Лихорадка⁠⁠

Брат кинул на стол какой-то мусор.

— Это ты так долг возвращаешь? — я не стал скрывать ухмылки.

— Какой долг? — хмыкнул он. — Глянь внимательней.

Среди этого хлама что-то блеснуло. Взяв салфетку, я достал кусочек золота.

— Украл? — я поднёс его ближе, словно разбираюсь в этом.

— Добыл. — Брат важно потёр усы. — Поехали, там ещё есть.

Я снова посмотрел на стол. Действительно золото.

— Поехали. Нечего смотреть. Тем более нам нужна твоя машина. — Впервые слова моего брата Олега звучали убедительно.

Мы переночевали с этой мыслью, и наутро я отправился вместе с ним. Моя жена Аня собрала нам с собой паёк. Дочка нарисовала открытку с пожеланием скорее вернуться домой. Жена брата дала большой мешок.

— Собери в него золота для меня!

Всю дорогу мы обсуждали, куда потратим добычу. Брат мечтал купить домик у моря с виноградниками. Одежду. Платья, серьги, кольца, браслеты жене... Я хотел купить дочке пони. Расплатиться с долгами, а на остаток думать, куда вложить деньги.

Ехали почти сутки. Переночевали в машине. Когда я проснулся, то не нашел рядом брата. Спустя десять минут поисков, я решил поискать в расщелине. Он оказался там.

В одной руке он держал кирку, в другой — мешок.

— Ты как Голлум! — вырвалось у меня. — Разбудить не мог? Как ехать, так вместе, а как собирать, так ты сам.

— Тут на всех хватит, — отмахнулся он.

Я осмотрелся, и дыхание затруднилось. Потолок, если это можно так назвать, нависал над нами. Казалось, что одно неправильное движение, и он упадет на наши головы. Стены с каждым шагом вперёд сжимались. Я закрыл нос футболкой, чтобы хоть как-то обезопасить себя от пыли. Глаза пекли. Сделав пару шагов вперед, я почувствовал что-то под ногами. Нагнувшись, я посветил фонариком. Золото...

Даже дышать стало легче. Время словно ускорилось. Мы только и успевали менять аккумуляторы в фонариках. Стоял грохот от столкновений металла с камнем. Даже искры пролетали мимо глаз. Когда мы выходили из пещеры, первый глоток свежего воздуха резал легкие. Я кашлял минут десять, пока не откашлял что-то черное на землю.

— Что ты золотом разбрасываешься? — сказал брат, опираясь на лопату.

Мы поели консервов и лапши быстрого приготовления. Перед сном заварили травяной чай. Брат взглянул на небо.

— Скоро у меня будет золота, как звёзд на небе, — сказал он, оперевшись локтями на бревно и закинув голову.

— Может, у нас?

— Ага, — ответил он безразлично и встал. — Смотри, это мой мешок. А это твой. — Брат поставил два мешка рядом. — Я думаю, что так будет честно.

Мы подогнали машину максимально близко к расщелине, растянули тент и расстелили матрас под ним. Заброшенная тропа, место непопулярное. Лишь где-то вдалеке горел костёр.

Несколько дней мы почти не вылезали из пещеры, потому что началась гроза. Раскаты грома разносились эхом внутри. Казалось, что какой-то дикий зверь прячется в этой темноте. В какой-то момент мы услышали громкий мужской крик. Переглянулись с братом и вышли наружу. Никого вокруг не было. Тишина.

— Ты тоже слышал?

— Скорее всего, послышалось.

Мы вернулись в пещеру. Я к своей стене, а брат к своей. Он решил, что так будет честно, я не стал спорить. Если в первые дни мы с ним общались во время работы, то сейчас каждый молча выполнял свою задачу.

Когда все наши сумки уже были полные, мы решили сделать последний заход и вечером двинуться назад. К семье.

Последние аккумуляторы тускло освещали стены. Мы уже больше искали новые места, чем работали. Добыча золота стала рутиной. Брат выкидывал маленькие кусочки, словно они ничего не стоили. Я же довольствовался всем, что есть.

— Тц! — подошел я к брату и взял его за кирку. — Слышишь?

Кто-то направлялся в нашу сторону. Мы слышали чьи-то голоса. И их точно было больше двух.

Мы с братом переглянулись. Он поджал губы и выглянул из расщелины.

— Двое парней и девушка. Поехали отсюда.

Мы достали портфели, инструменты и кинули их в багажник. Со стороны могло показаться, будто мы что-то украли.

— Эй! Куда вы так бежите? — Они приближались небыстро. Парень опирался на девушку и прыгал на одной ноге. — Пожалуйста! Не уезжайте!

