Конфабуляция?⁠⁠

В младших классах, будучи совсем ещё мелким пирожком, я занималась в музыкальной школе по классу скрипка и фортепиано. Второе имело место лишь как дополнительный предмет.

В то время я многое отдала, чтобы наслаждаться исключительно игрой на пианино, однако желания моих родителей исполнялись чаще, чем мои. Занятий по этому профилю было в 3 раза меньше занятий скрипкой, так что в такие часы я жадно впитывала каждую минуту и старалась запечатлеть в памяти каждое нажатие на клавиши любимого инструмента. Учительница видела мое рвение и желание быстрей начать играть что-то серьёзное, однако все же останавливала меня и возвращала к тупому простукиванию всем известного произведения для начинающих - Жили Были Гуси.

Но даже такое происходило нечасто. Рутинной эмоцией появления в музыкальной школе было всё-таки разочарование и зависть. Зависть к тем, кто имел возможность играть на пианино несколько раз в неделю. Скрипку я искренне ненавидела всем сердцем. Но, тем не менее, была вынуждена бережно натирать смычок перед каждым занятием и носить эту деревянную бестию на своём собственном горбу.

В музыкальную школу я ходила как на каторгу. Возвращалась с легкостью в душе, но однажды мне пришлось пережить воистину страшное возвращение домой.

Я стояла спиной к музыкальной школе, прокручивая в голове предстоящий вечер. Обычный штатный день, все шло как всегда без намёка на изысканность. Я провожала взглядом клумбы, статую скрипачки, будь она неладна, до тех пор, пока мой прищур не напоролся на него.

Человек в чёрном стоял передо мной, метрах в 5. Зрение плохое. Я не видела его лица и не видела рук, только лишь темный силуэт. Ноги, тело, голова. Ничего плохого на первый взгляд, но со второго было в его неподвижности нечто совершенно угрожающее, так что интуиция кричала - мужчина пристально наблюдал.

Страх парализовал мои ноги. Сбитая с толку, я остановилась и, прищурившись, пыталась увидеть, что это за человек, но ничего не получилось. Интуиция навела меня на другу мысль: мне показалось, что он целится в меня из пистолета. С этого момента глаза потекли внутрь глазниц, словно в чёрные дыры. Страх добрался и до них.

- Девочка, я тебя сейчас убью пулей! - сообщил незнакомец нездоровым голосом.

Сорвавшись с места и во весь голос крича «помогите», я побежала обратно в школу, спасаясь от вероятности быть убитой.

Администратор - женщина преклонных лет - не сразу обратила на меня внимание. Я несмело подошла к ней сама. Кровь все ещё шумела в ушах.

- Там мужчина сказал, что хочет убить меня пулей….

Тот ахуй было не стереть с лица ее.

Мой же стал почти неподъёмным в следующие минуты. Выйдя со старушкой на улицу посмотреть на призрачного стрелка, мы уже не нашли никого.

Словно ничего и не было.

До дома я бежала со всех ног и не оборачиваясь.