Фабио Фарих⁠⁠

2006 г. журнал "Гражданская авиация" - Чуть более полное описание версии.

Так, в постоянных полетах проходили годы. Отгремела война. Наступил год 1948-й, ставший для семьи Фарих роковым – ее «накрыла» волна репрессий, в народе именуемая «черчиллевской», ведь она была вызвана речью премьер-министра Великобритании в Фултоне. Тогда он объявил «холодную войну» Советскому Союзу, а «горячие головы» в СССР с рвением кинулись искать новых шпионов и пособников империализма.
Семейство Фарих оказалось за решеткой почти в полном составе – сам Фабио Брунович, его жена и сын. На свободе остались лишь престарелая мать и брат – Бруно.
Обвинение Фариху было предъявлено нелепейшее. Бывший его одноклассник и сосед, сын известного до революции книгоиздателя Сабашникова, Кирилл донес, что Фарихи – немцы, и в октябре 1941-го года не эвакуировались из Москвы, потому что ждали фашистов, хотели помогать им.
А ведь Фарихи давно уж не вспоминали о своих немецких корнях. Во всех анкетах писались только русскими, разделяя мнения великого В.И. Даля, который говорил, что человек волен причислять себя к той национальности, на языке которой он думает, а Фарихи думали по-русски! Но, надежда на русское «авось» рухнула.
Статья № 58 «через 19», т.е. по пункту 19.1.а – «пособничество и измена родине». Фабио Брунович получил 25 лет лагерей. Жена и сын – по 10. Долгих пять месяцев просидели на Лубянке в том самом здании, что до революции принадлежало страховому обществу «Россия». Теперь оно было перестроено и здесь царили иные порядки. Горько шутили заключенные: «Был Госстрах, а стал Госужас».
К счастью из лагерей семья Фарих вернулась в том же составе. Это было в 1954-м. Пришел поздравить Ф. Фариха с возвращением и тот, кто на него донес. Фабио Брунович много говорить не стал. Просто спустил подлеца с лестницы.
Давнишний друг Фариха – Марк Иванович Шевелев – начальник полярной авиации, помог с восстановлением на работе, но здоровье у Фариха-старшего было уже не то. Скоро он ушел на пенсию.