Lone - Hyperphantasia (2026): рецензия⁠⁠

Streets of Rage на Sega Megadrive, 1991-й - игра про уличные драки с саундтреком, который не имел права так звучать. Yuzo Koshiro запихнул детройт-техно и хаус в 16-битную консоль. Для девятилетнего Мэтта Катлера из Ноттингема это стало первой электронной музыкой в жизни. А первые эксперименты с созданием своей - кассета с рейвом (The Prodigy, Altern-8 - британский хардкор-рейв начала девяностых) возле микрофона и детский синтезатор поверх. Самодельный ремикс без компьютера, без знаний, на чистом азарте. В 2001-м он скачал Fruity Loops. До сих пор в нём пишет - двадцать пять лет спустя.

Я пришёл к Lone задом наперёд - через мутные хип-хоп биты со времён Kids in Tracksuits. Дымная комната, запылённые петли, ленивое музицирование вместо скейтборда. KiT начались в 2002-м, когда два ноттингемских пацана решили делать биты вместо того, чтобы выходить на улицу. Потом напарник Andy Hemsley ушёл в графический дизайн, а Катлер остался один. Отсюда имя - Lone. "Изначально идея была в том, что я делаю эту музыку, и больше никого не пускаю внутрь". Хорошее было время.

А потом он пустил внутрь всех. Альбом Galaxy Garden на R&S в 2012-м - чикаго-хаус и детройт-техно, трек "Crystal Caverns 1991" как привет из первых рейвов. Следующий - Reality Testing в 2014-м, более меланхоличный, тот момент, когда рейв кончается и ты стоишь один на парковке. Levitate в 2019-м - чистый джангл. Always Inside Your Head в 2021-м - эмбиент, вдохновлённый продакшеном My Bloody Valentine и вокальными текстурами Cocteau Twins. Каждый альбом - одна комната, один цвет. Потом пять лет тишины. Первые скетчи Hyperphantasia - начало 2022-го. Мастер сдан лейблу - март 2025-го. Самый длинный процесс в его карьере.

Гиперфантазия - неврологическое состояние, когда образы в голове ярче реальности. Катлер говорит, что тестировал себя: насколько близко можно подогнать звук к тому, что слышишь внутри черепа и характеризует свою работу как "Безумная, несдержанная дичь из параллельного измерения. Взять каждый стиль, с которым я работал, выкрутить на 11 и сбросить с обрыва". В итоге получилось шестнадцать треков, которые он записал на Greco-Roman - лондонском лейбле, выросшем из подпольных вечеринок и через который прошли Disclosure, Totally Enormous Extinct Dinosaurs, Roosevelt и сам Joe Goddard из Hot Chip. Всё, что Lone умел делать по отдельности - ту-степ, гэридж, эйсид, джангл, балеарика - запущено одновременно.

Трэк "Life Spark" бьёт неоном - синты как аркадный автомат в тёмном баре. "Affinity" начинается гэриджем, съезжает в эйсид, потом в джангл - и ты не замечаешь переключений. "Waterfall Reverse" стартует как The Prodigy образца Experience, а через три минуты ты лежишь в облаке и не помнишь, как туда попал. Приглашенные Lou Hayter из New Young Pony Club, Bikôkô, рэпер Juga-Naut - все поют и читают и вплетены в текстуру музыки, а не поверх нее. Для Катлера, который двадцать лет обходился семплами - это первый серьёзный разговор с живым голосом.

И вот что странно - при всей этой жанровой каше, общее ощущение от альбома неожиданно конкретное. Это чувствуется как достойный ликвид-драм-н-бэйс из тех времён, когда ты играл в PlayStation 1 и мир за окном казался ужасно огромным и интересным. Все вокруг тёплое, размытое, быстрое и одновременно как в замедленной съёмке.

В интервью MusicRadar у Катлера спросили, чей трек он хотел бы продюсировать сам. Он назвал два: "Honey Power" My Bloody Valentine - трек с Tremolo EP 1991 года, где Kevin Shields утопил мелодию в таких слоях реверба и шума, что она одновременно существует и растворяется, а аутро - это стена звука, которая набегает волной. Второй - "Everything You Do Is A Balloon" Boards of Canada с Geogaddi - теплые аналоговые петли, которые звучат как детская передача, которую ты смотрел в пять лет и не уверен, существовала ли она вообще. Оба трека про одно: спрятать красоту под слоями тумана. Hyperphantasia делает ровно это - яркие мелодии тонут в плотности продакшена.

mfelix дал 8.6 и написал "звук весны 2026-го". Я бы сказал иначе - это звук человека, у которого три года не замолкала голова. Четыре из пяти. Два трека в середине могли не сущуствовать, и альбом бы выиграл. Но это болезнь щедрости, а не лени. Lone говорил, что мечтает о нейролинке, который переведёт музыку из головы напрямую в файл. Hyperphantasia - его попытка обойтись без.

Слушать