Я посмотрел на брата. «Нет», — махнул он головой. Тент, матрасы и принадлежности для еды мы собрали еще ночью. Я ехал сюда, обратно решили поменяться. Поэтому Олег сел за руль и начал заводить машину.

Машина не заводилась. Брат повернул ключ еще раз. Еще. Чуть дольше. Парень успел добежать до нас.

— Пожалуйста, помогите! — крикнул он, взявшись за боковое зеркало.

— Нам некогда! — отрезал брат. Я вышел из машины и оперся на крышу.

— Что случилось? Чем помочь?

— Мы заблудились. Игорь сломал ногу.

— Это он вчера кричал во время грозы? — спросил я. Ответ не последовал.

— У нас ничего нет, — Брат отмахнулся, как от попрошайки. Стартер работал на всю, но машина не заводилась.

— Чёрт бы тебя! Сука! — шипел себе под нос он.

Компаньоны парня подошли к машине.

— У нас ничего нет. Мы пять дней тут жили и все съели и выпили.

— Пять дней вдвоем? — Один из парней подозрительно посмотрел на нас. — И что вы тут делали? — Он наклонился и заглянул в салон машины.

— Мы братья. У нас была... экспедиция...

Я обошел капот и пожал руки гостям.

— Максим, — сказал я.

— Пашок, — сказал парень, который прибежал первым.

— Заур, — сказал второй, хоть с виду он был больше похож на Пашка.

— Ира... — тихо сказала девушка и махнула нам ладошкой, сжав большой палец. Она смотрела мне в глаза, словно ожидая, что я должен был что-то понять. Между нами встал Пашок.

Он сделал шаг вперёд и полностью закрыл её собой. Что-то не так в этих туристах.

— Помогите, пожалуйста, — сквозь Пашка сказала Ира. В её голосе был ужас. Мне стало её жалко, и я достал два литра воды из портфеля.

— Вот. Это последняя.

Пашок с жадностью вырвал бутылку. Открыл. Сделал пару глотков и передал Зауру. Тот допил половину, а остаток вылил себе на голову.

«А почему они не дали воды девушке?» И тут я всё понял. Заур не просто опирался на неё, а держал.

— А ваш "брат" говорил, что ничего нет, — ехидно сказал Заур, вытирая влажные губы. — А что везете?

— Ничего! — крикнул Олег, дрожащими руками вращая ключ.

Машина дернулась, и мешок на заднем сидении упал. Из него в салон посыпалось золото.

— Нихера себе... — с удивлением сказал Заур.

Неловкое молчание перебил звук заведенного двигателя. Брат начал сдавать назад и резко остановился. Он во что-то врезался.

— Вы куда собрались?! — крикнул Заур. — Может, давайте посидим, пообщаемся? Познакомимся поближе?

— Заводись! Заводись!! Сука! — бурчал Олег.

Я побежал, открыл дверь и начал искать лом. Он точно лежал где-то под креслом. Холодный металл в ладони прибавил мне уверенности, я с силой развернулся и вытянул вперед лом.

— Назад! Ни с кем мы сидеть не будем. Мы вам отдали последнюю бутылку воды. У нас больше ничего нет! Отпустите девушку! — крикнул я.

Пашок даже не шелохнулся.

— Все мешки с золотом? — спросил он, кивнув на машину.

— Спасите меня! Они меня похитили! — крикнула Ира, обращаясь к Олегу. — Пожалуйста! — Она отчаянно дергала ручку задней двери.

Я машинально повернулся в её сторону и почувствовал, как лом покинул мою руку. Моей последней защитой стала дверь пассажирского сидения. Я захлопнул ее за собой.

Пашок с силой ударил по боковому стеклу. Осколок откололся и попал мне в шею.

— Аа-ааа! — закричал я.

Машина с рёвом завелась, и брат со всей силы нажал на педаль газа. Пашка отбросило в кусты.

— Они её похитили! — прохрипел я.

— Она убежала, — отрезал Олег и глянул на меня.

Он покачал головой и крепче взялся за руль. Я убрал руки от шеи и увидел, что они все в крови. От одного вида я отключился.

Пришел в сознание дома. Я чувствовал касания моей жены.

— Аня... золото у брата...

— Максим! Брат спас тебя! Максим! Слава Богу, жив! — Она металась по комнате.

— Аня... золото... он отдал тебе золото? — спрашивал я.

— Он сказал, что на вас напали и ограбили, — она задыхалась и пыталась найти слова. — На тебя напали с ножом, а он... он герой! Пока он защищал тебя, кто-то вытащил из машины все ваши вещи, и они убежали. Максим, он спас тебе жизнь. Отбил нападавшего и привез тебя домой... Потом он поехал отвезти жену и детей к родителям. Сказал, что скоро приедет.

— Аня... — но договорить правду я так и не смог.

Брат так и не приехал. Даже на мои похороны.