Когда начальник му*ак
Старого начальника смены проводили на пенсию. Душевно так. После ночной, в сауне цеха. С водкой и вином, что неудивительно, но вот что с обильной закуской и тостами - это уже иной уровень. Это торжество, а не банальная пьянка.
Взамен старого мудрого Льва Семеныча начальником смены стал молодой амбициозный Володя, конкретно тупивший по работе, зато чемпион по вылизыванию филейных частей руководства. И так он нас задолбал своими дифирамбами фирме, требованиями лояльности и вознесения жертв на алтарь производительности, что отдельные горячие головы начали всерьез обдумывать разные способы идеального убийства.
Предлагалось скинуть на башку кирпич, толкнуть под пресс, подвести к стулу в его кандейке 220В, бросить провод под напругой в душевую, когда он там плескается после смены. Один заявил, что готов пожертвовать старой верной Нивой, лишь бы смести форд Вовы-Пиз&обола с дороги на скорости этак под 80 перед мостом.
Вот упоминание форда навело кое-кого на мысль.
О Форде стоит сказать особо. Это был фьюжн. Ни к селу, ни к городу машинка, ИМХО. Впрочем, кому что нравится. Есть же люди, которым и Ока самое то. Фьюжн Пиз*абола был битый. Прежний хозяин влетел на нем в такую халэпу, что кузов прогнулся вниз. Машину выпрямили, но халтурно. Она стала винтом. Представить трудно, но попробуйте. Капот и передние двери вроде прямо, а задница к ним стоит чуть кривенько. И левая сторона крыши сзади сантиметров на 10 ниже правой. Короче - у*бище. Из-за штопорной конструкции правая передняя дверь толком не запиралась и Вова приделал изнутри щеколду-вертушку. Проволокой поддеть пара пустяков. Поскольку машина стояла либо в гараже, либо на территории завода, Вовочка не беспокоился о сохранности. Зря!
А еще у нас был промышленный клей. Всякие клей-монтажи, жидкие гвозди, холодная сварка курят в углу. Приклееное этой красноватой массой было не оторвать ничем вообще. Клеил все. И быстро, зараза. Работать с ним можно было только в перчатках, а не то встреча с хирургом гарантирована.
Ночью два шутника поддели проволокой вертушку и кое-что приклеили на водительское сиденье.
Утром Вова вышел из быткорпуса, сияя лыбой и мордой, распахнул дверь и остолбенел. Посреди сидения торчал здоровенный резиновый х*й.
- АААА, какая бл*дь?! Урою!!! Уволю!!! Пи*арасы!!! Козлы!!! А ну убрали это быстро!!!
Если б он не орал, меньше б было позору. А так узнали все окрест. Собралась порядочная толпа.
- А че, удобно, - рассуждали где-то в гуще тем шепотом, который слышен на двадцать метров вокруг. - И едешь, и удовольствие.
- Фьюжн с х*ем - управляй мечтой!
- Неее, фордунти - райское наслаждение!
- Хихихи...
- Хахаха...
- Пошутковал кто-то.
- Угу, классно подъе*нули.
- А как он все-таки поедет?
- Как живет, так и поедет.
- Ниче, он привычный.
- К такому калибру?
- А че калибр? Калибр не проблема, был бы вазелин.
- Володь, солидолу не надо?!
- Пошли на х*й отсюда!!! - завопил красный, как помидор, Вова.
Он полез в машину в той позе, что в народе зовется "а-ля креветко", и стал остервенело дергать хер во все стороны.
- Ты там потише, а то брызнет! - прокомментировали из толпы и вороны на ветках вздрогнули от волны злорадного хохота.
- Суукиии.. - утробно выл Вовочка.
Клей был хороший, а вот кожзам сидушки не очень. Отчаявшись оторвать непристойный предмет, Вова вырезал ножиком круг и с победным ревом гориллы выкинул эротическую игрушку подальше.
Бросок оказался более удачным, чем мы думали. Хрен улетел в сторону проходной. Как раз в этот момент на территорию вступила Антонина Николаевна, уже лет тридцать занимавшая пост главбуха, а теперь именующаяся зам. директора по экономике.
Увидев летящий предмет, она его инстинктивно поймала, как ловила когда-то мяч в заводской волейбольной команде. Разглядев подробности, А.Н. направила стопы к эпицентру событий, раздвинула людское озеро одним поднятием брови, и швырнула хрен в морду оскалившемуся Вове, оборвав на полузвуке ту воспитательно-карательную тираду, которую тот собрался выдать.
- По-моему, Владимир Алексеевич, вам эта вещь нужнее, - безапелляционно заявила она с очаровательным южнорусским акцентом.
БМ молчал