Гарри Поттер и братство кольца
Гарри шёл не разбирая дороги. Вечерний воздух был густым и влажным, как дыхание умирающего зверя. Запретный лес смыкался за спиной, скрывая башни Хогвартса, которые сейчас казались ему не домом, а клеткой с золочёными прутьями. Сириус мёртв. Эти два слова стучали в висках, заглушая даже шорох невидимых существ, провожавших его взглядами из чащи.
Он не знал, сколько прошло времени. Ноги сами вынесли его к старому, расколотому молнией дубу, у корней которого темнела глубокая, затянутая паутиной промоина. Гарри остановился, тяжело дыша, и сполз спиной по шершавой коре.
Именно тогда он это и увидел.
Оно лежало в переплетении корней, полузасыпанное прелой листвой, но даже в сгущающихся сумерках от него исходил мягкий, нездорово-аппетитный блеск. Простое золотое кольцо. Никаких камней, никаких рун — только гладкий, тёплый на вид ободок. Гарри протянул руку машинально, повинуясь не мысли, а внезапной, острой потребности прикоснуться к чему-то прекрасному в мире, который стал сплошной болью.
Кольцо оказалось неожиданно тяжёлым. Оно лежало на его ладони, и от него шло странное, глубинное тепло — не обжигающее, а успокаивающее, как грелка на замёрзшие пальцы. Шёпот леса вокруг стих. Смолкли птицы. Даже ветер, казалось, затаил дыхание.
— Надень, — прошелестело у самого уха. Голос был лишён интонации, но в нём звучала сама суть утешения. — Ты устал. Ты потерял всех, кого любил. Надень, и боль уйдёт.
Гарри вздрогнул и едва не выронил кольцо. Он завертел головой, но в сгустившейся тьме никого не было. Только искривлённые стволы деревьев, похожие на замерших в ужасе великанов.
— Кто здесь? — выдохнул он, сжимая палочку в кармане мантии.
Ответом была тишина. Но кольцо в его ладони словно стало чуть теплее. И, сам не понимая зачем, Гарри вдруг подумал, что ничего страшного не случится, если он просто примерит его. Просто чтобы почувствовать, каково это — держать в руках нечто, что не причиняет страданий.
Он медленно поднёс кольцо к пальцу. Металл уже почти коснулся кожи, когда в глубине леса, далеко-далеко, раздался низкий, утробный вой, полный такой древней тоски, что Гарри очнулся и, задохнувшись, стиснул кольцо в кулаке. Вой оборвался. Лес снова стал просто лесом — но ощущение, что за ним наблюдают, не проходило.
Гарри поднялся на ватные ноги и, не оглядываясь, почти бегом бросился назад, к спасительным огням замка. Он не знал, что уносит с собой не просто золотой кругляш. Он не знал, что в этот самый миг в кабинете директора Дамблдора сам собой вспыхнул и погас один из серебряных приборов, а старый волшебник поднял голову и прошептал на языке, которого в этом мире не слышали тысячи лет:
— Оно проснулось.
