас посмотрим ваш живот, — надевая перчатки, попросил я. — На спину, это лицом вверх, чтоб потолок было видно.

Женщина легла.

— Покажите пальцем, где болит?

— Вот здесь, — она положила всю ладонь на низ живота и растопырила пальцы.

— То есть боль по всему низу живота?

— Да.

Ну что ж? Это значительно сужало область моих поисков в постановке правильного диагноза, потому как женский живот — тот ещё "черный ящик". Попробуй догадайся, что там в нём болит сегодня? Здесь же женщина конкретно указывала на проекцию внутренних женских половых органов. Логично было бы предположить сальпингоофорит, возможно, апоплексию яичника, внематочную беременность, угрозу прерывания беременности и прочие болезни внутренних женских половых органов. Мне оставалось только наводящими вопросами и пальпацией живота вывести женщину на как можно более правильный диагноз.

— Боль куда-то отдаёт?

— Нет, только здесь болит, никуда не отдаёт.

Значит, внутрибрюшное кровотечение исключается. При разрыве маточной трубы при трубной внематочной беременности или апоплексии яичника боль в низу живота может иррадиировать в область прямой кишки. Обусловлено это тем, что при разрыве вышеуказанных органов кровь под действием силы тяжести стекает в самую нижнюю точку брюшной полости. В женском организме это Дугласово пространство.

Дугласово пространство или прямокишечно-маточное углубление — углубление париетальной брюшины у женщин между кишечной поверхностью матки и передней поверхностью прямой кишки. Свободная жидкость, будь то кровь или экссудат, накапливаясь в данном месте, вызывает воспаление и боль, которая иррадиирует в прямую кишку. (Я не стал размещать тут картинку с изображением местоположения дугласова пространства, поскольку считаю, что и так достаточно откровений и переживаний вам доставляет сие чтиво. Но если уж вас сильно гложет любопытство, то, как говорится, интернет в помощь).

— Мочитесь нормально? Я имею ввиду без болей, без резей?

Мне надо было исключить острый цистит (воспаление мочевого пузыря).

— Нормально.

— Моча не красная? (Исключить камень мочеточника)

— Нет.

Я приступил к пальпации. Живот был мягким, симптомы раздражения брюшины, которые говорят нам об "остром животе", были отрицательными. Но вот в надлобковой области возникала резкая болезненность даже при незначительном надавливании.

— Температура не повышалась?

— Нет.

— По-женски выделения какие-нибудь?

— Нет.

— Месячные когда последний раз были?

— Не было.

— В смысле?

— У меня их не бывает...

— В смысле, "не бывает"?

— Ну, никогда не было...

— Почему?

Я искренне недоумевал от таких ответов.

— У меня диагноз: "Детская матка"...

"Оп-па, приплыли", — подумал я.

Все мои предположения о том, что это могут быть воспалительные заболевания матки и её придатков, а также какая-либо патология беременности, тут же потеряли смысл. Что же тогда предположить? Какой диагноз? Вот уж блин, действительно черный ящик!

— Раньше было подобное?

— Именно такого нет. Не сильно болел низ живота примерно в течение месяца, тошнило сильно, когда боли были, но я не придавала значения, а сейчас вообще сильно болит. И тошнит, кстати, тоже...

— Когда последний раз были на УЗИ?

— Давно. Года три назад.

— Результаты обследования случайно не с собой?

— Они в карточке, в поликлинике.

— Не помните, что там написано?

— Нет...

О том, что я однозначно собирался её отвезти в больницу, я подумал еще на этапе запаха алкоголя и её жалоб о болях в низу живота, но ведь просто так же не схватишь и не повезёшь, как того петушка из сказки:

"Несет меня лиса

За темные леса,

За быстрые реки,

За высокие горы…"

Помните? Я ж не лиса, а целый фельдшер скорой медицинской помощи! Мне надо обосновать госпитализацию как пациенту, так и врачу приемного покоя гинекологии. Я стал размышлять последовательно. Значит, так. О том, что у больной гипоплазия матки и не бывает менструаций, мне уже известно. Что там ещё может болеть, если не матка и её придатки? Наверное, яичники. Скорее всего, поскольку отсутствуют менструации, то яичники поражены кистами?

— Может быть, у вас киста какая-нибудь? — спросил я.

— Да, кстати! — вдруг оживилась она. — Там в протоколе УЗИ было написано что-то про кисту яичника. Поли...

— Поликистоз?

— Точно!

Ну, наконец-то! Хоть что-то, за что можно зацепиться.

— В больницу поедете?

— Что-то серьёзное?

— Надо, чтоб вас осмотрел гинеколог, и сделать УЗИ.

— Поеду.

— Возьмите с собой документы и пару пелёнок.

С диагнозом "Поликистоз яичников. Перекрут кисты яичника" под вопросом, больную я привёз в гинекологию.

— Зачем ты нам пьяную привёз??? — учуяв запах алкоголя, накинулась на меня какая-то женщина в медицинском костюме.

— Вы кто?

— Дежурная медсестра!

— Позовите, пожалуйста, доктора, — попросил я. — Или мне самому позвать? Вот почему вы всегда такие злые в гинекологии?

Медсестра злобно замолчала и пошла за доктором.

— Что тут у вас? — спросил доктор.

— Если честно, то не совсем понятно, — ответил я. — У больной гипоплазия матки, но выраженные боли в низу живота. Я подозреваю либо перекрут кисты, либо самого яичника. Просто тут еще и алкоголь немного присутствует в организме, а он, как известно, обладает обезболивающим эффектом. Женщина молодая, с имеющейся неизлечимой патологией, с острыми болями, да еще и в алкогольном опьянении. Поэтому мной и было принято решение о госпитализации. В любом случае, мне и пациентке нужна ваша помощь, доктор.

— Хм-м..., — протянул доктор. — Давайте посмотрим. Проходите!

Доктор осмотрел больную.

— Скорее всего, вы правы, — сказал он, выйдя из смотрового кабинета. — Оставляйте больную, мы сделаем ей УЗИ.

Я оставил больную и уехал на следующий вызов, а вечером я позвонил в гинекологию и узнал, что больную прооперировали по поводу перекрута кисты яичника.

Этот случай оказался для меня очень интересным в моей медицинской практике, поскольку с вышеописанной патологией я столкнулся впервые. Обычно на женские вызовы имеется пара дежурных диагнозов: аднексит или апоплексия яичника. Но этот случай заставил меня думать логично и последовательно, что привело к постановке правильного диагноза, который, кстати, очень даже опасный.

К сожалению, с таким диагнозом стать матерью можно только с применением суррогатного материнства.

Источник - https://dzen.ru/a/aEwiqoTKHyo5rYus